Твой демон зла. Ошибка - Сергей Волков

– И кто же? – спросил я, напрягаясь.

– Смежное ведомство, вот кто! – торжествующе заявил Борис, довольно приосанился, вытащил из пачки сигарету, закурил, а потом продолжил, видя, что я жду пояснений:

– Ты «Аквариум» читал?

– Ну, – утвердительно кивнул я, уже понимая, куда клонит Борис.

– Что «ну»? Если читал, то вспомни – там Суворов постоянно пишет о противостоянии, соперничестве ГРУ и КГБ. Вот тебе и первый из возможных кандидатов. Скажем, какому-то человеку, не обязательно из политиков, просто богатому и не глупому дядьке, пришло в голову совершить государственный переворот. А у этого дядьки есть связи с кем-то из руководителей ГРУ. Они сговариваются, дядька проплачивает это дело, и спецподразделения ГРУ начинают по приказу своего начальства, по вполне легальному, законному, заметь, приказу, охоту за тем, что делает это ваше НИИ… как ты его назвал?

– НИИЭАП. Я понял твою мысль. – кивнул я: – Только тебе не кажется, что это все как-то уж слишком просто? Спецподразделения ГРУ, некий злой, богатый дядька, властолюбивый генерал из ГРУ… На голливудский фильм похоже.

Борис засмеялся:

– Серега, ты извини, но эта моя версия действительно не моя. Я тут на днях книжку прочитал, так там все вот так и было. Ты когда начал рассказывать про ваши проблемы, я решил было, что ты меня просто разыгрываешь.

– Дурак ты, Борька! – мне стало обидно: – Я с тобой, как с человеком, а ты тут сидишь, зубы моешь. Ну тебя в баню! Не можешь серьезно, давай, сменим тему, и забудь обо всем…

– Ладно, старик, не сердись. – примирительно сказал Борис, хлопнув меня по плечу: – Я действительно решил, что это розыгрыш. Давай рассуждать серьезно.

Я подлил ему чаю, повернулся:

– Ну, давай серьезно.

– Что мы имеем? Что в вашем этом НИИ… шут с ним, не запомнил… Оружие какое-то разрабатывается, так?

– Почему обязательно оружие? – спросил я: – Это же коммерческий заказ, с медициной связано, насколько я знаю, и он принесет той заграничной фирме, на которую пашет институт, бешенные бабки.

Борис кивнул, мол, знаем мы эту медицину-коммерцию, и, как ни в чем не бывало, продолжил:

– Так вот, это оружие, этот дешифратор, как его назвал твой приятель-фээсбэшник, очень нужно «господину Никто», и он пойдет на все, чтобы только завладеть им.

– Но зачем тогда они устраивали покушение на Пашутина?

– А откуда ты знаешь, что они устраивали именно покушение? А если они устраивали инсценировку? Чтобы запугать Пашутина и остальных сотрудников института, сделать их покладистыми? Просто продемонстрировали свою силу, заявили: «Если мы захотим, никакой Отдел Охраны, никакое ФСБ вас, доценты с кандидатами, не защитит, и жизни вашей цена будет – ломанный грош в базарный день!» Не знаю, что предпримет ваш «ОО», но я бы на месте тех, кто принимает решения, свернул бы к чертовой матери все работы и порвал все контракты, чтобы обезопасить сотрудников, а уже готовые материалы и документацию заменил фальшивой и ловил бы на нее, как на живца.

Я улыбнулся:

– Ты-то да! Ты бы именно так и сделал, известный авантюрист Борис Епифанов.

– Сам ты авантюрист, – отрезал Борис: – Дураки будут все эти шишки из вашего института, и с Лубянки, если пойдут по другому пути. Серега, поставь еще раз чайник, пить охота.

Так, теперь идем дальше – как все это связано с тобой, с твоими питерскими приключениями? Я думаю – никак.

– Что значит «никак»?. – взвился я: – А этот укол? А чернявый «Геббельс», которого я видел на конференции?

