Война - Алексей Рудаков

— Нет, — Сеймор погладил стенку: — То есть да, сканировали. Монолит метра на три, дальше сенсор не пробивает.

— Грей, а ты взорвать её не пробовал?

— Взорвать? Вы что? Это же может повредить Алтарь! — доцент повернулся к нам и растопырил руки, будто собираясь грудью защищать стенку от наших домогательств.

— Сверлить?

— Пробовали, — Жанна показала на несколько царапин, расположенных примерно на уровне груди: — Наши свёрла не берут.

— Лазерным резаком может? — предложил Грей: — У меня есть один.

— Зачем он тебе? — поинтересовался я невинным тоном. Такой резак был бесполезен в бою, но вот если надо было вскрыть сейф, или вырезать замок в бронедвери — тут он был незаменим.

— Да знаешь, — таким же невинно-нейтральным тоном ответил он: — Так, на всякий случай. Мало ли, что произойдёт.

— Давайте попробуем, — Жанна подошла к нам и оглянувшись, на прижавшегося к стене Сеймора, перешла на приватный канал и продолжила гораздо тише: — Он меня пугает. Он изменился. Вскройте эту стенку, иначе я боюсь с ним что-то произойдёт. Что-то нехорошее.

— Сейчас. — Грей отдал команду, и меньше чем через минуту к нам присоединились все его бойцы.

— Охранять там не от кого, а тут…

Всё было ясно и без слов. Стволы, тем более — в опытных руках, лишними не будут.

Один из его бойцов, на груди и наплечнике которого красовалась цифра пять, вытащил и поясной сумки разак. Внешне он походил на рукоять меча.

— Минут на десять хватит. Где резать?

— Тут. — я ткнул в царапины.

Пятый молча подошёл к стене и примерившись активировал резак — из рукояти, с характерным жужжанием вытянулось короткое, не более трети метра, зелёное лезвие и он насколько раз взмахнул инструментом примериваясь.

— Внимание! — Пятый сделал шаг к стене и начал медленно погружать энергетический клинок в стену. По началу ничего не происходило, но спустя секунд двадцать вниз по стене потекли струйки расплавленного камня.

Смотреть на работу другого человека всегда приятно, и я от всей души наслаждался этим зрелищем. Увы — недолго. Спустя ещё минуту жужжание резака стало каким-то неуверенным, зелёный клинок замерцал и выдав на прощанье пару вспышек погас.

— Десять минут? — Грей подошёл и отобрал инструмент.

— Старшина! Богом клянусь — была полная зарядка! Да сами на расход посмотрите!

— Да, действительно, странно. — Грей откинул какую-то панельку на рукояти и изучив её поднял глаза на нас: — Полный запас энергии истощился за минуту? Такого просто не бывает!

— Заряжать долго? Или — может запасной аккумулятор есть? — я взял у него резак и покрутил в руке. Приятное ощущение, тяжёлая, шершавая рукоять лежала в моей ладони как влитая. Если бы ещё работала бы — цены б не было.

— Дня два. — Грей отобрал инструмент.

— Не вариант, — я покосился на Сеймора. Он продолжал вжиматься в стенку, будто пытаясь просочиться сквозь неё: — А взорвать он не даст.

— Не даст, — подтвердила Жанна.

— Капитан, а у вас потокового лазера нет? — вопрос последовал от бойца номер два: — Мы бы демонтировали, приволокли сюда, удлинитель и мигом бы прожгли.

— Не, у меня — пулемёты и ракеты, — развёл я руками: — Да и корабль курочить я вам не дам. Забудьте.

— Жаль.

— Погоди, — Грей взял меня за рукав скафандра: — У тебя в рубке вирт кресло.

— Да, есть такое. Это Клёна, он же оператор беспилотников.

— Лазерные есть?

— Есть. — я начал понимать его план: — Только они сюда не пролезут. Вход узкий.

— А разобрать их? — поинтересовался второй.

— Они неразборные. Их 3Д принтер печатает.

— Точно не пролезут?

— Ну… — я задумался: — В теории, исключительно гипотетически, Имперский истребитель может боком бы и пролез, но забудь.

— Почему?

— Горлышко узкое и изогнутое. Его не провести сюда, понимаешь? Даже если бы Клён был лучшим асом галактики, а я из него такого сделаю — невозможно.

— Погоди, — снова дёрнул меня за рукав Грей: — Пролететь он не может. Так?

— Да.

— А если мы его сюда затащим? Руками?

— Сдурел? Вы же его не поднимите. Он под десятку тонн весит.

— А Смастерим тележку — пол тут ровный. У нас же база археологическая есть. Её распотрошим. Нам надо-то всего шесть-семь балок. А колёсики — там же пара транспортных платформ в комплекте есть, с них и снимем.

Я покачал головой: — Ладно, ради науки, одним беспилотником я готов пожертвовать.

Связавшись с Клёном, я объяснил ему задачу. Правда, для её воплощения в жизнь мне пришлось вернуться на корабль и поднять Анаконду на сотню метров. С остальным он справился великолепно — вывел из ангара Имперский истребитель и аккуратно посадил его на быстро сваренную десантниками решётчатую металлическую платформу с шестью колёсами по краям. Правда, если быть до конца честным, точность посадки обеспечили ребята Грея, которые ворочали тележку под медленно снижавшимся истребителем.

Посадив корабль на прежнее место и заблаговременно развернув его кормой к раскопу — трап у Анаконды располагался сзади и это могло сэкономить нам несколько лишних секунд в случае чего, а присоединился к остальным. Около входа стояли все — кроме Сеймора. Жанне так и не удалось его оторвать от перегородки, и она постоянно оборачивалась на дыру входа переживая за состояние своего шефа.

— Ну что? — Грей подал пример и первым приложился к раме: — Поехали? На счёт три! — и мы принялись раскачивать платформу взад-вперёд, стремясь сдвинуть её с места — под грузом истребителя, пусть и такого маленького, двигалась она гораздо хуже.

Проблема возникла, когда мы засунули истребитель в дыру входа на половину корпуса. Двигали мы его боком и крыло с оружейной бульбой на конце прошло отверстие без проблем, но в центре корпус расширялся почти до четырёх метров, точнее до 3,7 и нам не хватало около полуметра, чтобы протащить его внутрь. Мешали закрытые обтекателями блок оптики и РЭБ, двумя горбами торчавшие ниже того, что можно было бы назвать кабиной — если бы им управлял человек.

— Не лезет, — констатировал номер Четыре. Подошедший Пятый постучал по обтекателям и повернулся ко мне: — Кэп, всё одно в утиль. Может я их демонтирую?

— А Клён как управлять будет?

— А зачем ему управлять? Мы его наведём — руками, ну, платформу, то есть развернём. Твой оператор — ему только гашетку жать надо будет, всё остальное мы сделаем. Как турелью ручной.

В его словах был свой резон, и я махнул рукой, давая добро на искалечивание кораблика.

— Чем я люблю Гутамау, — он наклонился над корпусом обречённого кораблика: — Так это тем, что у них всё модульное, легко…отламываемое.