Вихри враждебные - Александр Харников

Именно он, бывший фермер, в 1899 году добровольцем вступил в отряд, который сражался с британцами, вторгшимися на территории Оранжевой республики. Из рядового Девет за три года войны стал генералом, командиром большого партизанского отряда, который совершил несколько дерзких рейдов во вражеском тылу, прерывая британские коммуникации, уничтожая железные дороги и мосты, взрывая и сжигая склады с военным имуществом.

Но ту войну буры проиграли. В 1902 году Христиан Девет вместе с другими бурскими руководителями вынужден был подписать мирный договор с англичанами, по условиям которого побежденные признали аннексию своих республик, взамен, словно в издевку, получив право участвовать в политической жизни английских колоний, созданных на захваченных у них землях.

Сразу же после окончания боевых действий Христиан Девет по горячим следам написал книгу «Воспоминания бурского генерала. Борьба буров с Англией», которая была переведена и издана во многих странах мира, в том числе и в Российской империи. А сам Девет вместе с такими же, как и он, бывшими генералами Трансвааля и Оранжевой республики, отправился в турне по странам Европы, чтобы собрать пожертвования в пользу буров, чьи фермы были сожжены британцами.

Официально именно такой и была цель его визита в Россию. Публичные выступления и рассказы о том, как он воевал с британскими войсками в Южной Африке, пользовались большим успехом. Русские люди вообще от природы очень чуткие к несчастьям других, щедро жертвовали немалые суммы для бедных буров, которых безжалостные англичане бросали в концентрационные лагеря, где они тысячами умирали от голода и болезней.

Не стало секретом появление в России столь известной личности и для главы ГУГБ Александра Васильевича Тамбовцева. Лично он не имел ничего против присутствия на территории империи бывшего бурского генерала. Впрочем, он подозревал, что Христиана Девета привело в Россию не только желание собрать средства для разоренных войной бурских семейств. И он не ошибся.

Не далее как вчера в Новую Голландию обратился один русский офицер, который три года назад добровольцем доблестно сражался с англичанами в Трансваале. Он передал просьбу генерала Девета о встрече с кем-нибудь из представителей ГУГБ – организации, которую на берегах Темзы уже окрестили «Новой инквизицией».

Получив это сообщение, тайный советник Тамбовцев понял, что бывший главнокомандующий войсками бывшей Оранжевой республики обратился в его ведомство для того, чтобы его неофициальные контакты с властями Российской империи оставались неизвестными тем, кому о них знать не следовало. Это почти наверняка означало, что Христиан Девет желает что-то предложить России, рассчитывая что-то поучить от нее взамен.

Внимательно перечитав послание Девета, Тамбовцев доложил о нем императору. Немного посовещавшись, они решили, что встречаться с Деветом должны полковник Антонова и майор Османов. Если разговор получится интересным для обеих сторон, то потом его можно будет продолжить с тайным советником Тамбовцевым, или даже с самим императором Михаилом.

И вот в скромной комнате Новой Голландии сидят трое: пятидесятилетний бывший вожак бурских партизан, двое сотрудников спецслужб из XXI века, и с любопытством смотрят друг на друга. Первой прервала затянувшееся молчание полковник Антонова.

– Мы рады видеть у нас в гостях столь известного человека, – сказала она по-английски. – Мы с господином Османовым прочитали написанную вами книгу о боях и походах, в которых вы участвовали, и восхищены мужеством буров, не побоявшихся сразиться с одной из самых могущественных империй мира. Мы сочувствуем страданиям вашего народа и возмущаемся жестокостью британцев, которые не знали жалости ни к вашим женщинам, ни к детям.

– Спасибо, господа, – на не совсем правильном английском с сильным акцентом поблагодарил их Девет. – Я никогда не забуду о русских, которые волонтерами сражались с нами бок о бок, помогая защищать нашу землю от английских захватчиков. К сожалению, наша маленькая страна не сумела выстоять под натиском безжалостного врага. Англичан было слишком много, да и вооружение у них оказалось лучше, чем у нас. И союзников у нас тоже не оказалось – народы многих стран сочувствовали нашей борьбе, но правительства этих стран ограничились лишь сочувствием, без оказания какой-либо более весомой помощи.

Нина Викторовна и Мехмед Ибрагимович незаметно для Девета обменялись многозначительными взглядами. Как они и предполагали, их гость достаточно прозрачно намекнул на то, что если бы тогда, три года назад, у бурских республик были бы союзники, которые оказали бы им существенную помощь, то все могло сложиться совсем не в пользу Британской империи.

– К сожалению, – развел руками майор Османов, – опасения перед мощью Британской империи помешали тогда странам, которые желали бы помочь сражающимся бурским республикам, оказать им столь необходимую вам в тот момент помощь. Но времена, как известно, меняются…

Девет сразу понял намек Османова. Ведь он был не только опытным партизанским вожаком, но и не менее опытным политиком. Кроме того, он очень любил свою родину, униженную и завоеванную, и мечтал о том, чтобы она снова стала свободной.

– Как и в прежние времена, – произнес Девет, – я сам лично готов опять взять в руки оружие, чтобы выгнать прочь из Оранжевой и Трансвааля ненавистных англичан. Я вам уже сказал, что в прошлый раз даже те страны, которые сочувствовали нам, так и не решились оказать нам помощь в нашей борьбе. Но теперь есть страна, которая не боится Британии и которая уже не раз давала вооруженный отпор их наглым притязаниям. И вот сейчас я как раз нахожусь в качестве гостя в этой стране…

После этих слов генерала Девета в маленькой комнате Новой Голландии гулким эхом отозвались залпы победоносного для русского и германского флотов сражения у Формозы, тяжелый грохот разрывов двенадцатидюймовых японских шимозных снарядов, в клочья рвущих британские недоброненосцы, и отчаянные крики гибнущих в пучине английских моряков. Тенью пронесся на всех парах прославленный «Баян», с мостика которого ухмылялся в свою пиратскую бороду каперанг Эссен.

– Господин Девет, – осторожно спросила полковник Антонова, выдержав довольно продолжительную паузу, – можно ли вас понять таким образом, что на вашей родине сейчас есть люди, которые готовы снова сразиться с британцами?

– Да, такие люди сейчас есть, – коротко ответил Девет. – И они будут очень благодарны тем, кто поможет им в их борьбе.

Османов и Антонова переглянулись. Карты были открыты. Девет только что прямо сказал то, ради чего он, собственно, и приехал в Россию. А что, было бы весьма заманчиво, если бы в Южной Африке восстали буры и попытались взять реванш за проигранную два года войну. Только вот насколько серьезно предложение Девета, и не блефует ли он?

Османов осторожно задал генералу несколько вопросов на эту тему. Тот отвечал весьма уклончиво, что, дескать, люди, готовые поднять восстание против англичан в Южной Африке, есть, но им необходимо оружие и боеприпасы. А также «более весомая поддержка», туманно заявил Девет. Кроме всего прочего, он сообщил, что в самое ближайшее время в Россию собирается приехать «с целью сбора средств для бездомных буров» другой легендарный партизанский командир, генерал Коос Деларей. Вот это было уже весьма интересно.