Чужой. Из теней - Тим Леббон

– Нет, – возразила Снеддон. – Это принадлежит чужим. Мы видели подобное на «Самсоне».

– Да, но… – начал француз.

– Там у них было мало места, чтобы размахнуться, – пояснила Рипли. – Не то что здесь, – она дышала быстро и отрывисто из-за запаха, оставленного монстрами. Слабо отдающий цитрусами смрад прилип к задней стенке ее горла и не покидал языка.

– Не нравится мне это, – прошептал Бакстер.

– Да и мне тоже, – поддержал его Ляшанс. – Хочу к мамочке. Хочу домой.

Впереди туннель начинал сужаться. И там опасное вещество уже выпирало из стен, сталактитами свисало с потолка, лежало на полу, сталагмитами почти соединяло пол и потолок. Кое-где из глубины массы прорывались слабые огоньки. Свет на потолке продолжал гореть, но было сумрачно, потому что большинство светильников покрывала все та же субстанция.

Хуп подошел к узкому месту и посветил фонариком.

Эллен хотела схватить его за руку и оттащить назад, но сама встала как вкопанная. Словно завороженная, Рипли смотрела на причудливое творение.

Свет не смог проникнуть в глубь туннеля – что-то ему мешало. Только влага в воздухе стала заметнее, подул легкий ветерок. И Рипли совсем не хотела знать, что послужило причиной появления ветра.

– Туда я точно не пойду, – отрезала Карен.

– Угу, – согласилась Касьянова. – Полностью тебя поддерживаю.

– А ничего бы и не вышло, – произнес Крис.

– Похоже на гнездо, – прошептала Эллен. – Огромное гнездо ос.

– Есть другой путь до второго лифта? – спросил Бакстер.

– Это прямой маршрут, – ответил Хуп. – Основной проход на девятом уровне. Но у шахты несколько секций, и у каждой свой аварийный выход. Поэтому мы вернемся обратно, свернем в другую сторону и, как только найдем один из них, продолжим путь до лифта.

Рипли решила не высказывать вслух то, о чем подумали все: а если все туннели похожи на этот? Она перехватила взгляд Джоша и поняла: он знает, что ни за что не одолеет такое количество ступенек. Да это не под силу никому из них!

Во всяком случае, идти быстро у них наверняка не получится.

Они двинулись обратно, свернули в другой туннель и энергично зашагали по его изрытому ухабами полу, громко бухая ботинками. Здесь воды было больше, и стекала она шустрее, пропадая в предусмотренных для этого стоках. Вода струилась и по стенам. Ее движение создавало шум – поначалу приятный, постепенно он начал вызывать раздражение у всех. К тому же шум капающей и стекающей ручьями воды был хорошей маскировкой для движения тварей.

– Думаю, это последняя из рабочих шахт, – сказал Крис. – Ребята пробыли здесь около двухсот дней, может, и больше.

– Значит, вот где нашлись чужие, – произнесла Снеддон. – Где-то неподалеку отсюда.

– Возможно, – отозвался Крис. – Детали нам неизвестны. Но и выбирать не приходится, – он двинулся дальше, и отряд последовал за ним.

Они прошли мимо нескольких боковых коридоров, те были более узкими, да и потолки пониже. Поскольку Хупер даже не взглянул в их сторону, Рипли догадалась, что они прошли мимо горных выработок. Вообще-то она понятия не имела, как устроены шахты, но слышала, что добыча тримонита имеет мало общего с добычей, например, железной руды. Здесь организация работы была далека от настоящей промышленной разработки месторождения. Скорее, задел на будущее. Чтобы откопать хотя бы полтонны бесценного тримонита, приходилось перелопачивать миллионы тонн пустой породы.

Как же Эллен надеялась, что Хуп узнает аварийный выход, когда тот попадется ему на глаза!

Кто-то чихнул сзади, заставив всех замолчать, и вдруг послышалось слабое «ой!». Когда-то ее маленькая Аманда чихала вот так же, и потом делала очень удивленное лицо.

Аманде уже одиннадцать. Рипли знает это, потому что ее дочь приколола к своей джинсовой рубашке большущий значок сиренево-розового цвета, весь в сердечках и цветочках. «Это ведь я купила его», – думает Эллен. И она помнит, что заходила на сайт, заказывала карточку, значок и другие подарки, которые мечтала получить Аманда на свой день рождения. Помнит улыбку на своем лице, появившуюся, когда подтвердила заказ. И теперь она знает, что все подарки, которые так хотела Аманда, уже в пути. Но вдруг Рипли чувствует, что-то не так, что ничего этого в действительности не происходило.

Вся семья и друзья вместе с ними. Даже Алекс, ее бывший муж, который оставил их с Амандой, когда дочке было всего три годика. И ни звонков, никаких контактов, никаких сообщений, что он жив-здоров. О том, как он поживает, Эллен могла узнать только от друзей друзей. И вот без объяснений он сидит за столом, накрытым по случаю дня рождения дочери. На столе праздничная еда, большой и красивый торт. Алекс смотрит на Рипли и улыбается, словно сожалеет о том, что у них ничего не вышло со счастливым браком.

Эллен, не понимая почему, улыбается в ответ.

Она замечает и другие лица, вспоминает другие имена, которые затерялись в памяти, покрылись дымкой забвения. Слышны песни и смех, и Аманда смотрит на Рипли, улыбаясь той самой искренней улыбкой, полной любви и обожания, из-за которой Эллен не перестает радоваться жизни.

Внезапно грудь именинницы вскрывается изнутри. Значок с надписью «Мне одиннадцать» падает с рубашки и со стуком скачет по столу, задевает стакан с апельсиновым соком и опрокидывает его. Светлая джинсовая рубашка темнеет. Плещет кровь, кропя все вокруг, и, когда она попадает на лицо Рипли, то затуманивает ей зрение. Рипли стирает кровь и видит, как сотрясается тело ее дочки, уже не такой прекрасной, и как тварь вырывается из ее груди.

Монстр невозможно большой. Слишком большой для нежного тельца, из которого вылез. Большой даже для взрослых, застывших вокруг стола, чтобы стать добычей чудовища.

Рипли начинает кричать.

Прошло мгновение, не больше, но оно погрузило в ужас такой силы! И ощущение ужаса проходило очень медленно, до конца так и не исчезнув.

Пока чихнувший вытирал нос, Крис обернулся к Эллен. Он даже не напомнил в очередной раз, что всем надо быть тише. Рипли встретилась с командиром взглядом, и тот, заметив что-то в ее глазах, приостановился и нахмурился. Когда он опять посмотрел на Эллен, она сдержанно улыбнулась. Крис кивнул и продолжил движение вперед.

Минут десять отряд в полном молчании шел за Хупом, держащим в руке пистолет, который мог как сработать против чужих, так и оказаться бесполезным. Отделка туннеля явно не была доведена до ума, и Рипли предположила, что здесь шахтеры вели работы на какой-то начальной стадии, и туннель не служил в качестве часто используемого прохода через уровень. Правда, это мало утешало. Если чужие сумели основательно проявить себя в главном туннеле, почему бы им не пользоваться остальными частями шахты?

Даже на верхних уровнях?

Чем глубже они внедрялись в подземелье, тем больше следов труда горняков замечали. Туннель расширялся, на потолке было все больше металлических балок. В стенах виднелись углубления от вгрызания механизмов в породу, тяжелые тележки на колесах, которыми пользовались для вывоза добытого материала, почему-то лежали кое-как. Команда прошла мимо круглой машины с выступающими рычагами, на их концах виднелись лезвия и совки.