Енот Шрёдингера - Сергей Шкенев

– Господа, Содружество Демократических кланов в опасности! Мы стали рабами Российской Империи и сами не заметили этого!

В оратора полетели ботинки, банановые шкурки, огрызки яблок и предметы женского туалета. Из зала послышались выкрики:

– Зрада! Ганьба! Глист интеллигентный! Кремлёвский мурзилка расчехлился! Запутинец!

Последний выкрик заставил оратора побледнеть от ярости. Значение этого слова давным-давно затерялось в веках, и его никто не знал, но вот уже больше тысячи лет оно являлось самым страшным оскорблением для любого истинного либерала и демократа. Такое оскорбление смывалось только судебным процессом и огромной суммой иска к обидчику.

Но сенатор взял себя в руки и продолжил мысль:

– Да, господа, как ни горько это признавать, но мы все в рабстве у русского императора. Мы в поте лица зарабатываем миллиарды только лишь для того, чтобы отдать их в уплату за товары имперского производства. У кого из нас личные яхты и космические корабли сделаны в Содружестве? Покажите мне этого отщепенца, и я лично пожму его мужественную руку. Нет таких? Печально и горько мне, господа сенаторы, депутаты и главы кланов. Очень горько!

Зимбабвиец в зале поддержал оратора:

– Да, горько! Все слышали, как Большой Белый Бвана меня благословил? – С этими словами он вытащил из-под кресла перепуганную нэку и принялся целовать её взасос, приговаривая во время коротких передышек: – Тили-тили-тесто, супруг номер один… тили-тили-тесто, супруг номер два… Я буду звать тебя Гюльчатайкой!

Сенатор с трибуны поприветствовал новую семейную пару выставленным средним пальцем и вновь обратился к залу:

– Господа, я призываю не оставлять без ответа экономическую агрессию Российской Империи и предлагаю немедленно принять адекватные меры по её отражению. В первую очередь нужно на порядок, а то и на несколько порядков увеличить закупки предметов роскоши, деликатесных продуктов, элитных спиртных напитков и транспортных средств повышенной комфортности, тем самым заставив имперскую экономику работать с перенапряжением и на пределе возможностей. Тем самым мы заставим противника собственными руками разрушить своё благосостояние! Скупив все продукты питания, мы вынудим подданных императора Михаила есть ёжиков и больных бобров, и через полгода, максимум через год, режим обязательно падёт!

Опять послышались выкрики с мест:

– Зрада! Ганьба!

Но они не смутили вошедшего в раж оратора:

– И я требую принять закон об увеличении налогов для сельхозпроизводителей Содружества! Для начала поднимем их в три раза, а в дальнейшем, если для торжества демократии этого будет недостаточно, то и в десять раз! Местечковые интересы фермеров не должны мешать великому делу борьбы с Империей Зла! Выношу законопроект на голосование, господа!

К трибуне пробился сбежавший от гринписовцев Леонардо Мосийчук и протаранил сенатора, вышвырнув в зал по крутой траектории, и тоже произнёс речь:

– Господа, по моему скромному мнению, голосование давно не является демократическим инструментом. Предоставляя один голос одному человеку, мы ущемляем гражданские права и свободы людей с раздвоением личности, а также людей с повышенной комплекцией. Мне, например, и четырёх голосов мало.

Послышался одобрительный гул, поддерживающий притязания владельца сети ресторанов «Биг Пигз энд шпиг фудс». Некоторые депутаты даже проснулись и вяло поаплодировали. Леонардо Мосийчук, вдохновлённый одобрением, выдвинул ещё одну идею:

– Я предлагаю упразднить Военно-Космические силы Содружества, и тогда оставшаяся без противника армия Российской Империи быстро и бесповоротно деградирует. Тем самым она перестанет угрожать нашим демократическим и общечеловеческим ценностям! А каждого уволенного из флота военнослужащего можно выгодно продать шахтёрам на астероиды.

– Зря он это сказал, – еле слышно прошептал предыдущий оратор, потирая полученные при падении с трибуны многочисленные ушибы. – Вояки не оценят.