Расходный материал. Разведка боем - Олег Орлов

Судя по звуку и последствиям, сработали сразу две старушки МОН-90. Одна с фланга, вторая практически в упор. Говорят, в старину картечь буквально прорубала просеки в плотном пехотном строю, так вот по сравнению с направленной осколочной миной – это детский сад. После срабатывания сразу двух монок на ногах остались одни латники. Многих, конечно, только ранило. Но досталось всем. А потом из всех стволов ударила охрана штаба. Длинная пулеметная очередь, выбивая кровавые брызги, прошлась по лежащим телам и уперлась в одного из латников. Бесполезно, пулемет только царапал броню. Латник не заставил себя ждать, вокруг него начала разворачиваться какая-то сложная трехмерная фигура из туманных нитей. Барабанящие по броне пули ему совершенно не мешали.

– Василич! Левого! Сейчас! – Игорь сорвался на визг и ударил «молотом». Без толку, слишком далеко его маги, латник даже не покачнулся.

Выстрел Большакова совпал с ответным ударом твари. Прежде чем пуля, выпущенная из изделия дегтяревцев, разворотила ей голову, призрачная конструкция вокруг нее уплотнилась и метнулась в сторону штаба. От взрыва на первом этаже содрогнулось все здание. Вместе с обломками мебели на улицу выбросило изломанные тела двух бойцов и покореженный ПК. А оставшаяся невредимой вторая тварь бросила в окно первого этажа туманную ленту и исчезла внутри. Если она доберется до командного пункта, на какое-то время управление боем будет потеряно, твари успеют перегруппироваться, и тогда им всем песец!

Автомат и снаряжение долой, против латника все равно не поможет, только будет мешать. На первом этаже уже слышна стрельба. Меч в ладонь, прыжок со второго этажа, перекатом погасил энергию удара, развернулся и с разбега запрыгнул в окно. Долбануло здесь знатно, мебель в щепки, людей в мясо. Такое впечатление, что по комнате прокатилась ударная волна, уничтожая все на своем пути. Шагнул в коридор, который должен был привести его в командный центр – никого, только труп молоденького лейтенанта, разрубленного от плеча до пояса вместе со своим автоматом.

…Небо осени отражается в зеркале горного озера, легкий ветерок подхватывает опавшие листья, отправляя на встречу с их последним приключением. Дзен! Первая комната на командном пункте стараниями твари превратилась в свалку дорогущей электроники. В центре нее маг с двумя огненными бичами в руках крушит остатки оборудования. Энергия в клинок и два длинных шага навстречу. Латник разворачивается и бьет его сверху вниз своим магическим оружием. Еще шаг – вперед и в сторону, уклониться от первой струи плазмы, правая нога идет в зашаг, посылая тело в разворот, и одновременно удар мечом снизу вверх по второй руке твари. Наполненное энергией лезвие отрубает руку существа по локоть, а тело, продолжая закручиваться, разгоняет его еще сильней. Левая нога делает шаг, занимая конечное положение, крутящий момент передается в поясницу, лезвие меча движется параллельно земле на максимальной скорости. Да! Сложнейший прием «винт» выполнен на отлично, наверное, и у старших лучше не получилось бы.

Стальной шар головы латника глухо ударился об пол, следом грохнулось бронированное тело. Капитан оторвал глаза от пола и встретился взглядом с совершенно ошалевшим Мосиным. Тот стоял в дверном проеме соседней комнаты и целился в него из РПГ-7, заряженного кумулятивной гранатой. Берсенев медленно положил меч, выпрямился с поднятыми руками и осторожно поинтересовался.

– Товарищ майор, а тебе разве не надо боем командовать? Да и я на твоей стороне.

– Ну, блин, герой меча и магии, – буркнул Славка, опуская гранатомет, – делай что хочешь, но дай мне пять минут. Наша подмога попала в засаду и не придет, но если датчики не врут, она подошла к тварям, сейчас те перегруппируются и начнут новую атаку. Все, я навожу артиллерию.

