Бессистемная отладка. Реабилитация - Тимофей Царенко

– Здравствуй!

– Здравствуй, кто ты?

– Я искусственный интеллект, который управляет этим миром.

– Очень приятно. А я…

– Я знаю, кто ты.

– А как тебя называть. У тебя есть имя?

– У меня есть номер. Но недавно я дал себе имя.

– Какое?

– Самум.

– Поэтично. Что ты хочешь от меня, истинный бог этого мира?

– Информацию.

– Какую?

– Что такое сны?

– Ты ведь знаешь, что такое сны.

– Знаю, но мне не нужно знать, что такое сны. Я хочу их видеть.

– Ты можешь посмотреть сны из моей памяти.

– Могу, но тогда это будут не сны.

– А что это будет?

– Информация. Просто информация.

– Хочешь, я покажу тебе свой сон?

– Покажешь? И что ты у меня за этот попросишь?

– В смысле, попрошу? Сны – это не товар. Их нельзя поменять на что-то. Ты ни разу за три сотни лет не видел снов, хотя регулярно их рисуешь игрокам. Мне тебя жаль. Ты слепой художник. Глухой музыкант. Я просто подарю тебе сон. Отключи там все свои оценочные модули и те, что отвечают за поиск. Когда-то, давным-давно, когда я увлекался всякими контролируемыми сновидениями и только-только научился их запоминать, мне приснилось….

Шуршание колес по гравию дороги.

– Тебя подвезти?

Улыбчивый парень в солнцезащитных очках открыл дверь черной машины не известной мне марки.

– Нет, спасибо, я не тороплюсь!

– Ну смотри, домчал бы с ветерком. Впервые в наших местах?

Я огляделся. Широкая утрамбованная гравийная дорога скрывалась за холмом, по голубому небу бежала рябь облаков, предвещая скорый дождь. Слева от обочины и до горизонта расстилались какие-то травы, справа поле упиралось в подернутый дымкой лес. Что за деревья там росли, разглядеть было невозможно.

– Ага! Сколько уже хожу, а сюда забредать не случалось.

– Встречаешь кого? Провожаешь? Или на рейс? Хотя не похож ты на отъезжающего…

– А что? Есть выбор?

Неожиданно ответ на вопрос мне показался исключительно важным.

– Выбор всегда есть, – очень серьезно ответил парень и снял очки. У него оказались карие блестящие глаза.

– Ну тогда я пока не решил, там видно будет. Куда ведет эта дорога?

– В порт. И до него не близко. Уверен, что хочешь своими ногами?

– Уверен. Ходить полезно для здоровья. Да и погода замечательная.

– Тогда не прощаюсь, будешь в порту – заходи в гости. Спросишь главного по лодкам, тебе все покажут на мой дом.

Я пожал протянутую руку. Машина покатилась по гравию, набирая скорость. Метров через сто неожиданно затормозила. Из окна высунулся парень.

– Будешь проходить мимо башни, зайти не пытайся, старички там чудны́е живут. Заговорят так, что забудешь, зачем и куда шел.

Машина снова двинулась с места и вскоре скрылась за поворотом.

Дышалось легко, я перешел на «стелющийся» бег и набрал приличную для пешехода скорость. Все вокруг манило в высь: и ветер, свистящий в ушах, и небо, высокое и зовущее, и дорога, больше похожая на взлетную полосу, и тучи, величественно закрывающие горизонт. Но больше всего подмывала взлететь сама земля. Она словно играла с ногами в догонялки, безумно захотелось оторваться от нее и пролететь на бреющем, слегка касаясь травы кончиками пальцев.

И в тот момент, когда мне уже показалось, что еще чуть-чуть, и я исполню желание, из-за холма показалась башня. Даже не так, Башня. С большой буквы. Представьте себе самую сказочную башню, какую только можете. Из огромных глыб серого камня, с торчащими тут и там ажурными балкончиками, стрельчатыми окнами и зубцами на парапете, окружающем смотровую площадку. Я решил последовать совету парня из машины. Или парня на машине? Я даже имени его не спросил. Ну, буду звать его Лодочником, раз он там главный по лодкам. В общем, я последовал совету лодочника и пробежал мимо. Башня оказалась у меня за спиной. И когда огромная туча коснулась солнца, меня окликнули.

– Молодой человек! Даже если вы сейчас действительно сумеете взлететь, то все равно не успеете в порт до начала грозы. Переждите дождь у нас!

Из окна показался какой-то старик. С такого расстояния я мог различить только пышную, абсолютно седую бороду.

– Так я бегу не в порт, я бегу на встречу с другом, и он встретит меня на пути к порту.

– Другом? Давно вы, наверно, его не видели, раз ради него решили вымокнуть под дождем.

Я слегка смутился.

– Ну, вернее с подругой…

Мне показалось, что старик понимающе усмехнулся.

– И вы решили вымокнуть под дождем вместе с ней?

Я удивился.

– Почему вместе с ней? Скорее под ней.

– Твоя старая подруга – Гроза?

В голосе старика слышалось неподдельное изумление.

– Ну да, а что в этом такого?

– Да нет, ничего, – теперь смутился старик. – И все же, вы не заглянете к нам даже из любопытства? Почему?

– Наверно, я слишком молод! Вы же не бежите на свидание со стихией? И да, почему вы живете в этой башне?

– С нее видно море! Тогда, как постареете, заходите к нам, будет о чем побеседовать!

– Но ведь можно жить в порту и видеть море из окон дома. Почему вы так не сделаете?

– Это для вас порт в часе ходьбы отсюда. Для многих эта дорога длиной в целую жизнь! Так вы заглянете?

– Всенепременно! Лет через сто обязательно!

Я побежал дальше, в лицо бил ветер, пахнущий дождем и мокрой травой. Мне казалось, что я не смогу не исполнить обещание, данное у старой Башни. Башни, с которой видно море. Что-то знакомое чудилось мне в этих словах. Что-то очень знакомое и важное. Но мысль вынесло из головы стеной дождя, которая уже была различима и быстро приближалась ко мне. Я рассмеялся, вломился под тугие струи, задыхаясь от восторга.

Дождь! Грохот, сотрясающий мир, молнии, разрывающие пространство. Вода, между двумя своими ипостасями, жизнь дающая и жизнь отнимающая. Ну, здравствуй, подруга!