Массандрагора. Зов Крысиного короля - Иван Безродный

– Здорово! – снова невольно вырвалось у Пашки.

– Но тут другая фишка, – невозмутимо продолжал капитан, – мы не можем управлять Большим Метро, за исключением всяких мелочей, так что при необходимости приходится перекраивать его своими руками, классическим способом с помощью обычных строителей, монтеров и электриков… А вот полигон изменить еще как можем! Может быть, именно потому, что он маленький и далеко не вечный. В общем, либо то, либо другое.

«Как тут все сложно», – подумал Пашка.

– Но если полигон можно изменить по своему желанию, – заметил он, – тем более создать с нуля целые миры, то… это же… как… – Пашка задумался, подбирая слова.

– Человек подобен Богу? – усмехнулся Федор. – Во-первых, создает не человек, а Машина, к тому же согласно обычным физическим законам, так что никакой мистики-магии тут нет. А во-вторых, повторю, тот же полигон – это не навсегда. А в-третьих… в-третьих… ну… должно же быть что-то еще? – Капитан подмигнул.

– Да я не об этом! – с досадой поморщился Пашка. – Вот почему на нас напали эти свинопсы? А горячий дождь, метеориты? Это было специально?

– Думаю, да: для Машины устроить такое – раз плюнуть. А вообще в начале практически всех турниров стараются создать всяческие неожиданности, ну, чтобы отсеять, типа самых слабых и невезучих. Это же шоу! А для многих до сих пор важна зрелищность, будь она неладна…

– Но это же очень опасно! Что значит «отсеять»?! У нас ведь уже человек погиб!

– Погиб, – вздохнув, кивнул Федор, – и тут ничего не поделаешь… Машина, полигоны, порталы там всякие – не наши они, не человеческие, понимаешь? Существа, придумавшие их, мыслили иными категориями. Другая логика, другая мораль. Есть типы состязаний, когда команды воюют друг с другом практически по-настоящему, и такой турнир от гладиаторских боев практически ничем не отличается, разве что сражаются не рабы, а военные за деньги или преступники за свободу.

– А что тут еще может быть, ну… из неприятных неожиданностей?

– К сожалению, все что угодно. Вообще это зависит от условий турнира, в котором мы оказались. Но что-то у нас идет не так, так что на общие правила можно не рассчитывать.

– Ну а можно ли отключить все эти опасности? Или построить прямо здесь защищенный бункер? Или склад с едой? Ведь полигоном можно управлять, разве нет?

– Теоретически да. Этот мир можно настроить очень точно, вариантов миллионы, но у нас никакого доступа к Машине сейчас нет.

– А у кого есть?

– В основном у распорядителя, и то – не всегда. Когда турнир начинается, возможностей для манипулирования становится меньше всего. Ну, чтобы условия не менялись слишком часто, предоставляя какой-либо команде конкурентное преимущество.

– У распорядителя? Это тот, который в том замке, в горах?

– Ну, это не совсем замок, я даже не уверен, что там вообще что-то есть… Но нам кажется, этот распорядитель интересуется тобой. Случайно, не знаешь почему?

Пашка покачал головой. Опять! Спрашивали ведь уже… Что за допрос? Значит, все-таки не доверяют…

– Жаль. Очень жаль, – вздохнул капитан.

«Да это я хотел вас спросить о том, что вам всем от меня надо!» – чуть было не вырвалось у Пашки, но он вовремя сдержался.

Следующие полчаса прошли практически в полном молчании, раздавался только монотонный, выводящий из себя звон цикад. С каждой минутой солнце припекало все сильнее, и путники порядком взмокли. В глаза, нос и уши лезла пыль, над головами кружила туча мух и слепней. Далед, казалось, вовсе не замечал их, зато Дуар, замыкающий профессию, иногда с диким рыком начинал размахивать руками и даже топать ногами, пытаясь отогнать от себя назойливых кровососов.

Они уже почти добрались до излучины реки, которая делала в этом месте крутой поворот. Берег здесь был покрыт густой зеленой растительностью, а широкая полоса непосредственно у воды белела чистейшим песком. И вот там на солнышке грелось огромное множество странных существ, похожих на тех, которых Пашка заметил, находясь на пригорке у информационного стенда. Тогда он решил, что его подвело зрение или нервозное состояние, но теперь…

– Кто это?! – дернул он за рукав Федора.

– О, мокрицы, – с довольным видом ответил капитан. – Ну, значит, с голоду не помрем.

– Это трилобиты, – возразил, обернувшись, Сармат. – Трило́бики, как мы их называем – они есть во многих мирах. Видишь, пацан, какие у них панцири и хвосты?

– Вон и мокрицы бегают, – показал Федор. – Да их вообще полно там! Лепота!

Трилобиты! И гигантские мокрицы. Пашка с удивлением таращился на более чем метровых членистоногих, похожих на помесь черепахи и рака, с небольшими клешнями и плоскими хвостами. Некоторые из них бесцельно ползали взад-вперед, а другие нежились в выкопанных в песке ямах. Среди монстров сновали существа чуть поменьше, более вытянутые и гладкие, состоящие из колец и узких пластин. Они были светло-желтых либо бежевых оттенков и выглядели совершенно непривлекательно. Мокрицы!..

– Обожаю их запеченными с картошкой и сметаной, – сказал Сармат, демонстративно гладя живот. – С укропчиком… В тыщу раз вкуснее омаров! Между прочим, жрать охота. Я ведь не ужинал. А тут еще только полдень!

– Обойдешься, – беззлобно хмыкнул капитан. – Будет привал – будет тебе и сметана.

– Уж я надеюсь, – усмехнулся Сармат. – Да что-то не верится.

Они дошли до рощи и свернули в долину, следуя еле приметной звериной тропой.

– Осталось совсем немного, – обнадежил Далед. – Подтянись!

Постепенно местность снова стала бедной, только-только появившаяся у реки жирная земля уступила место грязному песку и россыпям острых камней, а деревья – плотным, высоким кустам. Далед принялся сверяться по какой-то бумажке, на которой был распечатан план местности – капитан объяснил Пашке, что его любезно предоставила Машина через информационный стенд. Но пока это была единственная ее помощь.

– Вон там, – вскоре показал Далед. – Смотрите!

Среди колючих кустов, растущих здесь уже практически стеной, торчала невысокая мачта с треугольным металлическим флажком неопределенного цвета. Мерко остановился неподалеку от нее и вопросительно оглянулся – что, мол, делать.

– Сержант, проверьте обстановку! – скомандовал Далед. – Живо!

Сармат беспрекословно устремился вперед, осторожно раздвинул кусты и исчез за их ветвями. Прошла томительная минута. Наконец он вынырнул обратно и немного понуро побрел назад.

– Ну что? – нетерпеливо крикнул ему майор. – Что там?

– А ничего! – махнул рукой Сармат. – Там все уже давным-давно разграблено! Не будет никакой сметаны.

Некоторое время все стояли молча. Превозмогая начавшуюся головную боль, Пашка гадал – дело просто плохо или совсем хреново.

– Ну, – сказал Федор, отирая со лба крупный пот, – тогда идем к будке контролера, может, там что осталось. Оттуда уже разбредемся по маршрутам. Все равно туда шкандыбать.