1971. Восхождение - Евгений Щепетнов

Остановились – не в ряд, кучкой, но такой… неприятной кучкой. Впереди тот, что начал говорить первым, ему лет тридцать-тридцать пять на вид, может поменьше – кавказцы всегда выглядят старше своих лет, видимо подсознательно хотят быть солиднее. Типа – возраст солидности добавляет. Рядом с первым – два кавказца помоложе – крепенькие такие, плечистые. Скорее всего борцы. У них борьба как в России футбол и хоккей – в каждом дворе.

Остальные позади – то ли группа психологической поддержки, то ли запасные игроки. Тоже крепкие ребята, покрепче того хлыща, которому я сломал руку.

– Он ударил мою девушку – спокойно пояснил я.

– Слюшай, эй! – кавказец явно начал себя накручивать – Зачим она его талкнула?! Зачим он упал?! Эта шлюха…

Я коротко, носком ботинка ударил ему в пах. Без замаха, правой ногой, которая была выдвинута вперед. Почему-то все считают, что ударить можно только ногой, отведенной назад – как в футболе, размахнулся, и… рраз! Чушь собачья. Для хорошего удара достаточно резко выбросить ногу вперед, и вот уже гениталии противника отключают ему мозг. Впрочем – у многих мужиков гениталии отключают мозг – даже если по ним не бить.

– Еще кто-то хочет оскорбить мою девушку? – холодно спросил я, глядя на то, как опускается на тротуар нокаутированный мной мужчина – И вообще, кто-то хочет со мной один на один? Или вы только толпой можете? Давайте, ну? Один на один!

Глупости, конечно. Чушь собачья! Ага, щас прям они выделят из своих рядов Челубея, а я заделаюсь Пересветом. И давай-пошла махаловка, а остальные стоят и смотрят!

А то я не знаю кавказского менталитета! Толпой одного месить – вот он, менталитет! И не надо говорить, что это не так, что не все одинаковы – я говорю о тенденции. Запороть ножом в «честной» схватке «на кулачках», отдубасить толпой «гяура» – в порядке вещей, и даже в ранге положенности. Обыватель даже не представляет, насколько наши менталитеты с этими людьми различаются. Мы, русаки, все еще живем в плену дурацких советских постулатов, типа: «Все люди братья!» и «Нет наций криминальных, есть криминальные люди!» Ага, вы это американцам скажите. Поржут.

Ох, уж этот советский интернационализм! До добра он не доведет, точно… уж я-то знаю!

Я не просто болтал. Я сдвигался по линии атаки так, чтобы они мешали друг другу на меня нападать. Чтобы не зашли сзади. И чтобы выяснить – кто опаснее всего, у кого имеется нож или другое оружие.

С ножом, похоже что были двое – тот, что стоял рядом с уроненным мной запевалой, и парень с краю – у него тоже рука была в кармане и оттуда вот-вот должен был появиться нож.

Продолжая нести «ботву», я прыгаю к парню с края, не ожидавшего такой прыти от достаточно массивного мужика, и красивым классическим крюком бью его в скулу у правого уха. Он валится, как подрубленный. Мозг, это такая штука, которая очень не любит сотрясений. Достаточно резко ударить в нужную точку, мозг бьется о черепную коробку, и нокаут обеспечен. Просто надо знать как и куда ударить. Я знал.

Следующим пал парень рядом с ним – крутые плечи, бочкообразная грудь – красиво, да! Но никакого преимущества в драке не дает. Если только не дать ему захватить себя в объятия окорокообразных рук. Схватит – поломает, к чертовой матери! Их, борцов, этому учат.

Вот только меня учили совсем другому, и я не собирался переходить в партер с этим мастодонтом. В нос ребром сжатой в кулак правой рукой – снизу, ломая хрящи, делая из орлиного носа свиной пятачок, а потом, когда голова запрокинулась – ребром ладони по гортани. Не сильно, не насмерть – не надо мне смертоубийства!

Но хватило. Рухнул, захрипев, заливаясь кровью и булькая из разбитых ноздрей. Минус два!

Нож я едва не пропустил. Парень бил мне прямиком в правую почку. Практически смертельный удар, если вовремя не оказать помощь. Сразу падает кровяное давление, человек теряет сознание, и делай с ним все, что хочешь. Так снимают часовых – зажав рот и погрузив клинок в тело. Похоже, что мужика где-то учили, в какой-то армейской учебке – снимать часовых. А может и родственники-друзья научили приемам ножевого боя, передающимся из поколения в поколение. Менталитет!

Едва успел заблокировать руку с узким, и довольно-таки длинным клинком. Что-то вроде стилета, заточенного с двух сторон. Желание было развернуть клинок и вонзить его в живот подонку, но это верный путь в тюрягу. Ограничился тем, что вывернул нож из руки, ударом головы расплющил гаду нос, и апперкотом в подбородок отправил его в нокаут.

Отвратно! Завтра рука будет болеть – это пока что я не чувствую боли, будучи сосудом кипящего в крови адреналина. А когда начнется отходняк… ох, сам себе не завидую!

Но это позже. А пока – минус три!

Пятеро. Двое где-то позади, будто случайно замешкались. Так всегда бывает – всегда находятся те, кто не полезет первыми в драку, и слиняет, когда запахнет жареным. Если бы они все сразу на меня бросились, скопом – возможно, что у них что-нибудь бы и получилось, но вот так, когда их лучшие кадры валятся один за другим заливая кровью тротуар… Нет уж, пусть другие джигиты позабавятся, а мы уже попинаем бесчувственное тело – так будет логичнее! И безопаснее.

А вот одного я проморгал. Кастет свистнул в воздухе, прочертил мне по черепу справа, над ухом, и провалился в воздух. Инерция удара развернула нападавшего и он подставился мне под оглушительный удар в ухо, пал одиноким сухостоем. Ох, рука моя, рука! Как работать буду с такими руками?! Завтра опухнет все… Но минус четыре!

И я пошел в атаку. Хватит ждать, когда они нападут! Подсечкой одного – добил падающего, ушел от удара другого, локтем ему в челюсть и сверху, по шее!

Двое позади быстро, очень быстро свалили – только топот по мостовой. И тут я услышал трель милицейского свистка. Где же вы раньше были, черти драповые, когда меня тут убивать собирались?!

– Бегом! Скорее! – хватаю Нину, замершую у стены, тяну за собой, она сопротивляется – не пойму почему, но потом понимаю – девушка снимает туфли на высоких каблуках, хватает их в руки, и теперь мы бежим быстро, очень быстро, так быстро, как умеем! Главное – чтобы ногойни на что не напоролась!

Вижу такси с зеленым огоньком – стоит у тротуара. Редкая зверюга – свободное такси! Но это нам бог послал, точно – мы же хорошие люди? Ну и вот! А хорошим бог должен делать подарки!

Распахиваю дверцу, Ниночка влетает в салон, я плюхаюсь следом:

– Шеф, гони! Быстрее!

Водитель испуганно оглядывается, медленно, очень медленно поворачивает ключ, двигатель схватывает не сразу, водитель повторяет движение… а мне хочется выкинуть его из-за руля, нажать на газ и рвануть отсюда, как можно быстрее!

Наконец двигатель завелся, и как раз в этот момент мимо нас пробежали двое милиционеров, громко топая по тротуару форменными сапогами. Нина испуганно сжалась, я успокаивающе взял ее за руку и она вцепилась мне в ладонь с силой напуганного детеныша мартышки, цепляющегося за свою мать при виде ползущего удава. Но милиционеры побежали дальше, а такси так же неспешно как и завелось, все-таки тронулось с места.