Государство Сократа - Андрей Сандаковский

Воскресенье Вальтеры провели дома. Дети готовили домашние задания на понедельник, после полудня покупались на домашнем пляже. Клаус упорно проводил по две тренировки в бассейне.

В понедельник Андрей с удовлетворением отметил, что у его соседа по парте красуется фингал под левым глазом. Значит, удачно он его приложил в пятницу. Курт смотрел на него злобно и уже не был таким веселым и остроумным, шутками не сыпал направо и налево.

В столовой неразлучная троица опять втиснулась в очередь, не потревожив при этом Клауса. Очевидно, они не желали контакта с «этим психом».

После уроков Эмма осторожно спросила Клауса:

– Ты сегодня опять пойдешь встревать за Бена?

– Да.

– Это может плохо кончиться.

– Поживем – увидим.

На школьном дворе Клаус сразу отправился к Яну, Тому и Курту. Он еще не разглядел, что они там вытворяли с Беном, но Бену это явно не нравилось. В этот раз решено было атаковать Яна, единственного, кому пока еще не перепали пилюли Клауса. Но Ян был начеку. Он еще издали заприметил одноклассника, и, когда тот приблизился на несколько шагов, все трое резко обернулись к нему, позабыв о Бене. Бен, как и в прошлые разы, поспешил покинуть неприятную компанию.

– И куда мы так спешим? – очень вежливо поинтересовался Ян, остановив этим вопросом Клауса в двух шагах от себя.

– Защищать Бена, – просто ответил Андрей.

– Ты у нас заделался защитником обиженных и оскорбленных?

– Да, можешь называть меня Робин Гуд.

– Знаешь что, Гудвин Руд, – тут опричники Яна подобострастно захихикали, спеша одобрить шуточку вожака, – у тебя еще лук не дорос до таких серьезных дел. А что, если мы тебе сейчас наваляем как следует, чтобы впредь неповадно было?

– Делай, что должен.

– И свершится, чему суждено, – продолжил фразу Ян. – Ты хоть знаешь, кому принадлежит это изречение?

Андрей мотнул головой.

– Так вот, почитай на досуге, глядишь, философию подтянешь, – съехидничал Ян. – Ладно, вопрос такой – зачем тебе сдался этот бука Бен? Что-то не похож он на твоего друга, я вас вместе ни разу не видел.

– Не волнуйся, мы с ним еще подружимся.

– Может, тебе больше пользы принесет дружба с нами, а не с ним? – Ян протянул Клаусу правую руку. – Я приглашаю…

– Быть твоим вассалом? – закончил за него Клаус.

– Ну, зачем же так грубо! – Улыбка Яна обнажшла ровные ряды белоснежных зубов. – Здесь нет вассалов, нет сюзеренов. У нас полное равноправие, скажите, ребята?

Том и Курт послушно, как по команде, закивали, мол, нет никаких вассалов.

– Я подумаю, – уклончиво ответил Андрей и быстрым шагом пошел прочь, дав понять, что беседовать больше не о чем.

Эмма, наблюдавшая со стороны, засеменила за Клаусом.

– Так ты примешь дружбу Яна или нет?

– Скорее нет, чем да.

– А зачем сказал, что подумаешь?

– Чтобы сейчас звюзделей не получить. Пока я думаю, буду вроде как у них в кадровом резерве. Слушай, а что это Ян у них такой важный? Он что, самый умный и самый сильный?

– Да, я думаю, что самый. Во всяком случае, среди ребят нашего класса. Он и ведет себя так нагло и вызывающе со сверстниками, чтобы лишний раз это доказать. А учится он очень хорошо, его учителя хвалят. Он даже в прошлом году был членом шахматной команды школы. Правда, играет за команду на последней доске, но все же.

– А как в эту команду попасть? – Андрей ухватился за эту мысль.

– В начале сентября все желающие проходят отбор, сначала внутри класса, потом среди всей школы. Лучших берут в команду. Ты что, тоже хочешь попробовать?

– Просто мечтаю об этом!

У Андрея уже созрел план, как поставить Яна на место. Пусть в физическом плане он недосягаем, во всяком случае, пока. Но на интеллектуальном поле первенство должно принадлежать ему, Клаусу, а не какому-то там зарвавшемуся подростку. У тридцатипятилетнего мужчины мозгов всяко больше, чем у двенадцатилетнего мальчишки, пусть и умного. Тем более в школе Андрей активно увлекался шахматами, был довольно сильным перворазрядником. Сомнительно было, чтобы семиклассник Ян был кандидатом в мастера или мастером в свои юные годы. Хотя, этого тоже нельзя было исключать.

Проводив Эмму и вернувшись домой, Андрей снова не застал Анну. По всей видимости, она стала задерживаться в школе по делам, и ее всевидящее око уже не мешало его тренировкам. Самодельный канат с петлями для ног так пока ни разу и не понадобился, но Андрей все же на всякий случай спускал его из окна комнаты.

После плавания он вспомнил менторский тон Яна по поводу сказанной фразы, и решил восполнить пробел в этой области знаний с помощью Интернета. Оказалось, что изречение «Делай, что должен, и свершится, чему суждено» впервые произнес древнеримский император Марк Аврелий. Его еще назвали «философом на троне».

Анна пришла домой незадолго до прихода родителей. Она не обратила никакого внимания на Клауса, шла с опущенной головой и натянутой почти на самые глаза выигранной в парке бейсболкой, глядя себе под ноги. Андрею показалось даже, что на ее щеках были следы от недавних слез. Ему почему-то стало жалко сестренку, хотя никаких положительных эмоций от общения с ней он не испытывал.

На следующий день в школе Андрей решил сам подойти к Бену и завязать с ним общение. На перемене он специально дождался, чтобы Ян с корешами начали планировать очередную диверсию, поглядывая на Бена, после чего демонстративно подошел к долговязому однокласснику, расстроив их планы.

– Привет, Бен! – Клаус протянул ему правую руку.

– Привет! – ответил Бен, витавший в это время где-то в облаках, и импульсивно пожал протянутую ему руку.