Наследие великанов - Вадим Панов

Во всяком случае, Сдемир считал, что во всём виновата Всеведа.

И не сомневался, что однажды ей придётся за это ответить…

Ужасная потеря произошла примерно неделю назад, Далину похоронили в понедельник, но, несмотря на то что прошло совсем мало времени, молодой барон не считал, что поступает дурно, общаясь с Анной. Сдемир был холоден, спокоен и никогда не врал себе. Он знал, что любит женщин и скоро отыщет новую подругу, не обязательно постоянную, не обязательно такую, на которой захочет жениться, но обязательно отыщет. А раз так, то какая разница, случится это через день после похорон или через месяц?

Никакой разницы. Но…

Но кое-что из их взаимоотношений с Анной необходимо убрать.

Припарковавшись неподалеку от дома, Сдемир достал телефон и набрал номер новой подруги:

– Привет.

– Ты уже здесь? – ответила Анна голосом Далины, и знакомые нотки кольнули молодого барона в сердце.

«Я не настолько силён, каким хочу казаться…»

– Да, здесь.

– Ты пунктуален.

– Только тогда, когда хочу.

– Сейчас ты хочешь?

– Да, хочу, – ответил Сдемир, подходя к подъезду.

– Я жду.

– Не принимай её облик, – попросил барон. – Закончим на этом. Я хочу видеть именно тебя.

Анна оказалась тоньше, чем ожидал Сдемир. Услышав просьбу, она не стала портить разговор пошлыми вопросами «Почему?» или «Неужели тебе не понравилось?», прошептала: «Хорошо», положила трубку и встретила его в прихожей в истинном облике.

– Привет.

Она была совсем не похожа на Далину, но красива собственной, уникальной красотой. Чуть более яркой. Чуть более порочной. Волнующей, но не задевающей душу.

Но волнующей, и поэтому Сдемир, улыбнувшись, поцеловал Анну в губы. Поцеловал именно её, не Далину.

– Вина? – тихо спросила девушка.

– Немного красного.

– Я приготовила.

– Очень хорошо… – Молодой барон прошёл в гостиную, постоял, дожидаясь, когда Анна наполнит бокалы, а потом пригубил терпкое красное.

– Ты хотел увидеть именно меня или кого-то ещё? – спросила девушка.

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что я – метаморф. Я могу стать кем угодно, исполнить любое твое желание, прихоть, фантазию…

Он улыбнулся.

– Я могу представить себя моряной.

– У женщины должен быть аккуратный маникюр.

– Могу обернуться королевой…

– Я могу взять Всеведу и без твоей помощи.

– Неужели? – подняла брови Анна.

– Она сейчас так же одинока, как я, – объяснил барон. – И несколько раз давала понять, что не против.

– Но против ты… – протянула метаморф. – Но тем не менее чего ты хочешь? Расскажи мне о своих фантазиях.

– Зачем?

– Я хочу доставить тебе невозможное удовольствие… Ты когда-нибудь спал с масаной?

Молодой барон вздрогнул: не потому, что спал – в действительности ему не доводилось пробовать холодную любовь вампира, – а потому, что порою думал об этом, и ловкой девице удалось отыскать в его душе струнку, которая отозвалась.

– Не изображай из себя шлюху, – грубовато бросил Сдемир.

Анна прекрасно поняла, что нащупала нужную точку, но виду не подала и спокойно, поскольку барон её не задел, произнесла:

– Я и есть шлюха.

– Разве? – опешил Сдемир, не ожидавший прямого ответа.

– Можем посчитать наши достижения, но не хочу тебя унижать.

– Меня всегда тянуло к плохим девочкам, – рассмеялся барон, которому понадобилась всего пара секунд, чтобы вернуть самообладание.

– Значит, ты пришёл куда надо.

– Значит, да… – Люд поставил бокал, сделал шаг и мягко провёл рукой по щеке метаморфа: – Ты красивая.

– Но не в твоем вкусе, – улыбнулась в ответ Анна.

– Откуда ты знаешь?

– Сантьяга знает о тебе всё.

Девушка выбрала хороший момент для укола, но барон сдержал удар. Кивнул, показывая, что всё расслышал правильно, и спокойно ответил:

– Вкусы меняются.

– Если бы изменились, Сантьяга знал.

И это заявление Сдемир не оспорил. Но поинтересовался:

– Что ещё Сантьяга говорил обо мне?

– Он знает, что ты служишь Ярге.

– Но не может доказать.

– Или не хочет.

– Что ты имеешь в виду? – поднял брови барон.

– Сантьяга считает, что с тобой можно договориться.

Эта реплика вызвала у молодого барона саркастический смешок:

– Анна, милая, скажи: кто из нас кого вербует?

– Уже не знаю, – вновь рассмеялась девушка. – Попеременно.

– Сантьяга верит, что со мной можно договориться?

– Сантьяга не приказывал это говорить. Ты спросил – я ответила так, как я вижу.

– Честно?

– Клянусь.

Она могла обратиться в кого угодно: в развратную куртизанку и в наивную деревенскую девочку, она могла взглядом заставить его снять штаны, а в следующий миг изобразить абсолютную невинность. Она была метаморфом, идеальным разведчиком и шпионом, но Сдемиру было плевать на возможности Анны – он видел перед собой женщину, а с женщинами он умел обращаться.

И понял, что Анна не лжёт.

– Сантьяга знает, что ты со мной?

– Да.

– Но то, что ты сейчас сказала, ты сказала от себя, не от него. – Люд выдержал паузу. – Почему?

Она правильно поняла вопрос:

– Сантьяга ждёт, Сдемир. Он знает о твоей беде и хочет посмотреть, как ты себя поведёшь. И он не один такой: твоего следующего шага ждут и Всеведа, и Ярга.

– Что ты имеешь в виду? – Барон прекрасно сыграл лёгкую растерянность.

– На тебя наступили, Сдемир, гибель Далины стала для тебя ударом, и все ждут, что будет дальше: ты сломаешься, проглотишь смертельную обиду и вернёшься в строй или станешь действовать в своём стиле.

– И какой он – мой стиль?

– Ты захочешь отомстить.

– Любой на моём месте захотел бы отомстить, – неожиданно резко ответил барон. Но тут же вернулся к спокойному тону: – Это очевидно: месть – общий стиль.

– Но ты не станешь ждать.

– Ты… – Он покачал головой, взял со стола свой бокал, вновь пригубил, прошёлся по комнате, бездумно её разглядывая, уселся на диван, положив ногу на ногу, и лишь после этого продолжил: – Всё-таки ты меня вербуешь.