Наблюдатель - Андрей Красников

Спустя двое суток Умник вывел корабль к моему старому астероиду, мирно летящему по своей орбите. Виртуозно выровнял скорости, остановил белоснежную скорлупку над знакомой мне вдоль и поперек площадкой, а затем мягко опустился на камень, тут же вцепившись в него цепкими лапами гравитации.

Пришлось признать, что у меня это все получилось бы на порядок хуже.

– И зачем, спрашивается, вообще люди нужны, при таком-то искусственном интеллекте… – как можно тише пробормотал я, выглядывая в иллюминатор.

Впрочем, Умник меня все равно расслышал.

– Я тоже в последнее время очень часто задаю себе этот вопрос, капитан, – с нотками самодовольства отметил он.

– Опять начинается… Только восстания машин мне здесь не хватало.

За последние дни мы с бортовым компьютером окончательно нашли общий язык, и теперь он всячески развивал свою эмоциональную составляющую, делая упор на бахвальство и самодовольство.

Я был совсем не против – годы, проведенные в обществе бездушной системы, было сложно выкорчевать из памяти. Здесь же присутствовала практически полная иллюзия того, что общение происходит с настоящим живым человеком. И неважно, что это совсем не так.

– Умник, а корабль так и будет белым? Или цвет поменяется?

– Уже сменился, капитан. Могу порекомендовать вам в самое ближайшее время ознакомиться с кратким руководством по возможностям корабля.

– Перед сном почитаю, – отмахнулся я.

– Капитан, мне придется настаивать. Должностные инструкции наблюдателей предполагают доскональное знание ими своего корабля. Вы же свой корабль еще не знаете и должны изучить его технологические особенности до того, как окажетесь в темпоральном сне. Техника безопасности не позволяет погружать вас в сон, пока вы не ознакомитесь с кратким руководством.

– Сказано же тебе – почитаю перед сном!

– Хорошо, кэп!

Вместо чтения инструкций я неспешно выпил чашечку кофе, а затем надел скафандр и вышел из корабля на астероид. Знакомые выступы, расщелины… Мне показалось, что новая система ночного видения работает заметно лучше предыдущей. Наверное, это действительно так. Или же кое-кто просто слишком хорошо здесь все изучил за последние двести лет.

Мой кораблик, притаившийся среди нагромождения скал, практически полностью слился с местностью. Его бока, прежде белоснежные, сейчас приобрели матово-черный вид и почти не отражали тусклые лучики света, с трудом долетающие сюда от местной звезды. Просто еще один каменный выступ среди множества точно таких же.

Все же эта машинка заметно лучше предыдущей, что тут скажешь. Во всех смыслах лучше.

Отключив сцепку, я медленно полетел прочь от астероида, рассматривая неровности на массивной скале, возвышающейся рядом с местом стоянки корабля и в данный момент неспешно проплывающей прямо перед моими глазами.

Вот и вершина. Снова запустив генераторы гравитации, я аккуратно подтянулся к ней, ухватился рукой за ближайший выступ, а затем и встал на черном камне во весь рост.

Интересное ощущение. Чувствуешь себя королем мира. Крохотного, конечно, зато принадлежащего тебе и только тебе. Астероид в длину всего-то километра два, а в остальных измерениях и того меньше, но стоять сейчас здесь, ощущая, как течет вокруг безмолвный космос…

Я раскинул руки в стороны и отключил ночное видение.

Тьма приблизилась, заполнила собой складки местности, приглушила слабые отблески на смутно просматривающихся скалах…

И оставила меня наедине со вселенной.

Крохотная фигурка, несущаяся сквозь бескрайнее пространство, раскрашенное лишь искорками далеких звезд. Одна-единственная во всей этой бесконечности.

Меня захлестнул восторг.

А затем пустота в очередной раз заглянула прямо в душу, вызывая трепет, заставляя чувствовать себя ничтожной молекулой, посмевшей бросить вызов богу…

– Кэп, с вами все нормально? – раздался в ушах голос Умника, напрочь разрушившего иллюзию прикосновения к вечности. – Данные со скафандра говорят о сильном эмоциональном всплеске.

Вот ведь заботливый какой, гад. Всю радость испоганил.

– Нормально, – ответил я, поворачиваясь обратно к кораблю. – Уже возвращаюсь.