Дюна. Крестовый поход машин - Кевин Андерсон

Семейство Норета и его ученики считали Хирокса своим сенсеем, учителем боевых искусств, наставником в технике боя. За время Джихада Серены Батлер многие роботы были уничтожены благодаря навыкам, которым научил людей Хирокс.

Юный Йоол сидел на корточках на теплом крупном песке, внимательно вглядываясь в схватку нефритовыми глазами. Волосы у него были светлые, выгоревшие на солнце, на лице выделялись широкие скулы и острый подбородок. Он был худощав, но под этой худобой скрывалась недюжинная сила. На тренировках он подчас превосходил быстротой движений даже отца.

Сейчас сын внимательно следил за каждым движением Зона Норета, за сливающимся мельканием стального клинка, послушно выполнявшего сложнейшие выпады и удары; смотрел, как отец, словно танцуя, наносит удары по экзоскелету механического сенсея.

Как и всегда, юноша восхищался отцом, так как слышал множество восторженных рассказов о подвигах Норета-старшего на полях битв Джихада. Йоол всей душой хотел бы оказаться на IV Анбус, когда была взорвана плотина и воды реки смыли армию роботов. Отец был в первой группе гиназских наемников, которые добровольно пошли на службу Джихада спустя восемь лет после гибели Земли.

В гиназском обществе семьи были весьма многочисленными – требовалось много детей, чтобы возместить потери, но близость между родителями и отпрысками не поощрялась. Старый ветеран Зон был исключением из общего правила, особенно когда дело касалось его любимца Йоола. Герой, много раз доказывавший свою доблесть, Зон был желанным отцом, поэтому каждый раз по возвращении с войны он по настоятельным просьбам зачинал очередного ребенка.

Йоола без натяжки можно было назвать лучшим бойцом среди его четырнадцати братьев и сестер, да и вообще он был лучшим среди представителей своего поколения. Видя такие способности, Зон Норет обратил на него особое внимание, желая, чтобы сын со временем занял его место в элитном Гиназском корпусе, солдаты которого не без оснований считались лучшими наемниками Галактики. Многие планеты поставляли в войска наемников, но ни у одной другой группы не было такого высокого соотношения потерь противника и своих.

Гиназ соглашался, что у всех людей сейчас один общий смертельный враг, но наемники предпочитали сохранять независимость, не вступая официально в ряды армии Джихада, не становясь винтиками в армейской иерархии. Если армия Джихада предпочитала вести крупные военные операции, нападая на противника с дальнего расстояния и применяя тяжелое вооружение, то гиназские бойцы предпочитали сходиться с врагом в рукопашной схватке. Они нанимались в войска сражаться и не боялись, чтобы их использовали для самоубийственных заданий как смертников – если, конечно, цель операции была достаточно важной.

Зон отличился на передовой и в тот раз, когда машины атаковали колонию Перидот: тогда люди сумели защитить планету, но при этом погибли восемьдесят процентов гиназских наемников. В конце концов именно они отогнали роботов, но Омниус приказал своим машинам применить при отступлении тактику выжженной земли. Хотя часть колонии претерпела сокрушительный урон, зато остальная часть планеты не подпала под иго роботов.

Три года назад, во время схватки с боевыми роботами на борту корабля машин Зон Норет получил множественные ранения и ожоги, и его отправили для выздоровления на центральный остров архипелага. Именно тогда он заметил у своего сына Йоола выдающиеся способности и отличные бойцовские качества. Теперь, после курса интенсивных тренировок, сын в чем-то даже превосходил своего прославленного отца.

Покрытый потом, Зон наносил и парировал удары так быстро и эффективно, как его сын еще никогда не видел. Йоол знал, как сильно отец хочет вернуться в строй и отправиться на войну – не важно куда именно. Армии Джихада всегда требовались бойцы, и Гиназ предназначил для этого основную часть своего населения.

– Я бы посоветовал тебе быть осторожнее, мастер Зон Норет.

Голос Хирокса был спокоен и бесстрастен, словно и не происходило столь жаркого тренировочного боя.

– Чепуха, – с гордым вызовом ответил мастер. – Продолжай драться на пределе своих возможностей.

Роботу ничего не оставалось, как последовать приказу.

– Я запрограммирован учить тебя, мастер Норет, но я не могу принудить тебя учитывать мои предостережения и наставления.

Он сделал выпад всеми своими руками, держа в каждой из них меч или кинжал.

Ветеран презирал формализованные инструкции, утверждая, что они отвлекают от развития настоящих бойцовских навыков.

– Лучший способ учиться и расти – это просто смотреть. Механическое запоминание бесполезно для настоящего сражения. Напротив, надо тренироваться до полного изнеможения, до того момента, когда ты перестаешь воспринимать себя как отдельную личность. Не может и не должно быть никакой пропасти между духом и телом. Ты должен превратиться в живое, текучее боевое движение. Вот этим движением наемник и должен быть.

Но, хотя отец достиг наивысших отличий среди гиназских наемников, и ему было обещано место в Совете ветеранов, Йоол уже превзошел отца в мастерстве путем долгих тайных тренировок.

Как и все молодые воины острова, Йоол Норет провел детство, учась обращаться с самым разнообразным оружием под руководством бывалых ветеранов многих сражений и слушая лекции по технике боя у беременных женщин-наемников. Но только Зон и небольшая горстка фанатичных и эксцентричных учеников использовали боевого робота Хирокса. Некоторые из консервативно настроенных ветеранов считали такие занятия опасными, но Зон всегда заявлял, что это наилучший способ научиться понимать – и побеждать – реального противника.

Теперь, став почти взрослым, Йоол пошел по стопам отца, но сделал при этом еще один шаг вперед. Зон так и не понял, каким образом сыну удалось превзойти максимальные возможности робота, но Йоол изучил принципы работы машины и расшифровал его боевую программу. Год назад, когда отец работал инструктором на соседнем острове, Йоол инсталлировал в робота модуль алгоритма адаптации, который сделал из Хирокса «суперробота», своими боевыми возможностями превосходящего все, что допускала его изначальная боевая программа. С этим модулем робот-сенсей приобрел способность не отставать от своего ученика и тем лучше драться самому, чем лучшим бойцом становился Йоол. Единственным ограничением для робота были способности самого Йоола.

Йоол всегда тренировался с Хироксом либо поздней ночью, либо когда был уверен, что они одни на песчаном пляже. Он и сейчас ощущал приятное жжение в мышцах после тренировки, которую провел с боевым роботом сегодня на рассвете, когда отец не мог их увидеть.

Когда-нибудь Йоол удивит отца своими способностями, но пока молодой боец был не вполне доволен собой. Он хотел стать лучшим наемником Гиназа, он знал, что сможет им стать, если только преодолеет скованность. Цепи самоограничения опутывали его, и инстинкт самосохранения был тем стеклянным потолком, выше которого он пока не мог прыгнуть.

Но даже при всем том Йоол превосходил всех других бойцов, с которыми ему до сих пор приходилось сталкиваться. Так говорил и сам Хирокс, а он воспитал не одного из лучших наемников и не мог не быть объективным и честным…