Самец причесанный - Анатолий Дроздов

— Игрр велел тебе передать.

Я схватила древко. Выцветшая багряная ткань, вышитые золотой нитью цифры «V» и «I». Это то, о чем я думаю? Не может быть!

— Расскажи мне об Игрре! — попросила Амагу. — Где и как вы познакомились? Почему он — твой «тарго»?..

* * *

Как я и предполагала, сражения не случилось. Увидев когорту, сармы помчались на нас, но центурии сделали «черепаху», и вонючки, выпустив по стреле, умчались. Ничего удивительного: сармы воюют, когда их намного больше. Лола с «кошками» рванулись в погоню, но я остановила турму: мы здесь не для того. Когорта вышла на берег, и я различила в отдалении крохотный остров. На нем виднелись две маленькие фигурки. Похоже, они не понимали, кто мы.

— Буцины! — велела я.

Запели трубы, и на острове замахали руками: дошло. Спустя короткое время оттуда отчалила лодка. Двигалась она тяжело. Когда лодка приблизилась, я поняла почему: внутри плескалась вода. Женщина с большим животом вычерпывала ее котелком, а Игрр (теперь было видно, что это он) энергично махал веслом. Еще одна женщина лежала на мешках. Я поняла, что она или ранена, или больна. Лодка причалила, полная воды. Игрр выскочил на песок и первым делом вытащил раненую женщину. Беременная выбралась сама. «Это Виталия!» — догадалась я. «Кошки» завопили и рванулись к воде. Спустя мгновение они окружили Виталию, и я потеряла ее из виду. Игрр, держа на руках раненую, двинулся к нам. Он заметно прихрамывал.

— Помочь! — приказала я. — Вторая центурия!

Лиона скомандовала, и преторианки рванулись к Игрру. Я догадалась, что они из контуберния, в котором он служил. Раненую выхватили из рук пришлого, а самого принялись тискать.

— Наведи порядок, центурион! — рявкнула я. Распустила подчиненных дочка! — Потом будете обниматься! Когорта ждет! Мне нужно сделать важное заявление!

Лиона побежала вперед, преторианки отступили от Игрра и вернулись в строй. Раненую отнесли к повозкам. Видимо, дочка что-то шепнула пришлому. Игрр поправил пояс с мечом, пригладил волосы и парадным шагом двинулся ко мне. Не доходя пяти шагов, остановился и выбросил кулак от груди.

— Аве, трибун! Преторианец Игрр приветствует тебя!

Я склонилась с седла. Выглядел он усталым. Красные от недосыпа глаза, спутанные волосы, отросшая борода. На поясе гладий в богато изукрашенных ножнах. Все сходится!

— Не вижу преторианца! — хмыкнула я. — Из Ромы ты уезжал другим. Доспех воину!

Подскочившие преторианки облачили Игрра в лорику и шлем. Доспехи отдала Амага, сообщив, что они принадлежат пришлому. Пока мы шли, я их разглядела. Лорика оказалась древней и очень хорошей работы — с посеребренными пластинами и с гравировкой. Дорогая вещь! Великолепны были шлем и посеребренные поножи. Это снаряжение трибуна, у центуриона был бы поперечный гребень на шлеме. А вот свой шлем и доспех, как объяснила Амага, Игрр подарил ей. Возмутительно! Отдать снаряжение претория какой-то сарме! При других обстоятельствах я бы не допустила.

— Теперь похож! — заключила я, когда облачение завершилось. — Коня преторианцу!

Игрру подвели коня. Его, вместе с другими, привела сарма, сказав, что это лошади пришлого. Игрр поступил мудро, прислав их с Амагой. На всю когорту у нас два коня: мой и медикуса. Она стара, и ей трудно ходить. Остальные двигаются пешком, повозки с имуществом тащат мулы. Игрру пешком так более нельзя.

— Воины! — обратилась я к строю. — Рядом со мной вы видите преторианца Игрра. Больше месяца назад он отправился в Балгас за декурионом «диких кошек» Виталией Руф. И он привез ее!

Я указала рукой на застывшую турму. Виталии тоже дали коня, и она красовалась в седле перед строем. Без доспеха, но она и не на службе. А вот Игрр — да! Пока.

Когорта завопила и застучала в щиты. Я сделала знак умолкнуть. Рано: я еще не все сказала. Центурии затихли.

— На пути в Балгас Игрр повстречал диких сарм, но не растерялся и сумел их подчинить. В Балгасе дом, где он укрылся с декурионом, атаковали три орды: Красная, Синяя и Белая. Игрр сумел организовать им отпор и победил в этом сражении. При этом лично убил трех вождей. Он благополучно ушел из Балгаса и приплыл к нам. Но это не все. В Балгасе Игрр обнаружил и привез это! — я потрясла древком. — Это вексиллум первой манипулы пятого легиона. Вы знаете ее историю. Более ста лет назад случилась война со Степью, в Малакку для подкрепления отправили манипулу. Когда пришли сармы, трибун, чье имя сенат предал забвению, вывела манипулу за стены. Она захотела отличиться, но не подумала, чем это грозит. Сармы окружили манипулу и перебили легионеров. Вексиллум захватили. Вопиющий случай, единственный за всю историю Ромы! По этому поводу сенат издал специальный закон. Пятый легион лишился манипулы, состоявшей из двух центурий, с тех пор в легионе их нет. Одновременно сенат решил: любой, кто вернет вексиллу, возводится в сенаторское достоинство, независимо от происхождения! Согласия принцепса для этого не требуется.

— Ни фига себе! — раздалось рядом. Я сделала вид, что не услышала.

— Поэтому я говорю сейчас: «Аве Игрр, сенатор Ромы! Слава тебе!»

— Слава! Слава! Слава! — громыхнули центурии.

По моему знаку Лиона приняла вексиллум и торжественно понесла его к своей центурии. Теперь, до возвращения в Рому, их у нее будет два. Центурия заслужила эту честь: она вырастила героя. Прозвучала команда, и когорта стала вытягиваться в походный порядок. Я повернулась к Игрру.

— Ты не знал?

Он покрутил головой.

— Не рассказывай никому! — велела я. — Ты заслужил эту честь, а подробности не нужны.

— Как скажешь, трибун! — поклонился он.

Нс возражаешь, если я вернусь к своим спутницам? Виталия вот-вот родит, а Сани требует присмотра. У нее серьезная рана. Я вырезал наконечник стрелы, но он проник глубоко.

— Тебе не нужно спрашивать разрешения! — ответила я. — Мы теперь равные по положению. Твоя служба кончилась: сенаторы не маршируют в строю.

— Благодарю! — сказал он и ускакал. Я проводила его взглядом. Как повернется теперь дело? Игрр — сенатор, но вот надолго ли? Имущественного ценза у него нет, правда, в этом случае сенат даст отсрочку. До претория Игрр зарабатывал десять ауреев в день, пять тысяч золотых накопить не трудно. Но сенаторам работать нельзя — они заседают в курии. Для того и ценз, чтобы не думали о куске хлеба. Дилемма! Вздумает Игрр вновь гладить спины, Флавия вычеркнет его из списка за дискредитацию сенаторского звания. Не накопит ценз — тоже вычеркнет. Получается, хоть Игрр и сенатор, а от принцепса зависит не менее прежнего. Дочка права: ему требуется защита.

Я тронула бока коня сандалиями и поскакала к центру колонны. В походе мое место там. Вернемся в лагерь, подумаем…