Прапорщики по адмиралтейству - Владимир Поселягин

Вместе со мной он направился на «Каме» к месту стоянки, джонку мы на буксир взяли, чтобы не отстала. Там контрабандист со своими людьми изучил японца, мой старпом всё ему показал.

После этого вернулись к торговле. Договорились, что за судно он заплатит, я же не могу отдать его просто так, мы не знакомы. Но когда контрабандист на этом японце доставит мне снаряды, я расплачусь за них, вернув ему деньги.

Ударили по рукам, и китаец доставил с джонки деньги. Пусть в английских фунтах, но нужная сумма у него при себе была. Три тысячи фунтов, больше это судно не стоило. Интересно, сколько он снарядов достанет? Какие именно мне нужны, я показал наглядно. Ну, по количеству и оплата будет. Кроме того, я ещё сделал дополнительный заказ, насчёт которого китаец тоже обещал подумать.

На этом мы и расстались. Джонка, на которой остались всего пара человек с хозяином, пошла к Циндао, а остальные повели японца куда-то в другое место. О месте встречи мы договорились, будем там через трое суток, тоже ночью.

Хм, на обед у нас был рисовый суп с мясом из морозильника, а на ужин – рис с рыбой. Хлеб пекли из рисовой муки.

Пользуясь темнотой, мы на пятнадцати узлах направились к Японии. Да, я у её берегов хотел поработать. Макаров запрещал, но в крайнем случае можно. Я решил, что это и есть крайний случай: у берегов Кореи нас ищут, а вот в территориальных водах Японии – вряд ли.

Я внёс в боевой журнал информацию о захвате японца с грузом продовольствия и то, что японец был продан китайскому бизнесмену. Указана была и сумма, которую предстояло передать в штаб флота. Не стоит забывать о выплате призовых, я могу проводить подобные продажи, хотя и в крайнем случае.

Груз «Камы» также попадает под призовое право, его оценят в Порт-Артуре. При этом я вполне могу потратить эти английские фунты на покупку снарядов (на борту не было судовой кассы для этого), внеся акт покупки в боевой журнал «Камы». Продавал-то мне китайский контрабандист, немцы тут ни при чём, всё шито-крыто. А китайцам на японцев и правила ведения войн плевать, они деньги делают.

К рассвету мы были на полпути к Японии, сбросили ход и на пяти узлах неторопливо направились дальше. Работать будем ночью, так что торопиться смысла нет. Бету я отправил отдыхать, он после душа вскоре уснул, а за управление снова встал старпом. За этот день «Каму» не обнаружили, но от трёх дымов убегать пришлось.

У Альфы дел было больше. Он получил чин мичмана и кортик, с уже нанесёнными на него знаками ордена Святой Анны четвертой степени, а тесак сдал в арсенал. Команду, наконец, укомплектовали, машины разобрали, и сегодня, на день раньше планируемого, ремонтники с доков начали проводить ремонт судна и обслуживание корабельных систем.

С командой прибыл и штурман, не по адмиралтейству – навигатор в звании мичмана. Альфа весь день проводил учебные тревоги и тренировки, ремонтники в машинном им не мешали. Пусть у пирсов миноносец стоял, а всё равно команду сбить нужно, а это дело небыстрое. Вон, Уфимцев потратил недели две, пока команда «Камы» более-менее сработалась.

К слову, как только Уфимцев, сдав командование, покинул борт «Камы», я, приняв командование судном, сразу вернул на борт корейца-матроса – учителя Альфы по японскому языку и китайскому бою на шестах. Он продолжал учить, теперь уже Бету. Кроме того, кореец был штатным переводчиком и входил в состав абордажной группы, а значит, как и другие, будет иметь две доли.

Когда стемнело, мы вышли к берегам Японии в районе Сасебо, главной военно-морской базы японского флота. Однако погода для охоты была не очень подходящей. Нет, ночь тёмная, тучи наползли, вроде хорошо. Но мелкий противный дождь и высокие волны – шторм зацепил нас краем – здорово мешали. Команда вымоталась, многие страдали морской болезнью, однако мы упорно шли вдоль побережья в сторону мыса, чтобы повернуть на Токио.

Вообще, в такую погоду опытные моряки предпочитают стоять в хорошо защищённой бухте или в порту, либо остаются на якоре под защитой берега. Не повезёт тому, кого непогода застанет в открытом море. Так что встретить кого-то на этих маршрутах не просто сложно – фактически невозможно.

Я был уверен, что японцев не встречу, что непогода позволит мне дойти до Токио и поразбойничать там, и это нанесёт Японии хороший такой политический удар. Поэтому я был удивлён, обнаружив японское судно – точно японец, не спутаешь, да и флаг их, – шедшее под всеми ходовыми огнями, да ещё и с прожекторами, видимо, чтобы точно избежать возможного столкновения с другим судном.

Боевая тревога была сыграна, артиллеристы мокли у своих орудий, все офицеры собрались на мостике. А я изучал судно в бинокль. Мы были за световым пятном, в котором находилось судно, и они нас не видели, хотя шли мы рядом, в двух кабельтовых.

– Что-то не так с этим судном, – заметил я.

– Вспомогательный крейсер? – сразу уточнил старпом, которого подняли, как только была сыграна боевая тревога.

– Нет, палуба чистая, пушек нет. Это чистый грузовоз, примерно в четыре тысячи тонн водоизмещением. Японская постройка. Думаю, с тех же стапелей и наша «Кама» сошла. Меня тревожат часовые. У каждого грузового люка пост охраны, причём усиленный, по двое часовых с винтовками. Три грузовых люка, шесть часовых, седьмой у двери входа в жилой отсек, и расчёт у пулемёта, ствол которого направлен на палубу. Само судно не гружёное, высоко сидит, его хорошо мотает бортовой качкой. Значит, груз имеет небольшой вес.

– Пленные, – сказал вахмистр, пребывая в задумчивости.

– Да, я тоже о них подумал, – согласился я. – Это первое, что приходит в голову.

– Что? Пленные? – переспросил старпом.

– На этом судне перевозят пленных, – пояснил вахмистр. – Наших.

– И для этого им четырёхтысячник понадобился? – с недоумением поинтересовался старпом. – Сколько там наших могли попасть в плен к японцам? Ну сотня, не больше.

– Тут не только моряки могут быть, уже идут активные бои на суше, так что тут могут быть и армейцы. Значит так, судно будем брать, наших нужно выручать. Вахмистр, сколько там может быть солдат в охране?

– Тут по пленным нужно считать. Может полурота быть, а может и вся рота. Судно-то большое, – сделал вполне логичные выводы вахмистр.

– Это да. Артиллеристы нам не нужны, оставим только один расчёт с правого, не задействованного, борта, и формируем из них боевые команды. Казаки штурмуют внутренние отсеки, возьмёте ручной пулемёт, эта мясорубка поможет вам в коридорах, если вас контратакуют, а то и баррикаду сбить. Артиллеристы будут держать палубу, заодно проверят, что в трюмах.

Старпом, на палубе ты старший, при абордаже старшим вахмистр. Готовьтесь, через десять минут будет штурм. Да, абордажной команде: возможно, наших офицеров перевозят в каютах. Будьте осторожны, больше материтесь, чтобы они поняли, что свои, и кричите им, чтобы легли на пол, а то случайной пулей зацепит.

Офицеры и вахмистр, покинув мостик, начали подготовку, а я продолжал наблюдать за японцем, отметив, что прошла смена часовых. У часовых, кстати, были плащи, похоже непромокаемые.