Артиллерия – значит, все плохо. А по звукам боя, наоборот, все в нашу пользу. Снаружи не прекращался обстрел магическими снарядами, наши отвечали интенсивным огнем из автоматов, в симфонию которого вплетались голоса двух КПВТ и скорострельной пушки. Игорь подобрал автомат убитого оператора, распотрошил его разгрузку, распихал магазины себе по карманам. Выглянул в коридор – никого. Позиция у него – дерьмо, с обоих концов простреливается и укрытия никакого. Ну, ничего, авось магия и на этот раз поможет. Кстати, да, два индивидуума сейчас спускаются по лестнице, и один из них, похоже, маг. Тьфу ты, это же Стрельченко с Токаревым.

– Эй, молодежь, какого хрена оставили Василича без прикрытия? – рявкнул Берсенев.

– Он приказал вам снаряжение отнести.

– Ладно, давайте сюда, в коридоре чисто. – Принесенную парнями РПС надевать пока не стал, а вот автомат поменял и рацию взял. Поинтересовался у Большакова обстановкой. Временно стабилизировалась.

Много прорвавшихся тварей погибло от управляемых мин, а с большей частью роботов успела разобраться бронетехника. Оставшись без поддержки, гоблины отошли в лес и попытались закрепиться на опушке, где установили свои магические пулеметы, которые сейчас увлеченно расстреливал личный состав батальона и старшина Большаков в частности. Большой похвастался, как одним удачным выстрелом уничтожил пулемет вместе с расчетом. Это все, конечно, хорошо, но теперь совершенно понятно – они недооценили противника. Латники оказались тем самым тузом в рукаве, и сейчас от повторной атаки тварей сдерживал только большой калибр. Если их хотя бы десяток, то они вполне могут разменять его на два оставшихся у них бронетранспортера. Пожалуй, насчет артиллерии Славка прав.

– Игорь Петрович, – тронул его за руку Счастье, отрывая от размышлений, – у нас все плохо?

– В тактическом плане нас, конечно, переиграли. Возможно, придется все бросить и отступить в город. Но если в общем и целом, то ничего шибко ужасного. В Демино полк двустволок, думаю, ты помнишь, что может натворить одна их батарея.

Стрельченко понимающе кивнул, и в этот момент не так далеко от них рванул стопятидесятидвухмиллиметровый снаряд, его трудно перепутать с чем-то другим. Артиллеристы начали пристрелку, курсанты переглянулись с хищными улыбками на лицах. Вот теперь точно все. Хренового вам посмертия, господа гоблины и прочие людоеды.

Таврополь, Столкновение

– Судя по твоему виду, тебе есть что рассказать, да еще и без свидетелей, – встретил его мысленным вопросом Менг, не отрываясь от перелистывания каких-то бумаг вместе с незнакомым гражданским.

– Так точно, – так же мысленно ответил Берсенев.

– Тогда погуляй пять минут, я сейчас закончу, и поведаешь, что ты натворил на этот раз, если последствия устраняло два дивизиона двуствольных гаубиц.

По внешнему виду уже и не скажешь, когда командир спал последний раз. Похудел килограмм на шесть, под глазами мешки, форма висит как на вешалке, вроде седины прибавилось. Хотя тут трудно сказать, потому как тоже побрился налысо и сейчас щеголял коротким ежиком. Короче, все плохо.

А он чего хотел, у Менга война и целый город на балансе. Берсеневу собственные мальчики весь мозг вынесли, их надо кормить, поить, обучать, организовывать помывку в условиях отсутствия воды, спасать от депрессии, вшей, дурных мыслей и так далее и тому подобное, а их у него всего три десятка, и еще Большаков здорово помогает, что бы он без него делал? Раньше Игорь был избавлен от большинства хозяйственных заморочек, которые решались централизованно и вроде бы сами по себе. Питание, обмундирование, вооружение – он только контроль за ними осуществлял, а бытовых мелочей практически не касался. Та же помывка в бане для срочников – у него этим замок-контрактник занимался, как, впрочем, и большинством бумажной работы. Игорь ему только сложность-напряженность накручивал. В общем, вел жизнь американского офицера, который своих солдат только на занятиях видит, а всеми повседневными вопросами рулит сержант. Вот сейчас и расплачивается за прошлую спокойную жизнь.