Ловцы видений - Дэннис Фун

— А если Святой пообещал за твою голову награду?

— Я никому не собираюсь говорить, как меня зовут. И откуда я пришел, никому знать не обязательно. Просто куплю на свои монеты немного свежего хлеба и овощей. А ты разве для разнообразия не хочешь нормально поесть?

— Если хочешь идти — иди сам, — решительно заявил Лампи и поднял руку. — Может быть, мы еще и встретимся.

Роун заколебался. Его тянуло в селение, хотелось пообщаться с людьми, хоть на одну ночь обрести крышу над головой. Он все еще не полностью доверял Лампи. А разве он мог ему полностью верить после всего, что случилось? Но откуда ему было знать, что в селении безопасно? И ведь Лампи так ему помог… Нет, он никак не мог быть человеком Святого.

Роун еще постоял в нерешительности, но потом сочувственно пожал обезображенную руку спутника.

— Ты прав. Это не самая лучшая мысль. Пойдем отсюда.

Лампи как обычно кривовато усмехнулся в ответ.

* * *

В тот вечер, когда они с Лампи сидели у костра, разведенного из черного мха, и жевали сушеное мясо, Роун думал о селении, которое встретилось им на пути.

— Почему ты не захотел туда идти? Цена за мою голову — вполне убедительная причина для меня, но тебе-то чего бояться?

— Я же тебе уже говорил, что по эту сторону Лысой Горы все знают о том, что могут сделать лесные клещи.

— Но ведь на тебе этих клещей нет.

— А ты уверен, что в это поверят все жители селения?

Роун молчал.

— Когда люди боятся, они готовы на страшные вещи, — мрачно произнес Лампи. — Тебя никогда не пытались побить камнями? Забить насмерть палками? Скинуть с обрыва? В трех первых селениях, куда я пришел просить о помощи, именно это со мной и случилось.

Роун даже головой затряс от омерзения.

— А ты не пытался тем людям дать отпор?

— Разве тебя этому учили в Негасимом Свете?

— Нет, и потому там все погибли.

Роуна переполняло какое-то странное чувство безысходности, он даже с досады плюнул в костер — пошел дым, и в воздух взлетело несколько искр.

Лампи бросил в его сторону сердитый взгляд и пробурчал: «Идиот…»

Роун понял, что допустил ошибку, и принялся гасить костер, забрасывая его землей.

— Слишком поздно, — пробормотал Лампи.

— Думаешь, кто-то нас заметил?

— Поживем — увидим.

Подхватив сумки, они снова отправились в путь в озаренной луной ночи. Путь был долгим и трудным — усталые и измотанные, они долго шли по ночной земле, не останавливаясь, даже чтобы попить. Лампи бесшумно ступал по поросшей кустарником почве, стараясь не оставлять следов. Роун следовал за ним, стыдясь своей глупой беспечной выходки. Они продирались сквозь кустарник, ветки хлестали по телу, а иногда и по лицу.

Это было тем наказанием, которое им приходилось платить за глупость и несдержанность.

«РОУН, ТЫ ИДЕШЬ НЕ ТЕМ ПУТЕМ».

ОН ВИДИТ СТОУВ, ВЫГЛЯДЫВАЮЩУЮ ИЗ-ЗА ГОЛУБОЙ КРУЖЕВНОЙ ЗАНАВЕСКИ. ЗАНАВЕСКА КОЛЫШЕТСЯ.

«ОБЕРНИСЬ».

РОУН ОБОРАЧИВАЕТСЯ. НА НЕГО ГЛЯДИТ БУРАЯ КРЫСА.

«ИДИ ДАЛЬШЕ НА ЗАПАД».

«ОБЕРНИСЬ, РОУН, ОБЕРНИСЬ!»

«ЭТО ЛОВУШКА, — ГОВОРИТ КРЫСА. — ИДИ ДАЛЬШЕ НА ЗАПАД».

— Что с тобой? Очнись!

Роун удивленно взглянул в лицо Лампи в нескольких сантиметрах от себя.

— С тобой что-то странное творилось, ты шел будто в трансе.

— Я… со мной… — Роун запнулся. — Прости, я, должно быть, устал.

— Да. Уж слишком ретиво мы ударились в бега.

Лампи сел и облокотился о дерево, в листьях которого играл первый свет занимавшегося дня. Роун пристально посмотрел на него.

— Ты не хочешь мне сказать, куда мы направляемся?

Лампи поднял с земли палочку и невнятно пробурчал:

— Идем туда, не знаю куда.

— И все-таки…

— Доходили до меня всякие слухи…

— О чем?

Лампи смущенно отвернулся.

— О месте, где меня могут вылечить. Много лет назад к нам в селение приходил сказитель и рассказывал о том месте. После Мерзости там укрылись целители и повстанцы.

— Думаешь, они смогут тебе помочь?

— Может быть, и нет. Вероятность успеха очень невелика, может быть, все это выдумки, но если Негасимый Свет существовал на самом деле, может быть, тогда…

— А ты знаешь, где это место? Лампи кивнул.

— Чего же мы тогда ждем? — воскликнул Роун. Он накинул одеяло на голову и отправился в путь. Лампи последовал за ним.