Месть Триединого - Алексей Корепанов

Мысль о храме в горах вызвала очередной болезненный позыв.

Алина деликатно покинула его под утро, зная, к чему приведет употребление антикрэпа. Она еще и отпускала какие-то шуточки по этому поводу и рассказала парочку забавных историй в тему, и они вместе посмеялись.

Хорошо, что этот бурный и неуправляемый утренний процесс должен был продолжаться не дольше четверти часа ‒ Крис знал это по собственному опыту. Потом захочется пить, но уж с питьем проблем не будет. Пиво, прохладное пиво… Он не мог позволить себе такое, возвращаясь на базу из увольнения, а сейчас ‒ пожалуйста, хоть залейся. Отпуск!

В изящно оформленном туалете витал аромат каких-то райских цветов. Он усиливался по мере того, как организм Габлера освобождался от всех веществ, с которыми вступил в оздоровительную реакцию антикрэп. Крис морщился, но вынужден был терпеть это бьющее в его чувствительные ноздри благоухание ‒ вставать с унитаза было еще рановато.

Он включил унидеск и обнаружил в сигналлере мейлы от мамы и братца Йеспера.

Мама была в восторге от возможности вскоре увидеть единственного сыночка и заверяла, что отец уже лично зарезал десяток телят из домашнего стада и теперь дегустирует старые вина. Это она так шутила. Крис тут же отправил ей сообщение о том, что сегодня вылетает на Единорог ‒ мол, пришлось задержаться, уладить дела. Какие это «дела», он пояснять не стал.

Кузен Йеспер был намерен прибыть на Форпост в самое ближайшее время и советовал Крису по дороге домой «вести себя прилично».

«Все нормально, Йес, ‒ ответил ему Габлер. ‒ Веду себя прилично. В смысле, напился прилично. Но уже в полном порядке и вскоре отправляюсь в космопорт».

Через полчаса он действительно был уже в полном порядке. Ну, почти в полном порядке. Принял ванну, потом постоял под душем, пустив воду на предельную мощность и делая ее то обжигающе горячей, то столь же обжигающе холодной ‒ это был хороший способ взбодриться. Воду не экономил ‒ сейчас он мог себе это позволить. Потом не спеша оделся, проверил, все ли на месте в карманах и нэпе, и устроился в кресле у окна, из которого, как оказалось, открывался великолепный вид на утреннее море. Там все так же белели далекие корабли и пестрели два-три паруса. Потягивал молниеносно доставленное сюда по его заказу пиво ‒ четыре бутылки, чего мелочиться! ‒ и раздумывал: пора ли уже выяснять, кто, где и в каком состоянии или же еще слишком рано?

Как-то так получилось, что он задремал, ‒ все-таки бурная ночка сказалась, несмотря на все взбадривающие процедуры, да и пиво «погладило по мозгам». А открыв глаза, решил, что теперь уже можно потеребить приятелей и договориться о дальнейших действиях. Но сегодня Габлер был твердо намерен добраться до космопорта, и никакие на свете коньяки, и никакие хошки не могли этому воспрепятствовать.

«Низа…» ‒ кольнуло в сердце.

Файтер вздохнул и отхлебнул пива. Значит, не судьба…

Он так и не смог вспомнить ее полное имя.

Утреннюю поверку Габлер начал с Арамиса. Но, увидев в озе унидеска его недовольную заспанную физиономию, понял, что поспешил.

‒ Хай, Лино, ‒ все-таки сказал он, салютуя бутылкой. ‒ Вставайте, граф! Рассвет уже полощется…

Он когда-то от кого-то слышал эти строки ‒ кажется, спросонок, с похмелья, и они ему понравились и запомнились.

Вставайте, граф! Рассвет уже полощется,

Из-за озерной выглянув воды.

И, кстати, та вчерашняя молочница

Уже поднялась, полная беды…[42]

Правда, что значит «молочница», он не знал. Но все равно было красиво.

