Рарник - Евгений Кострица

Несчастные не знали, кто там. А вот я знал.

Бью ребром щита в лицо Сумина. Почти ваншот. Пока мечник корчится на полу, прыгаю на него сверху и толкаю хвостом хилера, сбивая каст.

Удивительно, но даже под таким весом жертва шевелится, хотя кости наверняка переломаны. Вероятно, еще тикает хот^[38].

– Физ-иммун! – крикнул паладин, зачем-то продолжая каждый раз озвучивать спелл.

Ладно, пока оставлю парня в покое. Хотя выбора и нет. Пуси вцепился в меня мертвой хваткой, заслонив собой хилера. Танк в тяжелой броне – это не тщедушный рога в легких доспехах. Возиться с таким слишком долго, а магичка кружит вокруг, как оса.

Но я и не надеялся справиться сразу с тремя консервными банками. Причиной моей суетливой активности была только Сельфина. Завязнув на танке, я сдвинулся и открылся, стараясь не смотреть в ее сторону.

Ведьма видела толкотню, но атаковать не спешила и тревожно вслушивалась в быстро приближающиеся шаги из коридора. Поставив стену огня на пути потенциальных гостей, она колебалась: поддерживать пламя или не упустить столь благоприятный момент для удара?

Видимо, рассудив, что в бою такая возможность выпадает нечасто, она решилась. Несколько стремительных грациозных движений – и с пронзительным воем в меня полетел снежный заряд.

Я встретил его. Но не собой.

Танка толкнуло в спину – и нас засыпало колючей ледяной крошкой. Мы оба отлетели к стене, но я все еще мягкий и теплый, а вот Пуси стал ощутимо плотнее. Обескровленное, словно напудренное, лицо теперь казалось жутковато-кукольной маской с ледяными глазами. Выражение «смотреть холодно» теперь стало намного понятнее.

Держаться за Пуси я больше не хотел – мои пальцы стыли от его заиндевевших доспехов. Бедняга покачнулся и упал, с печальным и мелодичным звоном разбившись о пол. В глубине тела кровь была еще теплой – груда железа и красного льда таяла и оседала на глазах.

Сельфину же эта смерть ничуть не тронула. С невозмутимым лицом она почти закончила каст фаербола, когда к нам наконец ворвалась Фэй.

На этот раз она пришла не одна, а с друзьями. По моему сигналу сагрила их из соседнего зала. За нагой бежали мерзкие злобные карлики с острыми зубками, а замыкал парад их хозяин – огромный неповоротливый трефолк с корнями-лапами. Рядом с проворными зомби-хоббитцами он казался чудовищным Карабасом-Барабасом в компании уродливых кукол.

К этому времени предусмотрительно поставленная стена огня почти погасла, но все же подожгла Фэй. А ей и так сильно досталось. Назойливые зубастые малыши бегали быстрее, и она с трудом отбивалась от агрессивных поклонников всеми шестью лапками.

Принцесса верно оценила приоритетную цель и рванулась к Сельфине, увлекая за собой лавину агрессивной мелочи. С трудом докастованный фаербол полетел в Фэй и взорвался. Ее обугленные части разлетелись по залу, а первый ряд зомби-хоббитцев смело почти начисто. К счастью, их было много, и они атаковали всех без разбора.

Увидев гибель Фэй, я взревел от ярости, обуреваемый жаждой мести. Вены вздулись, кровь словно вскипела. Все три сердца будто пронзили одной раскаленной иглой.

Где-то сзади махал двуручем Сумин и кряхтел хилер, погребенный под горой мелкой нежити. Мне же на них было плевать. Глаза видели только Сельфину, которую надо было разорвать в клочья. Я прорубал к ней дорогу в толпе карликов, щедро поливая их откатившимся ядом.

В боевом исступлении боль почти не чувствуется. В один адский вой смешались крики монстров и игроков. Бью, рву, кусаю и вижу все, как в тумане, будто отдав руль управления слепому и яростному демону мести.

В этом хаосе перемещения магички угадывались только по вспышкам огня и хлопкам телепорта. Судя по всему, она водила Спиро по моим же лужам, расстреливая его с безопасной дистанции.

Видимо, в какой-то момент я умер, даже этого не заметив. Тело вновь стало меняться. Бугры мышц вспучивались, разрывая на коже пузыри от ожогов, а когти на руках удлинились, трансформируясь в острые сабли. И это новое чудище вертелось в неистовом исступлении, точно взбесившаяся мясорубка, превращая в кровавый фарш все, до чего могло дотянуться.

Вскоре хоббитцев почти не осталось. Мы с Сельфиной наконец встретились взглядом. За ее спиной бинтовал раны чудом выживший мечник, у стены догорал факел из тупого друида, а в центре зала несколько малышей дожирали то, что осталось от хилера.

Я же представлял собой живой труп – совершенно измотанный кусок мяса, на котором не осталось и сантиметра целой шкуры. Руки изъедены быстрыми челюстями зомби-хоббитцев, а из глубоких порезов хлещут алые ручейки крови.

Сельфину тоже ощутимо пошатывало, но даже в таком состоянии ее все равно не догнать. Некоторое время мы просто стояли и с ненавистью смотрели друг на друга. Наконец она собралась с силами и устало махнула рукой, словно кинув снежок. Он летел так медленно, что едва не растаял в пути, развалившись на части еще в воздухе. Но я был настолько слаб, что не смог увернуться.

Грудь будто пронзило ледяным копьем. По ней пробежала волна изморози, покрывая обнаженное мясо пушистым снежным ковром. Холод проникал в каждую клеточку тела. Кровь застыла и разорвала сосуды, но моя рука все еще тянулась к врагу, пытаясь выдавить из пальцев хоть капельку яда.

Но там было пусто. Спасения нет…

Сельфина довольно рассмеялась, наслаждаясь победой. Слишком рано. За ее спиной встал Сумин. В его глазах сверкал веселый лихорадочный блеск сумасшествия.

Меч снес ведьме голову.

Жуткий шарик с золотыми косичками глухо стукнул о пол и завертелся волчком, рисуя неровные окружности кровью. А уже через секунду убийца упал рядом со своей жертвой. В его шейном позвонке торчал маленький серебряный шип.

Фэй! Ну наконец-то!

Она поменяла образ, вернув себе тело суккубы. Теперь это уже не испуганная нага под шторой, а сверхъестественно красивое существо – Богиня Желания и Сладострастия в своем истинном виде.

Фэй, видимо, очень спешила и тяжело дышала – мой взгляд надежно прикипел к высокой груди. Едва скрытая полупрозрачной тканью фигура дышала столь агрессивной сексуальностью, что мне стало жарко, несмотря на недавний холодный душ от Сельфины.

Суккуба осторожно положила мою голову к себе на колени. Ее горячее дыхание быстро и эффективно растопило лед во всем теле. Вот в этот момент захотелось остаться в замке навечно. Забыться, наслаждаясь плавными изгибами этой волнующей формы, двигаться с ней, внутри ее и не останавливаться, пока два сознания не сольются в одно…

– Милый, я так боялась опоздать… – шепнула суккуба, лаская меня язычком. – Едва успела взять того глупого стального мальчика под контроль.

Я ничего не смог бы ответить, даже если бы захотел. В бездонных ярко-зеленых глазах растворялись остатки мыслей, воли и здравого смысла. Мягкие чувственные губы не спеша путешествовали по моему телу, а нежный голос уносил туда, где не надо думать и некого бояться…