– Серега, это все чепуха, совпадение, я тебе говорю это, как логик-практик. – уверенно сказал Борис, вскочил, заходил по кухне из угла в угол, размахивая руками: – Ну, смотри сам: когда ты учился в школе телохранителей, никто не мог предположить, что потом ты станешь охранять этого Пашутина. Так? Ну вот, значит, никто не стал бы заранее брать тебя на крючок. А вся это история с уколом и самоубийством… Просто ты попался на дороге каким-то бандитам, или еще кому, попался случайно, и они просто хотели в этой случайности убедиться. Проверили документы, убедились – и оставили тебя в покое. А ты уже наворотил тут… И чернявого этого ты тоже наверняка не видел, просто был похожий человек, сам же говоришь – «Геббельс», да даже если и видел, что с того? Мало ли по каким делам он там был. Наш земной шарик, он, знаешь ли, круглый и маленький, я сам в этом тысячу раз убеждался. Иногда неожиданно встречаешься с человеком в таких невообразимых местах, потом диву даешься, до чего иногда бывают странные совпадения.

Сняв с плиты закипевший чайник, я налил чаю себе и Борису, потом сказал:

– Ты все очень логично разложил по полочкам. Да, все действительно так, как ты говоришь. Но я чувствую, понимаешь, нутром чую, что все это не спроста. Все эти дела еще очень сильно аукнуться, мне интуиция моя подсказывает, а между прочим, у меня в группе индекс интуитивного предвидения был самым высоким.

– Извини, Серега, но тут я тебе не помощник. – с серьезным лицом развел Борис руками: – Может быть, ты просто устал, а старик? Выглядишь ты, надо сказать, неважнецки. Возьми недельку за свой счет, посиди дома, почитай книжки, отдохни.

– Да я и так вроде бы как в отгулах – пока Урусов держит ученых на базе… Может, ты и прав, и я, как пуганная ворона, от кустов шарахаюсь… Ладно, Борь, Бог с ним со всем. Расскажи лучше, как у вас с подготовкой к свадьбе. Может, чего надо помочь?

Борис широко улыбнулся:

– Да чего особо помогать-то. У нас сейчас изобилие, слава кончине КПСС, все есть, были бы бабки. А бабок хватает – ты же знаешь, мы Ленким дом продали, я кое-что подзаработал, да еще Ленка тут на днях буквально «сдала» несколько своих картин в галерею на продажу, и представляешь – в тот же день их купили, все разом, жена не то бельгийского, не то люксембургского посла. А денежки за искусство теперь, оказывается, платят не маленькие. Так что все на мази. Слушай, уже четвертый час, мне пора, давай договоримся так: ты отдыхаешь, успокаиваешься, гладишь галстук и рубашку, и в субботу утречком мы ждем вас с Катей у себя при полном параде. Договорились?

Я кивнул:

– Договорились.

На том и расстались.

Нельзя сказать, чтобы слова Бориса успокоили меня. Просто я чувствовал, что Борису сейчас не до моих проблем – на носу такое событие, «…свадьба, свадьба, в жизни только раз», и потому все версии Бориса явно не состоятельны, и про них можно смело забыть.

Но проблема от этого не исчезла, и я буквально всем организмом ощущал, что впереди меня ожидают какие-то неприятности, но вот доводы друга на счет того, что мне надо отдохнуть, были абсолютно верными, и устав сомневаться и размышлять, я послал все подальше, и завалился с книжкой на диван, решив почитать пару часов, а потом ехать встречать Катю…

Вечер этого дня прошел удивительно спокойно, тихо, мирно и по-домашнему. О вчерашней размолвке мы и не вспоминали, наоборот, обсуждая субботнее торжество Бориса и Лена. Катя мерила свои платья, сокрушаясь, что они все ей стали малы в талии, а потом махнула рукой, вытащила из глубин шкафа широченный льняной сарафан, одела его прямо поверх пушистого, белоснежного свитера с большим, толстым горлом, повернулась, отчего подол сарафана разлетелся веером, подмигнула мне: