Где бы ты ни был - Джеймс Ганн

Нет, Кейси, обычной силой магию не одолеть! Должно быть контрзаклинание. Думай, приятель! Включи мозги!

Думать не получалось. Тьма становилась гуще, и моя последняя мысль была о том, как Ариэль бьется в слезах над моим бездыханным телом.

А потом свет померк.

* * *

– Итак, молодой человек, – произнес кто-то, – вы будете просыпаться или вас еще разок облить?

Я открыл глаза, глубоко вдохнул и закашлялся. Воздух хлынул в легкие раскаленным паром. Ладонью я помассировал горло и поморщился от боли. Лицо и шея были мокрые.

– Вот так-то лучше. – Говорила женщина.

Голос казался смутно знакомым.

Я скосил глаза. Она стояла надо мной, держа в руках пустой стакан.

– Вы?! – прохрипел я.

Это была миссис Пибоди. Она кивнула, тряхнув седыми кудряшками.

– Скажите спасибо, что я оказалась рядом. Еще минута, и вас было бы не спасти.

Я повертел головой, проверяя, не отвалится ли. Не отвалилась. Силы понемногу возвращались, и я осмотрелся.

Я лежал на своей кровати. Тело била холодная дрожь. Я был совершенно голый, если не считать полотенце-убийцу, которое прикрывало все неприличное.

– Вы всех посетительниц в таком виде встречаете? – Старушка хихикнула. – Срам какой. Накиньте что-нибудь.

Прижимая к себе полотенце, я поднялся. Миссис Пибоди вежливо отвернулась, давая мне одеться.

– Как вы сюда попали? – спросил я и торопливо добавил: – Вы не думайте, я не в претензии.

Голос по-прежнему звучал сипло.

– Так же, как и ваши прочие гости, – ответила она. – Входную дверь вы заперли, зато другой проход оставили настежь открытым.

Она кивнула в сторону ковра. На нем все еще белел нарисованный накануне круг, с помощью которого я дважды вызывал Ариэль. Часть его была стерта чьей-то ногой.

– Вы очень беспечный молодой человек, – заявила старушка с укором и вдруг отвернулась.

Я опустил взгляд и спешно застегнул молнию на брюках.

– От беспечности одни беды, – продолжала моя гостья. – Когда балуешься с магией, последствия могут быть весьма плачевными… Итак, что вам удалось разузнать?

Вопрос застал меня врасплох.

– Ничего… – ответил я упавшим голосом.

– Стало быть, не отработали вы свой хлеб.

Она произнесла это так, как будто иного и не ожидала. Тут я согласиться не мог.

– Погодите-ка. Я занимаюсь этим делом лишь немногим более суток.

– По-моему, достаточно.

А вот это меня возмутило.

– Знаете, вы тоже хороши. Втянули меня в переплет, даже ничего толком не объяснив. И вообще…

– А вы бы мне поверили?

– Нет, конечно, – признал я. – Однако по вашей милости я чувствовал себя как слепой котенок. Дважды, а то и трижды меня чуть не убили…

– Я предупреждала, что будет опасно.

– Вот о таком, – я ткнул в полотенце, – не предупреждали.

– Едва ли вы думали об этом, когда держали в руках деньги. – Она насмешливо фыркнула. – Хотите вернуть?

После этих слов я больше не колебался.

– Знаете, да. За вычетом одного дня работы и накладных расходов.

Видя, что я достаю бумажник, она вскинула бледную тощую руку:

– Постойте, постойте, так не пойдет. Вы не можете просто взять и отказаться от работы. Рассказывайте, что вам удалось выяснить.

– Ничего, сколько можно повторять?

Я выложил деньги на тумбочку. По счастью, сильно потратиться не успел.

– То есть имени вы не узнали?

– Его зовут Соломон. Соломон Волхв, – ответил я, пересчитывая купюры.

– Это не то. – Старушка тряхнула кудрями. – Мне нужно настоящее имя.

– Я его не знаю.

Всего в бумажнике было девятьсот семьдесят шесть долларов. Из них я забрал себе сто двадцать шесть (чтобы вышло сто долларов за день работы и пятьдесят на расходы), а остальное пододвинул миссис Пибоди.

– И это все, что я получаю за свои деньги?

– Ну еще я нашел обратный билет до Вашингтона, – нехотя признался я.

– Так… – сказала она со значением.

– Однако я даже не знаю, чей он. В общем, вот ваши деньги, забирайте.

Ее тусклые голубые глаза подозрительно сощурились.

– Что-то больно легко вы расстаетесь с ними. Случаем, нового клиента не завели?

– Возможно.

– И кто это?

– Не ваше дело, – отчеканил я.

– И что, хорошо платит? – спросила она. – Едва ли. Хотя если это девушка… Готова поспорить, что вы как раз из тех олухов, которые охотно променяют деньги на поцелуи.

– Даже если и так, что с того? – сказал я, покраснев. – Прощайте. Уходите.

– Ишь, раскомандовался! – вскинулась старушка. – Когда закончим, тогда и уйду. От работы я вас, между прочим, не освободила. Сделка есть сделка.

– Только если она честная, – возразил я. – Вы утаили от меня важные подробности.

– Молодой человек, вы – хам. – Она покачала головой. – Я, понимаете, спасаю вам жизнь, а вместо благодарности меня выставляют за дверь.

– Простите, – искренне сказал я. – Спасибо вам.

– Так-то лучше. А теперь скажите: цели вашего нового клиента идут вразрез с моими?

– Ну… – Я замялся.

– Тогда что вам мешает выполнить две работы одновременно? – победным тоном сказала она. – Надеюсь, к деньгам вы отвращения не испытываете?

Я подумал немного и решил:

– Простите еще раз, но нет. Не могу работать на человека, который скрывает свое настоящее имя.

– Значит, имя девушки вы знаете? – Видя, как я краснею, старушка снова захихикала. – Что ж, ладно, молодой человек. Отказаться – ваше право.

– То есть вы свое имя мне не скажете?

Она решительно мотнула головой, взяла деньги и направилась к двери. Сняв цепочку, оглянулась.

– Передайте той девушке, что ей очень повезло с выбором.

Я не сдержал улыбки, отвел глаза – и застыл как громом пораженный. Зеркало, прислоненное к стене, было развернуто. Вот только вместо старушки в нем отражался кто-то другой.

Сквозь ночную мглу проступало лицо Ариэли.

Миссис Пибоди тоже посмотрела в зеркало, и ангельские глаза испуганно расширились. Я ошалело переводил взгляд с тусклого миража юности и красоты на морщинистую старуху, стоящую передо мной. Ведьма – все-таки она ведьма. А я поверил в тот облик, даже влюбился в него.