Оптовик. Добрым словом и серебром - Николай Нестеров

Откуда я это знаю? Дык достаточно посмотреть на барельефы и картины, «украшающие» здание городской управы. Гражданин Торквемада от зависти повторно умер бы, увидев эту иллюстрированную энциклопедию пыток. Каменные горгульи, откусывающие пальцы несчастному бедолаге, самое милое и невинное из того, что наблюдаю сейчас. Пособие по снятию кожи с подозреваемого намного сильнее впечатляет.

Но если отвлечься от обоев, то больше всего кабинет господина Цера похож на безыскусно отделанную турецкую баню. Неудобные каменные лавки, такой же грубый гранитный стол, похожий на массажный лежак для великана, из темно-синего гранита или базальта. Ему религия не позволяет сидеть на мягком?

Вдоль стен – бутафорские колонны в античном стиле, ну полное ощущение, что в Анталье на отдыхе по горящей путевке.

Я стал надеяться, что убийство клыкастой леди сойдет мне с рук, тем более что уже сутки прошли, но не повезло. Хотя были основания – по закону прав на сто процентов, чистая самооборона. Честно, не хотел ее добивать, но кровососка не оставила мне выбора. К тому же не ожидал, что копье прикончит ее сразу и насовсем. Вроде и не сильно ткнул, скорее от испуга.

До сих пор содрогаюсь, вспоминая, во что превратилась «обольстительная» вампирша после смерти. Египетские мумии во сто раз краше и милее. Похоже, дамочке далеко за сто лет было – вот что творят чудеса магопластической хирургии!

– Штраф – сто сорок четыре круглые монеты. – На самом деле господин Цер сказал «ХПП», но в переводе это именно столько и означает. Х – синоним единицы, первая буква счетного алфавита, и два «пусто», то есть получается круглое число, что как бы равняется «сотне». Только меряют здесь не десятками, а дюжинами, поэтому для слуха землянина получается полная абракадабра.

– До момента выплаты – заключение под стражу. Внесешь все деньги сразу? – равнодушно смотрит сквозь меня гаденыш, уверенный, что такой астрономической суммы у меня нет и быть не может.

К сожалению, вымогатель не ошибся; с вампирши мне досталось в виде трофеев сорок монет и ожерелье с камешком плюс то, что наторговали за вчерашний день. Но это совсем уж крохи – в основном товар идет на бартер, то есть на обмен, так что наш наличный капитал на данный момент – всего монет шестьдесят. И это будет означать фактическое банкротство всего предприятия.

Что-то здесь нечисто – зачем требовать заведомо невыполнимое? Поэтому вспоминаю опыт общения с работниками ДПС. Не так часто, но приходилось сталкиваться, в основном в качестве пассажира, но схема простая и понятная.

– Может быть, существует способ уменьшить штраф? Ко взаимной выгоде города и гостей оного?

– Не могу поверить, что бездарный убил взрослую тххлассу! – внезапно совершенно в тему выдает Цер Двенадцатый «Гнев Боли».

Окинув меня внимательным взглядом, словно впервые увидел, маг принял решение. По всей видимости, ему влом торговаться с «ничтожным» человечишкой без малейших магических способностей, поэтому просто ставит перед фактом:

– Ты передаешь мне двенадцать артефактов, известных под названием «лупа». Это полностью закроет долг. Срок – шестнадцать дней. Всегда продаешь только мне.

С этими словами господин Цер выкладывает на каменную поверхность стола две проданные мной вчера увеличительные лупы.

Осмелев, осторожно интересуюсь: чего же такого ценного в этих замечательных предметах, если их оценили в десять раз дороже ковров? К слову, обменял их накануне практически задаром, взяв всего две куртки-косухи. Интересно, сколько тысяч процентов прибыли накрутил посредник, нажившись на моей доброте и моем неведенье?

– Тебе незачем это знать, – сказал, как отрезал, мастер истязаний.

Но тут уже я чувствую запах прибыли и не думаю останавливаться. Рискую, конечно, но триста процентов прибыли любого капиталиста заставят пойти на сделку с кем угодно. Чем мы хуже?

– Может, вас заинтересуют более мощные артефакты типа «лупа»? Которые увеличивают изображение еще сильнее?

Судя по тому, как подпрыгнул, не сходя с места, великий маг, его проняло.

Отношение ко мне сразу изменилось, насколько такое вообще возможно между разными полюсами общественного уклада здешнего общества. Впрочем, я не вписываюсь в местную иерархию, поэтому отношение ко мне неопределенное.

Договорились, что я предоставляю более совершенные увеличительные стекла, а товарищ маг снижает сумму долга вдвое. Дополнительное условие – никому, кроме него, оптических устройств не продаю. Монополия – великая вещь.

– Если точно знать, для чего они нужны, я смогу предложить другие способы решения проблемы.

Немного подумав, Цер Двенадцатый достал… прямо из стены несколько свитков разной толщины и степени потертости. Надо же, какая качественная иллюзия – лучше любого сейфа, даже вблизи ничего не заметно. Выбрав один из пергаментов, протянул мне. Надеюсь, не садомазоинструкция?

– Надо прочитать.

Беру в руки и признаю, что даже лупа здесь не помощник. Очень мелкий шрифт, на грани разрешающей способности глаза, а учитывая, что вместо бумаги тонкая, тщательно выделанная и выбеленная, но кожа, разобрать даже с увеличением практически невозможно. Под микроскопом они пишут, что ли?

Но в принципе задача несложная и вполне выполнимая. Надо лишь набить цену – по всей видимости, зашифровано что-то важное. Начинаю догадываться, по какой причине обычные увеличительные стекла оказались стратегическим товаром повышенной стоимости. Поскольку использование магии в этом мире основано на рунной записи, уменьшение шрифта приведет к резкому повышению эффективности! А это уже реальное преимущество.

Если повезет, можно получить результат прямо сейчас, воспользовавшись 15-мегапиксельной камерой смартфона, но делать этого категорически не стоит. Оплата за работу, выполненную с ходу, никогда не будет такой же, как за работу, на которую затрачено несколько недель тяжелого труда. Между прочим, старичок доверяет мне, раз выдал оригинал. Впрочем, копию сделать он все равно не в состоянии, а без расшифровки толку от нее чуть. Вторая причина, почему я не спешу с выполнением задания, – перерисовывать вручную текст с иероглифами у меня никакого желания нет. Сфотографирую, распечатаю на принтере – и все дела.

Таким образом, я оказался на свободе, но с обременением в виде обязанности поставить шесть штук оптических линз. Можно сказать, легко отделался! К тому же получил перспективный канал для сбыта стекла. Что интересно, в этом мире производство стеклянных изделий налажено на «отлично», а изобрести нормальную линзу никто не додумался? Или проблема в чистоте и шлифовке?

Компаньон встретил меня словно из булочной вернувшегося. Вышел за хлебушком, вернулся через час – дело житейское. Счастливый человек, даже не подозревает, что мы банкротами сегодня чуть не стали.

– Продал скоттщ, купил три ковра. На «еккоззу» уже три покупателя приходили, чуть не подрались. Ждаль твой возвращений, цена им не говорить. Еще…