Чудак. Неправильный вор - Григорий Шаргородский

Разогревать суставы все равно не помешает, но задача по поддержанию тела в нормальном состоянии сильно упрощалась: обычная гимнастика – это вам не несколько часов на тренажерах.

В голове мелькнула шальная мысль, и мы с Бимом тут же направились в лес: проводить, так сказать, полевые испытания. Пока пес счастливо бегал по кустам, я попытался залезть до нижних веток высокой сосны.

Обломки старых ветвей, торчавшие из ствола подобно забитым в скалу костылям, находились на высоте двух метров. Мне даже в детстве удавалось забираться к ним без особых проблем, и сейчас получилось, но не так ловко, как я себе возомнил. И все же идея хоть на ничтожный процент подогнать реальную форму под виртуальные умения никуда не ушла.

Так… значит, отныне каждый вечер перед сном буду бегать и использовать деревья в качестве тренажеров.

Хорошее настроение не покидало меня ни во время прогулки по лесу, ни после возвращения в дом, так что в игру я вошел преисполненный оптимизма и решительности.

Огни плыли над Славией, делая ее еще более сказочной, чем днем. В Сэкаи праздник не прекращался ни на минуту. Всегда находился кто-то, кому хотелось поделиться своими впечатлениями и зажечь искру веселья. Мое двоякое отношение к лицедейству сменилось внутренним удовлетворением от хорошо проделанной работы.

Все, что нужно для представления, скоморохи подготовили заранее. Так что после работы с трансмутатором и похода в алхимическую лавку меня ждал натянутый над помостом канат. В толпе заинтригованных этими приготовлениями игроков было не менее двух сотен человек.

– Начинаем, – кивнул я дядьке Стаху и без малейшего стеснения натянул на голову шапку с бубенцами.

Клубы тумана затянули помост, и с появлением сполохов мини-молний загремели барабаны.

Легкий прыжок позволил мне зацепиться за натянутый канат. Тело пошло вниз, затем сила натяжения каната подбросила меня вверх. Рывок руками подбросил меня выше уровня каната, а умение «баланс» удержало равновесие. Ощущения запредельные. Мне даже не пришлось размахивать руками, чтобы стоять на канате ровно – все происходило само собой.

Мозг захватило чувство эйфории. Горящие шары взлетели в небо, и в это же время я начал приседать, раскачивая канат вверх-вниз. Туман рассеивался, позволяя зрителям увидеть мои действия. Очередной качок запустил мое тело верх, и это словно стало импульсом для взрыва одного из шаров. Дружный крик толпы прокомментировал салют, и только это не позволило мне испугаться перспективы промахнуться мимо каната.

Но все обошлось – «баланс» уверенно направлял тело, позволяя безошибочно попадать ступнями на тонкую нить каната. Тут же захотелось сделать какой-нибудь кульбит, но воспоминания о встрече моей пятой точки со стволом и знакомстве ребер с ветками дуба удержали от необдуманных поступков.

Затягивать представление не было ни смысла, ни ресурсов. Колба с жидким туманом полетела вниз, а два последних шара устремились в темное небо и через секунду взорвались облаками разноцветных искр.

В этот раз мне не пришлось самому идти в толпу, а значит, и красить свой наряд. Абу материализовался в ошейнике. Висеть, как авоське, ему не нравилось, так что мартышка тут же перебралась мне на плечо.

– Делаем все как вчера, – тихо шепнул я питомцу, выставляя необходимые настройки и передавая колбочки с краской.

Абу тихо пискнул и нырнул в гудящую толпу.

В отличие от вчерашнего представления, народ не спешил расходиться. Они словно чего-то ждали. Чего именно – стало понятно, когда в толпе раздались взрывы смеха, явно комментировавшие надписи на спинах особо жадных зрителей.

Пару раз возникали импровизированные погони за обезьянкой. Могло, конечно, достаться и мне, но, чтобы избежать этого, в настройках был указан уровень тех, над кем можно шутить. Уровень моего персонажа, а также отсутствие знаний неписаных правил этого мира не позволяли мне слишком наглеть.

У меня вообще сложилось своеобразное отношение к подшучиванию над другими. По моему мнению, хорошей шутку можно назвать, только когда смешно всем – и шутнику и тому, над кем пошутили. В крайнем случае можно вызвать легкую злость, и уж совсем недопустимо, если после шутки кто-то испытает стыд или серьезную обиду, уж не говоря о боли.

В этот раз вечерний улов меня серьезно порадовал. И дело не в трех золотых гонорара, хотя триста баксов – неплохой заработок для одного вечера. Больше всего вдохновила информация из свитка. Ловкость поднялась до тридцати пяти пунктов, и это без учета улучшения за счет скоморошьего наряда. Скакнула и профессия вора, набрав триста пятнадцать из тысячи, необходимых для выхода на второй уровень.

Еще неделька – и я доберусь до «взломщика», а значит, распрощаюсь с необходимостью лазить в чужие сумки. Можно забросить и выступления, хотя это дело уже на́чало мне нравиться.

С чувством выполненного долга я покинул вечеринку скоморохов и вышел из игры. Наконец-то мой игровой процесс начал обретать хоть какую-то стройность, двигаясь к заранее определенной цели. Хотя до этой самой цели было очень далеко. И все же скорость апгрейда вызывала вопросы, которые я поспешил прояснить.

Забег по форумам и работа с калькулятором дали очень неожиданные результаты. Похоже, сам того не заметив, я вытянул счастливую карту. Во-первых, очень удачно получилось с профессиями. Для Сэкаи сразу три профы у одного игрока – это большая редкость. И дело совсем не в ограничениях системы и дороговизне. Мастера в виртуальном мире были большими снобами и недолюбливали специалистов широкого профиля. Мне же удалось получить две профессии благодаря воровству, а у скоморохов со снобизмом было все нормально, что в принципе вполне логично.

Суть моего открытия – не в самих профессиях, а в их умениях. На форумах имелись лишь обрывочные сведения, но было похоже, что умения разных профессий могли усиливать друг друга. К примеру, «взлом» неплохо дополнялся «жонглированием», и вместе они усиливались ловкостью. Этот же основной навык неплохо влиял на связку «акробатика» и «легкий шаг». Даже алхимия вносила свою лепту – «тайный взгляд» неплохо дополнит пассивное умение взломщика «поиск сокрытого», так что находить тайники будет намного легче.