Война теней - Николай Раков

– И как это понимать?

– А как хочешь. Можно как зверскую неоправданную жестокость России в отношении грузинского народа, без необходимости уничтожившей город. И как сигнал Западу, что русские не останавливаются ни перед чем и по-прежнему опасны. Как призыв о помощи: прийти и защитить грузинский народ от варваров. Не зря же американский флот в Чёрном море болтается.

– И кто это всё придумал?

– Скорее всего, этого мы не узнаем никогда. У нас есть след кавказский, след ваххабитов, след американский и украинский. Последним тоже было бы выгодно сразу же нырнуть под крыло НАТО, спрятавшись от русской «угрозы». Кому захочется, может увидеть здесь и российский след. Думаю, кроме нас с тобой, о том, куда был нацелен «Молот», знают человек десять, не больше, но правда никогда не всплывёт наружу. Такие вещи уходят на дно навсегда. Уж очень они страшны для тех, кто всё это спланировал. Вот таким образом государства, стоящие на своих политических позициях или, если хочешь, политических амбициях, становятся разменной картой и подставляют свой народ под молот. Их разыгрывают. Они всем удобны, и одновременно каждый может ими пожертвовать в свою пользу.

– Значит, никто за всё это не ответит?

– Ты абсолютно прав. У нас нет никаких доказательств виновности хотя бы одной из перечисленных сторон. Сплошные тени. Измени угол освещения, а в политическом смысле – зрения, и они трансформируются в другие формы и образы. Если быть точным, то это была война теней.

– Послушай, Гоголь, – впервые назвав так начальника, после долгого молчания проговорил Майор, – я в зону хочу. Там лучше, и отношения как-то прямее, честнее, что ли. Убили – не убили, съели – не съели. Как сказал один умный человек, чем больше я узнаю людей, тем больше люблю собак.

Настроение у напарников, мягко говоря, было поганым. Знание такой правды давило на психику.

Неожиданно чьи-то сильные руки схватили их за плечи и развернули. Перед ними стояли улыбающиеся подводные пловцы капитан-лейтенанта, и каждый от всей души хлопал их по плечам, пожимая руки.

Их почти насильно утащили с палубы в кают-компанию, и после третьей рюмки Гоголь тихо спросил Майора:

– Может, всё-таки люди лучше, чем собаки?

– Может. Но лучше в зону.