Метро 2035. Черноморье - Виктор Лебедев

Ган приземлился прямо на тент, натянутый внизу, во дворе. Навес защищал от солнца и дождей овощи и фрукты, хранящиеся в ящиках и еще не перенесенные в подвал. Каркас оказался достаточно крепким, спружинил, синтетическое полотнище отбросило мужчину на пыльный газончик. Даже не ушиб ничего.

«Вот уж повезло, сверху было не рассчитать, насколько удачным станет приземление». Ган вскочил на ноги, завертел головой. Он был как на ладони, вдали – забор, до которого еще надо умудриться добежать под наблюдением с вышек, в кустах не спрячешься, они все – невысокие, подстриженные, да и люди Кардинала прочешут все быстро.

Пока он думал, над ним высунулись головы, зазвучала брань, первая пуля выбила пыльный фонтанчик под ногами. Мужчина бросился под навес, он хоть не спасет от пуль, зато скроет от глаз. Минута – и внизу будут люди, надо срочно что-то делать. На ближайшей вышке уже разворачивали дуло пулемета в его сторону, сверкнуло что-то на солнце. «Как бы не снайпер», – мысль обдала холодком, заставила пригнуться среди ящиков.

Сверху тент прошили две пули, одна за другой, метрах в двух от Гана. Кому-то явно не терпелось поскорее покончить с ним. Куда тут денешься? Выбежать из-под тента – сразу покойник, в следующий раз не промажут, оставаться здесь – тоже покойник, снайпер разглядит его среди деревянных почерневших ящиков, поставленных друг на друга.

Глаза метались от одного предмета к другому, пытаясь найти выход. Хотелось пожить еще немного. Желание было неосознанным, скорее, на уровне инстинктов… Когда он направлялся к Кардиналу, то не думал, что будет делать потом, если сможет убить главу Тайной Канцелярии. Да и вообще, весь его план был шит белыми нитками. Ган представлял лишь, как попадет в кабинет врага, где будет действовать по обстоятельствам. Если добраться до своего убежища на окраине поселка, то шанс сбежать есть. Но как преодолеть линию вышек и пулеметчиков со снайперами по открытой местности?

Где-то за углом скрипнула дверь, ухнула об косяк, послышался приближающийся топот ног. Сейчас преследователи окажутся перед ним, а у него даже оружия никакого нет. «И чего я не взял пистолет Грицко? – Хорошие мысли, как известно, приходят позже. – Хотя бы парочку прихвостней Кардинала успел пристрелить».

Вдруг справа, практически на уровне земли, он заметил небольшое стеклянное окошко. Оно было приоткрыто, что за ним – темнота не позволяла увидеть.

«Эх, была не была». Ган нажал плечом на ряд ящиков, те накренились и грохнулись на землю, поднимая тучу пыли, покатились картошины врассыпную. Вся надежда была на то, что грохот отвлечет снайперов, позволит добежать незамеченным до входа в подвальные помещения. Послышались крики:

– Сюда! Он там! Стреляй, бля!

Не теряя времени, он бросился к подвальному окошку – еле успел протиснуться. За спиной брызнуло стекло, осколки посыпались на пол подвала вслед за приземлившимся.

Он бездумно бежал по узким коридорам, сворачивая наугад, спотыкаясь о коробки и ящики с неизвестным содержимым. Погони пока не было слышно. Сквозь редкие окошки под потолком едва проникал дневной свет, позволяя не свернуть шею в этом затхлом, пахнущем сыростью подвале.

Очередной поворот привел в комнату с нагроможденными один на другой бочонками с потеками. Ган быстро пробежался по периметру, соображая, куда дальше, но никакого прохода не нашел. В этот момент в коридоре зазвучали голоса. «Явились по мою душу». Гул нарастал, выбраться из комнаты незамеченным уже не получалось – как раз выскочит перед преследователями. Полыхнул луч света, осветил вход. Голос за стеной отчетливо, со злобой сказал:

– Куда он денется, найдем. Снаружи все оцеплено, а здесь бежать некуда.

Ган нащупал за бочками какую-то палку, схватил ее, приготовился подороже отдать жизнь. Хоть зубами грызть глотки будет, но легко не сдастся.

Совсем рядом тихонько лязгнуло. Он стремительно развернулся, замахнулся палкой. Прямо за его спиной открылась низенькая, обитая металлическими полосками дверь. «И как я ее сразу не заметил?» Тонкая белая рука махнула, показывая, что не угрожает ему.

– Если хочешь жить, следуй за мной, – приятный женский голос прозвучал неожиданно для такого места. В нем не чувствовалось угрозы, лишь нетерпение.

– Жду пять секунд и закрываю дверь, мне совсем не хочется, чтобы меня обнаружили, – продолжила незнакомка.

Ган думал недолго. Что он терял? Даже если там, за дверью, также ждет смерть, что изменится? Он нырнул в прохладную темноту, стукнулся головой о низкую арку входа, зашипел. За его спиной незнакомка закрыла дверь на засов, взяла его за руку и повела по темному коридору дальше. Прикосновение руки было приятным, мужчина позволил вести себя вперед, доверился девушке или женщине, чье лицо и фигуру скрывал длинный, до пят, плащ. Она молчала, а Ган не знал, что спросить. Придет время – он все узнает.

Видимо, этой частью подвала не пользовались. Да и не факт, что это были подвалы. По ощущениям Гана, они уже должны были выбраться за пределы резиденции Тайной Канцелярии. Ходы напоминали старую канализацию, они двигались, наполовину согнувшись, плечи и голова то и дело задевали невысокий потолок, под ногами было сыро, они ступали в маленькие лужи, не очень приятно пахнущие, шаркали о камни, торчащие из бетонного пола.

Наконец незнакомка свернула в небольшое помещение, Ган нырнул следом за ней. Таинственная спасительница чиркнула спичкой, зажгла огрызки свечей, стоявшие на каменных плитах прямо на полу. Теперь можно было различить детали: из помещения уходили какие-то широкие трубы, у стены стояли несколько грубо сколоченных табуреток, покосившийся столик.

– Где мы? – Мужчина впервые нарушил молчание с того момента, как незнакомая рука поманила за собой из темноты коридора.

– Не волнуйся, здесь тебе ничего не угрожает. – Она откинула капюшон, и Ган смог, наконец, рассмотреть свою компаньонку. – Вряд ли кто знает об этом убежище. Рано или поздно они вскроют дверь, когда не найдут тебя в подвале санатория, но время у нас есть.

Она тряхнула головой, взлохмаченные каштановые волосы едва доставали до плеч. На вид – девушка примерно двадцати пяти лет. Взгляд решительный, уверенный. Стройная. Морщинки в уголках губ стали резче, когда она улыбнулась. Тонкие губы приоткрылись.

– Надя, – она протянула руку. – Будем знакомы.

– Называй меня Ганом. Мне так привычнее, – добавил он, видя недоумение на лице девушки. – Производное от фамилии Ганев.

– Ладно, как скажешь. – Карие глаза вспыхнули, пробежала веселая искорка.

– Чему обязан своим спасением?

– Так это ты шороху навел? – вопросом на вопрос ответила она.

– Ну, если за мной гоняются ваши шестерки, то, видимо, да.