Зона Посещения. За миг до рассвета - Сергей Вольнов

В ожидании напарника он и вправду произвёл новую ревизию припасам. Более углублённую. Хотя мало что добавил к уже экспроприированному ночью. Всякие деликатесы «на работу», так сказать, брать не следовало, оно лишнее. На привале можно себе позволить расслабиться и погурманствовать. В рейде ничего лучше стандартных походных рационов и консервов не изобрести. По весу они меньше, по энергетической ценности – больше.

Когда вернулся проводник, Реверс расправился с костром и пребывал на низком старте.

– Ну как там, картина шедевральная? – вопросил он старшего.

– М-да, после тебя ничего не подрисуешь, – был ответ. – Правда, вентиляционные каналы уцелели, и в них сохранились остатки дряни, которую варили научники. Есть образцы.

– Я думал, там всё покрылось этой мутью, когда ядовитое облако осело…

– В облаке в основном исходные ингредиенты, а нам интересен готовый продукт. Ладно, что пройдено, то пройдено… Задний туннель я зашифровал и запечатал, – оповестил Орёл, – теперь оттуда никто не пролезет.

– Каким образом, интересно? Те, что запечатывали раньше, тоже полагали, что никто не…

– «Тупая пробка», – обнадёжил Орёл. – Вход не замаскирован и не завален, он просто перестал существовать.

– Ты потратил забойный артефакт на ту нору? – удивился Реверс. – Неужели этот схрон настолько важ…

– Типа того. Вполне может понадобиться, несмотря на то, что враг знает о нём. Точней, именно поэтому может… Ну, не зря же ты тут всех приканчивал… Вперёд? – подытожил Орёл.

– Ха! Да я уже весь обзаждался, – съязвил Реверс. – Вон, костёр притушил, как положено, помочившись.

– Тогда двинули, – кивнув, согласился напарник. – То-то я теряюсь в догадках, что за свеженький аромат появился… Это важная причина не задерживаться.

Они выбрались наружу, пролавировали между смертоносными локалками, и вскоре младший сталкер крался в паре шагов позади от старшего по зарослям, которые начинались совсем неподалёку от кольца камней, наваленных вокруг тайного пролома в подземелье. Солнце, по идее, поднялось достаточно высоко, но уровень освещённости в третьем круге был традиционно паршивым. Вдобавок деревья и кусты застили видимость, ухудшая просмотр окрестностей. Реверс, конечно, полагался на суперзоркого во всех смыслах напарника, но и сам неустанно лоцировал обстановку на местности вокруг. В том числе и сканером, который показывал отнюдь не ободряющие данные.

Они передвигались осторожно, но куда быстрей, чем обычный темп, на который обречены сталкеры в ходках по кругам ниже первого и особенно в третьем и четвёртом.

В пределах сотни метров по ходу движения кишело полным-полно всякой мутной живности. Деревья через одно являлись ядовитыми, абнормалей тоже хватало с избытком. Но вся эта инородная жуть как бы в упор не замечала пробирающихся сквозь чащу сталкеров. Ведомый понимал, что Орёл способен ладить с местными флорой и фауной. Если уж он, как никто, ладит с самим Тротом… по крайней мере время от времени точно с ним на короткой ноге. Как сейчас.

Они преодолели немалое расстояние в экстренном режиме, как внезапно ведущий резко остановился. Реверс увидел, что проводник указывает ему на дерево. Одна из разновидностей мутированного дуба. Растение не самое опасное, вот только жёлуди в период созревания взрываются облачками нейротоксичного газа. Но сейчас не сезон, и опасаться в принципе нечего. Что же там?.. Приглядевшись, младший заметил, что на могучем древесном стволе возникли какие-то наросты. Словно ноздреватые комки блевотины кто-то наляпал, проходя мимо, «струганул» и дальше почесал.

– На первый взгляд и нюх кажется, что грибы-паразиты, – сказал Орёл, – но уже на второй чуется, что совсем не из этой оперы. Самое стрёмное, что даже я не знаю, из какой. Эти организмы не порождение Трота.

– Какие соображения? – спросил Реверс, разглядывая пакость повнимательнее, сканируя наросты на всех доступных частотах. Ничего сверхнеобычного он пока что не определял.

– А такие, что это начальная стадия развития, – поделился Орёл. – Они как рыбья икра, которая паразитирует на деревьях. Но когда икринки нажрутся, то преобразуются… э-э-э… в головастиков, а затем, надо полагать, во взрослых особей.

– Ты их видел?

– Головастиков видал, – поделился Орёл.

О взрослых он не упомянул. Либо не видел, либо не уверен, что видел конечную стадию развития именно этой «икры».

– И что оно такое?

– Прыгучий такой слизняк, небольшой, с птичье яйцо. Эти твари проникают в живое существо и затем паразитируют уже на движущихся формах жизни. При этом слизняки, условно говоря, могут обладать некоей коммуникацией между собой и со временем, захватив контроль над своими жертвами, вынуждают их действовать коллективно…

– Кру-уто! Фью-ю-ю! – Реверс аж присвистнул. – Пацаном я бы сказал, прям как в кино.

– Это кино у нас перед носом, мы в нём снимаемся. Хотим или не хотим, нас не спросили… Нужно уничтожить эту дрянь.

– Как?

– Срежем, затем сожжём.

Через минуту политые «огневушкой» из баллончика «грибы» полыхали синим пламенем.

– Дыма не глотни, – предостерёг Орёл. – Пошли, тут нам нечего больше делать.

– Искать очередное дерево?

– Пока да, – подтвердил напарник и снова увёл младшего в абнормальную глушь, оставив синее пламя гореть под дубом. Для неведомой «третьей силы» не больней щипков за задницу скорей всего, но хотя бы так.

– А вдруг лесной пожар… – задумчиво проговорил Реверс.

– И не надейся, – возразил Орёл. – Вообще не помню, чтобы в Троте лесной пожар хоть раз случался. Растения-мутанты на другом уровне развития, пожара не допустят. А не тронутых инородным воздействием не так уж и много осталось.

– Чтоб уж совсем не тронутых – вряд ли вообще осталось, за столько-то десятиле… – начал было делиться соображением Реверс, но не успел договорить.

– Чую! Вон там! – махнув рукой, резко бросил ведущий и, не скрываясь, шумно, как лось, ломанулся сквозь заросли в указанном направлении.

Реверс бросился вслед, стараясь не сильно отставать; разрыв между напарниками и так составлял добрый десяток шагов. Мчаться за сталкером, который гораздо сильней слился с ирреальностью, задача не из лёгких. Орёл на игровой доске Трота – фигура куда более высокая, чем он, «молодой».

Но и собственного сталкерского опыта у Реверса столько накопилось, что позволяет не считать себя пешкой. И с высоты как минимум «офицера», если взглянуть на происходящее, становится ясно, что Орёл не сошёл с ума, одержимый идеей противостояния некоей третьей силе. Он – супергерой. Без всяких кавычек. Под стать цели, к которой стремится.

Настоящий сталкер будет ровно тем, кем нужно быть в настоящий период времени. Если надо быть безумным, он будет безумным. Если понадобится быть старым и беспомощным, он будет таковым. Причём не понарошку. Это не актёрская игра, а истинное перевоплощение. Вернее, игра, но не актерская. В Троте ставки наивысшие, на кону всегда жизнь, и главное отличие от театра, что никто из играющих не обращает внимание на зрителя. Все эти трансформации необходимы для того, чтобы человеческий разум сумел выйти за горизонт устоявшихся представлений и норм и при этом не утратить рассудок, а по-иному воспринимать картину мироздания. Всё остальное вторично.