Война теней - Николай Раков

– А на хрена нам двое? Лишняя колготня в тайге. Веди, корми, наблюдай. Главного оставим – и вся недолга.

– Ты только что вообще отказывался стрелять.

– Я что, без понятия, за террористов?

– Допрашивать будем. Один соврёт так, другой эдак. Вот и проверим одного другим.

– Мудро, – заключил Митрич и добавил: – К болоту они идут. Может, воду отравить хотят. Из нашего болота две речки вытекают.

– Вот мы и посмотрим, чего им там надо. Возможно, ты и прав.

Тут Майора посетила одна мысль, от которой он даже слегка содрогнулся.

– Митрич, ты у них в руках термосов не видел? – спросил он.

– Нет, из фляжек воду пили.

– Имей в виду, если кто-то из них приблизится с термосом к болоту, вали не раздумывая. Если у них то, что я думаю, то это страшный яд, и тогда конец вашей тайге.

– Вот сволочи. Дома им спокойно не живётся. Не сомневайся, сделаю. В глаз белку бью.

Группа за кустами начала подниматься. Майор засёк главаря, когда, выстроившись в цепочку, четвёрка двинулась след в след, придерживаясь прежнего маршрута.

– А что, Митрич, есть здесь дорога к болоту покороче? Мне кажется, они идут прямиком туда. Мы раньше доберёмся, местечко для засады выберем и гостей как положено встретим.

– Есть и покороче, да всё буреломом, выигрыш небольшой окажется.

– Небольшой, а всё же наш, – подвёл итог Майор. – Давай веди, Сусанин.

– Когда это я в тайге плутал, скажешь тоже! – обиженно проворчал старик, забрасывая котомку на плечи.

Дорога вскоре пошла и вправду только лешему бродить, чужаков путать.

– Болото тут было да ушло, – пояснил охотник. – Вот сосны повысыхали да от ветра попадали. Кочки, однако, тоже от болота остались.

Час перехода дался нелегко, зато, когда вышли к болоту, было время оглядеться. Перед болотом лес был гол, стояли редкие тонкие сосенки.

– Близко к краю не подходи. Мокрень там. След можешь оставить, – предупредил Митрич.

Майор огляделся. Выбора большого не было. Стрельбу придётся вести либо вдоль берега, либо с болота, откуда берег не закрывали стволы деревьев. Ложиться в засаду на суше подальше от берега было рискованно.

– А они точно сюда выйдут?

– Не сомневайся, бурелом слева оставят и тут будут, голубчики.

– Что предлагаешь? – спросил Майор.

– Ты, спецура, по бережку вон туда отойди, к двум скрещенным сосенкам, – указал дед. – Расстояние плёвое, метров сто, зато весь берег видать. Оно, конечно, может по лучиться, что один другого прикроет, а вот на это у меня секрет есть.

– Выкладывай сначала свой секрет, а потом посмотрим, кто куда пойдёт.

– Тута метров за пятьдесят в другую сторону тропочка в болотине есть. Я по ней пройду и за кочкой лягу. Аккурат они у меня как на ладони. Вот и будет сподручно работать. Ты во фланг, а я в лоб.

– А бердана твоя не подведёт? – спросил Майор, забирая у охотника карабин, оттягивая затвор и осматривая казённую часть и гильзу не до конца извлечённого патрона.

– Обижаешь. Тут у нас в Алексеевске воинскую часть расформировывали, так по нынешним временам оружие со складов длительного хранения через охотничьи магазины распродавали. Пятьдесят шестой год выпуска, а до моих рук никто его не держал. Сам и пристреливал.

– А патроны?

– Ну и зануда же ты. – Старик полез в карман и вынул оттуда горсть патронов. – Гляди, – он показал на донышко гильзы, – видишь, цифры ноль и семь, значит, образца две тысячи седьмого года. Порох свежий, не залёженный, капсюль чистый, гильза без ржавинки. Когда пачку беру, кажин патрон проверяю. Пули сидят плотно, не сумлевайся.

– Хорошо, давай сделаем так, как ты советуешь. Но имей в виду, начинаю я. Как увидишь у них в руках термосы, серебристые или как зеркало блестят, значит, это наши, и шутки в сторону. Вали по-серьёзному, открывать не давай.

– Ну всё, разбегаемся, они минут через двадцать тут будут, – проговорил охотник и двинулся вдоль берега.

Майору ничего не оставалось, как идти и занимать определённую дедом позицию. Берег болота в этом месте немного изгибался, и когда стрелок улёгся на позиции, то сразу определил, что вышедшие на берег почти не смогут заслонять друг друга.

– Молодец, Митрич, – набрасывая на себя маскировочную сеть, одобрительно произнёс стрелок.

Он снял карабин с предохранителя, пристроил обрез ствола у самого корня высохшей сосны, прицелился в сектор стрельбы и замер. До первого выстрела не должно быть ни малейшего движения. Идущие сюда диверсанты, прежде чем выйти на открытое пространство, могли долго оглядывать берег в бинокли или подойти к нему широким фронтом.

Ждать долго не пришлось. Через двадцать минут, как и сказал охотник, между стволами дальних сосен наметилось движение, и к кромке болота вышли четверо незнакомцев. Странные туристы особо не осторожничали, были абсолютно уверены, что в округе никого нет. Прислонив карабины к стволам деревьев, они сняли рюкзаки и, склонившись над ними, стали выбрасывать на хвою лежащую в них сверху одежду и какие-то свёртки. По их несколько торопливым действиям не было похоже, что они решили устроить здесь длительный привал для отдыха. Почти одновременно в руках каждого появился цилиндр серебристого цвета.

«Наши люди», – облегчённо вздохнул Майор, наводя перекрестье прицела своего карабина на старшего группы и прикидывая, насколько его придётся сместить для выстрела по второму.

Старший группы, убедившись, что все достали нужные предметы, сделал первый шаг к болоту, держа перед собой цилиндр. До уреза болотины оставалось десять – двенадцать метров.

Майор плавно выдавил свободный ход курка. Выстрел получился сдвоенный. Тяжёлая винтовочная пуля ударила в правое плечо главаря, ломая кость, разворачивая тело террориста и бросая его на хвою. Цилиндр выпал у него из руки и покатился к воде. Периферийным зрением Майор зафиксировал, что ещё один террорист валится как подкошенный на спину. Вторая цель уже плотно сидела в перекрестье его прицела. Новый выстрел толкнул в плечо, но террорист пригнулся, положив вторую руку на горловину термоса. Пуля попала ему под горло, и он, перевернувшись, упал, прикрывая собой сосуд. Третий выстрел майора слился со вторым, прозвучавшим со стороны болота. Пуля снесла полчерепа лежащего, и Майор выругался про себя. Рисковать он не мог, раненый был способен лёжа попытаться открыть термос.

«Плохо», – мелькнуло в голове.

В оптику было видно только три лежащих тела, причём главарь, несмотря на болевой шок, двигался, пытаясь дотянуться до откатившегося от него цилиндра. Майор оторвал голову от окуляра прицела. Поле зрения расширилось, и он увидел четвёртый цилиндр, одиноко лежащий несколько в стороне от тел. Четвёртое тело лежало выше по пологому склону и корчилось, держась за бедро. Камуфляжные брюки в этом месте быстро темнели, пропитываясь текущей из раны кровью.