Новая Зона. Псы преисподней - Игорь Недозор

– Вы ничего не перепутали? – спросил Дунаев у заместителя.

– Никак нет, товарищ генерал. Я мог бы ошибиться, но эта развертка сделана компьютером по времени поступления сообщений…

– Та-ак… – протянул Дунаев. – Если разные стаи чертовых тварей атаковали согласованно и скоординированно, повинуясь неведомому графику, то выходит, что тварями кто-то управлял?!

У Григория Маратовича подобное не укладывалось в голове. Слишком фантастично звучала данная гипотеза.

– И наконец… – Заместитель опять переключил пульт. Звезда на карте стала выпускать новые лучи. – Мы имеем два направления атаки. Первый – шесть потоков, движущихся с юга на север, и второй – из четырех лучей, идущий с запада на восток. Причем, насколько я понимаю, – две карты наложились друг на друга, – если мутанты действуют согласно непонятной закономерности, то аномалии возникают полностью стохастически, и два процесса никак не коррелируются.

На лицах у некоторых из присутствующих промелькнуло облегчение. Видимо, они мимолетно подумали об одном и том же – о диверсии с помощью неведомого оружия. Но раз процессы не связаны, то, значит, имеет место всего лишь обычная чертовщина!

– А что скажет наука? – обратился Дунаев в сторону Колокольцева.

– Я знаю, о чем вы все, господа, подумали, – откашлялся академик. – Но даже если и предположить, что аномалии – это именно начало возникновения пресловутой Зоны, то сие не объясняет наличия мутантов в таком количестве и столь большом разнообразии.

Он развел руками.

– Определенная, четкая связь с хармоидными процессами, несомненно, есть. Но мы не можем ее однозначно вычислить. Ну и наконец, я честно признаю, что не готов дать ответ на вопрос о мутантах. Разве что работает телепортационный механизм, связанный с одной из Зон. Иначе им просто неоткуда взяться! Но даже если принять за основу эту гипотезу…

Григорий Маратович поднялся из кресла, встал у стола, скрестив руки на груди и сверля собеседника пронзительным взглядом. Выражение его лица не предвещало ученому мужу ничего хорошего.

Глава Санкт-Петербургского отделения РАН чувствовал себя на редкость скверно и неуверенно. Начальники вообще не любят недомолвок и загадок, они предпочитают краткие формулировки и успешно завершенные задания.

Но думал генерал вовсе не о севшем в лужу мудреце. Он думал о детях.

Уже не раз Дунаев подавлял порыв бросить все на зама и рвануть спасать своих девчонок. Но что поделать, он не мог просто так взять и оставить город, за который погибли оба его прадеда…

Он перевел взгляд на второго представителя науки в сем высоком кабинете. А именно на Фоку Фомича Гордеева, к слову, явившегося в полицейский главк не в качестве консультанта, а для утряски дел, связанных с финансированием производства «специальных инструментов». И вот к случаю о нем вспомнили.

Член-корреспондент РАН, доктор биологических наук, вице-директор корпорации «Спектрум», кавалер орденов, лауреат… и все… Когда-то он ушел со скандалом из московского института, где Колокольцев ходил у него в замах, но тот сделал определенную научную карьеру, переведясь в Питер, и сейчас не обращал на бывшего начальника внимания. Если глава местного отделения РАН казался классическим ученым – слегка растрепанным, в старомодных очках и ботинках не под цвет костюма, то Гордеев смотрелся как успешный бизнесмен.

Он был свежевыбрит, в новеньком импортном и явно недешевом костюме, выглаженной рубашке и галстуке, заколотом алмазной булавкой, словно отправлялся на светский раут, а не в полицейский главк. Дорогие часы на руке – не меньше десяти штук в долларах (у генерала такие тоже были, но он их давно не надевал – не принято сейчас показывать, что живешь не по средствам).

По лицу Фоки Фомича и манере держаться было видно, что его нимало не смущало то обстоятельство, что он оказался в компании столпов города и генералов. Видать, не привыкать членкору к подобной публике.

– А вы что думаете обо всем происходящем, Фока Фомич? – осведомился Дунаев, невольно ловя себя на мысли, что ученый до странности похож на Наполеона. Даже вон правую руку, точь-в-точь как император, заложил за борт пиджака.

– Я думаю, что всем нам следует согласиться с очевидным. – Гордеев хмуро обвел взглядом присутствующих. – Да, согласиться с очевидным, – повторил он. – В Санкт-Петербурге начинается «харм».

– Вы отдаете себе отчет в том, что вы несете?! – вскричал Колокольцев.

– Отдаю, дражайший Николай Михайлович… Да вы своими глазами все видите!

– Во-первых, я вам не «дражайший»! – рявкнул на членкора его бывший зам. – А во-вторых, я вижу, что классических аномалий, типичных для начала «харма», нет… почти нет…

– Ну, значит, это не классический «харм», – пожал плечами Фока Фомич, – только и всего…

– Да, наверное, вы правы, – произнес Колокольцев вдруг севшим голосом. – Я тоже… но я надеялся…

По морщинистой щеке ученого мужа скатилась слеза.

– Простите, я был в эвакуационной комиссии Академии в Москве… – Он всхлипнул почти по-детски. – Как же это… что же теперь будет?

Дунаев повел глазами в сторону Колокольцева, и обмякшего старца вывели за двери.

В воздухе повисло тяжкое молчание… Все понимали: слово за Дунаевым. От того, что скажет генерал-лейтенант, зависит их дальнейшая судьба. Их. Их близких. Миллионов горожан.

И генерал тоже это ощущал. Сейчас он будет вынужден принять какое-то решение. Разумеется, всем бы хотелось, чтобы Дунаев принял то решение, которое нужно. Или все равно какое. Лишь бы было. Только бы не сидеть, как барану в ожидании мясника. Хотя бараны вроде не сидят? А если выяснится, что оно было неверным, что ж… Приказ есть приказ.

– В общем, так. – Дунаев вернулся к столу, грузно опустился в кресло. – Сергей, – посмотрел он на главу пресс-центра полковника Стокова, – пусть твои орлы связываются со всеми телекомпаниями. С радиостанциями, со студиями кабельного телевидения… Скажи, чтобы пустили экстренное сообщение. Пиши быстро и передавай. Пусть звонят, пока связь полностью не сдохла!

Стоков кивнул и пулей выскочил из кабинета.

– Теперь ты. – Палец ткнул в начальника полиции общественной безопасности. – Срочно передай на места, чтоб предупредили больницы, школы, детские сады, институты, колледжи, академии, всю эту… – Он обреченно махнул рукой, проглотив ругательство. – Предупредить, чтобы сидели на месте и ждали, пока их вывезут. Начинайте формировать эвакопункты, используя крупные супермаркеты, моллы, кинотеатры и прочее в том же духе. Оттуда эвакуация будет производиться в первоочередном порядке.

– Нужно использовать для этого теплоходы, – произнес человек в штатском – заместитель руководителя городской ФСБ генерал-майор Ломов.

– Да, водный транспорт… – закивал Дунаев.