Кремль 2222. Планерная - Константин Кривчиков

Ну, пора! Капитолиец резво, в два прыжка, преодолел расстояние до ящика и присел за ним. Опустил забрало шлема. Вынул из подсумка зажигательную гранату. Вон она, родная.

Боец знал, что в состав зажигательной смеси входят частички белого фосфора. После взрыва они могут разлетаться на два десятка метров, поэтому надо быть осторожнее. Если раскаленный фосфор прожжет насквозь оболочку костюма, мало не покажется. Да и костюм желательно не портить. Один они уже сегодня потеряли вместе с Игорем, а их в оружейке всего несколько штук осталось.

Петр выглянул из-за ящика, чтобы напоследок еще раз оценить обстановку. В принципе, и так все понятно. Главное, чтобы граната не отскочила в его сторону от какой-нибудь трубы или цистерны, а легла в угол. Иначе можно и самому подпалиться.

Он зажал предохранительную скобу гранаты ладонью, а второй рукой раздвинул усики чеки и выдернул ее. Ну, с Богом! А враги путь идут к удильщику в преисподнюю…

И в этот момент на руку, сжимающую гранату, обрушился удар чудовищной силы. Недооценил боец удивительную живучесть нео, ох недооценил. А ведь инструкторы еще на первых занятиях по военной подготовке предупреждают салаг: чтобы твердо удостовериться в смерти мохнача, надо отрубить ему голову или с корнем вырвать сердце. Иначе гребаный мут и очухаться может.

Увы! Забыл в лихорадке скоротечной, но яростной схватки эту прописную истину Петр. А зря. Израненный, но не убитый, Джон оклемался, подобрал рессору и застал врага врасплох. Тот выронил гранату и…

А остальное, собственно, не имело значения ни для капитолийца, ни для нео. Потому что когда взрывается подобная фигня, начиненная смесью с температурой горения свыше тысячи градусов, остается лишь прошептать молитву. Или просто прохрипеть «ёпрст»…

– Значит, здесь есть еще один выход? – уточнил Тим. – И мы окажемся в коридоре, через который шли вчера вечером?

– Да, – сказал Иван. – Но сначала надо подняться на поверх…

Мохнач оборвал фразу на полуслове, потому что раздался взрыв. Он был негромким и больше походил на сильный хлопок. Но Иван среагировал не на него, а на яркую вспышку, которая озарила помещение спустя мгновение после взрыва. И застыл, как статуя, приоткрыв рот.

Почти тут же раздались крики – это горящие брызги горючей смеси долетели до нескольких мохначей, вызвав соответствующую реакцию. У одного из нео загорелись штаны, и он, вопя, начал кататься по земле, чтобы сбить пламя. Троицу в лице Тима, Ивана и Мэри от крупных неприятностей спасло лишь то обстоятельство, что граната, выпав из руки капитолийца, очутилась за большим железным ящиком. Он и принял на себя часть взрывной волны, выступив в роли волнореза.

– Ой, что это? – пискнула Мэри и перекрестилась. – Геенна огненная?

Тим почти ничего не понял ни в том, что произошло, ни тем более в том, что сказала продвинутая лохматая девица. Но увидев, как внезапно загорелся пол, и услышав, как завизжали нео – на некоторых из бедняг загорелась шерсть, он подумал, что дело и впрямь дрянь. Тут уж хошь не хошь, а надо драпать.

А еще Тим заметил, что на месте взрыва образовался сероватый дымок, который растекался над полом, распространяя едкий запах. Тим не знал, что это за запах, но воняло уж очень противно. Как в этой самой… ага, в преисподней! Вот так же клубился непонятный дымок – или туман – вчера утром, когда они ехали на БТР по Волоколамскому шоссе. А потом все очень плохо закончилось…

Нет, не зря Нави предупредила, что здесь его ждет смерть. Хоть и дурковатая она старуха, но в данном случае лучше ей поверить на слово, а не проверять. А то ведь и вправду окажешься в Долине Предков.