‒ Ты шшо, сдурел? Голову потерял? ‒ хмуро и немного оторопело отозвался Арамис. ‒ Какой граф? У тебя что, бессонница?

‒ Так рассвет-то уже того… полощется… Посмотри в окно.

‒ Гос-споди-и! ‒ простонал Арамис и сгреб в горсть помятое лицо. ‒ Сколько мрийял отоспаться, так нет же! Сгинь, рожа твоя варварская! Пей свое пыво, а другим не мешай.

‒ Ладно, ладно, ‒ примирительно сказал Крис. ‒ Я только уточнить хотел, что сегодня и как. Нам же улетать скоро. Ты где, в отеле?

‒ Ничего себе скоро! ‒ фыркнул Арамис. ‒ Успеешь еще уточнить, дай поспать!

‒ Ты в отеле? ‒ повторил Габлер.

‒ В каком, на хрен, отеле?! В колле я, и не один, понял?

‒ О! Так, может, мы соседи? Что за колл? «Морская жемчужина»?

‒ Да почем я знаю! ‒ прошипел Арамис и вновь взмолился: ‒ Слушай, исчезни, не доводи до греха! Хоть на пару часов…

‒ Всё, исчезаю, ‒ кивнул Крис. Но прежде чем отключиться, добавил: ‒ Учти, Лино, возиться с хошками с утра ‒ пошло! Я с недоверием отношусь к тем типам, которые с утра занимаются любовью. ‒ Это тоже придумал не он.

Габлер хохотнул, совсем как Годзилла, и глотнул еще пива. Поставил пустую бутылку на толстый пестрый ковер, устилающий пол, и начал коннектить Юрия Гальса.

И Юрий Гальс его огорошил.

Оказалось, что он не только не спит и не кувыркается со своей татуированной, а его вовсе нет уже на Нова-Марсе! В данный момент Годзилла ‒ выглядел он, кстати, вполне свежим ‒ находился на борту сильванского хайва, который болтался на планетарной орбите. В самое ближайшее время из чрева этой спейсматки должен был отправиться лонг. На Миноху. То есть именно туда, куда и нужно было Годзилле. И дома он окажется быстрее, чем доберутся до родного порога Габлер, Атос и Арамис.

‒ Ты не дуйся, Гладиатор, ‒ проникновенно сказал Годзилла. ‒ Ты же знаешь, я компанию не бросаю. Только нагляделся я вчера на вас и понял: останусь с вами ‒ и у меня будут все шансы и сегодня не улететь, а то и завтра. А мне позарез нужно… ну, ты знаешь.

‒ Угу, ‒ кивнул Крис. ‒ Африка в Рафику пустить.

‒ Во-во, где-то так… А тут ночью «сильванов» встретил, еще и выпили вместе. Они за провизией сюда с орбиты спустились, ну и подзадержались, как положено. И забрали меня с собой на шаттл до хайва. Ты бы упустил такой момент?

‒ Все нормально, Годзи. Ведь не в бою же нас бросил.

‒ Да не бросал я! ‒ нахмурился Годзилла. ‒ Просто такие обстоятельства. Козыри сами в руки лезли.

‒ Вернешься ‒ с тебя пиво за обстоятельства. Много пива.

‒ Годится! ‒ повеселел гигант. ‒ Давай, Гладиатор, парням привет!

Крис рассеянно побарабанил пальцами по подлокотнику кресла и потянулся за второй бутылкой.

«Сильваны» на орбите ‒ это понятно. Лонг уходит с хайва ‒ тоже понятно. Но почему боевой корабль легиона «Сильван» уходит с хайва не на собственную базу, на Нова-Марс-VII, а зачем-то тащится в систему Вирбия, на Миноху? Чтобы подбросить до дому Годзиллу? Ну, раскошелился парень, вот собутыльники-«сильваны» и подсуетились? А что такого? Сгонять туда-сюда ‒ подумаешь, дальний свет. Всего-то каких-то пол-Галактики, не более…