Небесный капитан - Макс Мах

– Вот, собственно! – кивнул Нейперг на стол.

Там стояли две коробки с аккуратно упакованными в них медицинскими склянками, заполненными порошками двух разных цветов – желтоватым и красноватым, – плотно укупоренные и запечатанные для надежности сургучом.

– Ваш гонорар, профессор, – Лиза открыла сумку и достала из нее толстый конверт плотной бумаги. – Как и договаривались, здесь десять тысяч купюрами по пятьсот гульденов.

– Благодарю вас! – чуть поклонился профессор. – Тогда мы закончили. Сейчас осталось только закрыть коробки крышками и перевязать шпагатом.

Говоря это, профессор как раз и выполнял озвученные им простые действия.

– И, разумеется, перевод того рецепта, который вы мне прислали и инструкция к применению, – протянул он Лизе листок бумаги, как только покончил с упаковкой. – У вас есть аптекарские весы?

– Нет, но я куплю.

– Хорошо, – кивнул профессор. – Доза желтого порошка – это, по вашим словам, сильнодействующее средство – одна драхма и один гран^[14]. Я пользуюсь нюрнбергским весом. Его еще называют аптекарским. Терапевтическая доза красного порошка одна унция и один скрупул^[15].

На этом и расстались. Лиза забрала коробки, сложила их в свою наплечную сумку и покинула лабораторию Нейперга. А еще через четверть часа она уже подходила к зданию библиотеки, где ее ждали Райт и Штоберль. Им троим предстояла не менее занимательная встреча, чем та, с которой возвращалась теперь Лиза.

Дело в том, что лемурийская экспедиция Лимана давным-давно уже стала достоянием истории, что означает, между прочим, и забвение. Поскольку после длинной череды неудач попытки проникнуть во внутренние районы Лемурии через залив Стоянка Лимана прекратились, то и про саму экспедицию благополучно забыли. Тем не менее кое-кто об этой истории не забывал. Вернее, вспомнил, обнаружив в рукописном отделе библиотеки университета Карла и Франца в Граце личный дневник самого Карла Лимана. Архивариус Ладислаус Томашек вполне оценил содержание тетради в коленкоровом переплете, но был достаточно умен, чтобы оценить и свои шансы воспользоваться этой находкой. Поэтому он стал искать надежного покупателя, и, в конце концов, вышел на полковника Штоберля, имевшего – особенно в немецкоязычных странах – репутацию серьезного, но не брезгливого коллекционера старинных карт и лоций. Сочтя, и не без причины, дневник Лимана чем-то вроде лоции, доктор Томашек предложил полковнику купить документ за три тысячи золотых франков. Цена вполне умеренная, если дневник действительно содержит те сведения, о которых продавец сообщил покупателю в письме, переданном через посредника в Вене.

Собственно, именно для того, чтобы оценить выставленный на продажу лот и купить дневник, если все обстоит именно так, как утверждает доктор Томашек, и собрались этим вечером около университетской библиотеки Штоберль, Райт и Лиза. Разумеется, скупка краденого не красит порядочных людей, но в оправдание Лизы следует отметить, что, во-первых, не она, на самом деле, решала красть или не красть. А во-вторых, для себя она твердо решила, что, если, благодаря дневнику Лимана, экспедиция «Звезды Севера» увенчается успехом, Лиза сделает щедрое анонимное пожертвование библиотеке университета. И тогда совесть ее будет относительно чиста. Впрочем, на этой совести и других грехов хватало. Однако Лиза дурью не маялась и интеллигентскими самокопаниями не занималась. Одним словом, не рефлектировала. Решения принимала быстро. Планы реализовывала четко. И не оглядывалась дважды на результат. Что сделано, то сделано. Где-то так.

* * *

В Граце пробыли три дня. Райт, Штоберль и старший навигатор Варзугина изучали дневник Лимана и строили маршрут. Ну, а Лиза, как и положено капитану корабля, отправляющегося в дальний поход, командовала. Дел на борту было более чем достаточно. И она часами что-то осматривала и проверяла, то с первым помощником, то с главным механиком, а то и с госпожой первым трюмным инженером. Наводила порядок на постах, прививая команде необходимый уровень дисциплины, проводила ревизии трюмов, проверяя запасы продовольствия и снаряжения, инспектировала артиллерийские погреба и оружейную комнату, кубрики, гальюны и душевые, и святое святых – камбуз. Ну, и кроме того, Лиза каждый день вылетала на прогулку на своем совершенно замечательном коче-спарке. Прокатила над горами и долинами подруг – Варзу и Рейчел, слетала вместе с Ниной Аллен и Кларой ван дер Хёлст. Сама получила удовольствие, подруг развлекла, да и пилотов легких машин заодно обкатала. Кто знает, что и когда понадобится от каждого из них. Может быть, и полет на «Лизе».

Время в «делах и заботах» проходит быстро, так что глазом моргнуть не успели, а уже пора и честь знать. Восемнадцатого снялись и, следуя прежним курсом на юго-восток, пошли из Граца в Адрианополь. Расстояние небольшое – всего около тысячи трехсот километров, – но на этот раз шли не торопясь, выдавая максимум двадцать пять – тридцать узлов, и в город императора Адриана прибыли, как и рассчитывали, утром следующего дня.

Лиза прежде в Византии никогда не бывала. В ее собственном мире Восточная Римская империя приказала долго жить еще в средние века. Там была какая-то история с крестоносцами и турками, но подробностей Лиза не помнила. А Елизавета Браге, в мире которой Византия продолжала существовать – пусть и в сильно урезанном виде, – до этих мест ни разу не добиралась. Все как-то повода не было, или времени, или еще что. Между тем в Адрианополе предполагалась двухдневная стоянка, и грех было не воспользоваться оказией. Ну, Лиза и воспользовалась. Отдала все необходимые распоряжения, не забыв упомянуть, что не сегодня, так завтра на борт «Звезды Севера» должны подняться Виктор и Дарья Шумские, планировавшие снять документальный фильм об экспедиции в Лемурию, и пошла гулять. Оделась, как светская дама: широкая длинная юбка и жакет с приподнятыми плечами, шляпка и зонтик, в общем, все, как положено и даже лучше. Ни дать ни взять состоятельная туристка. Однако, памятуя о последствиях легкомыслия, Лиза приняла некоторые меры предосторожности: пристегнула к бедру – благо широкая юбка все скроет, – ножны с малым пластунским ножом, и повесила под мышку револьвер в наплечной кобуре. Не то чтобы имелись очевидные причины для эдакой паранойи, но ведь и неочевидных хватало. Особенно если отправиться гулять в одиночку. Впрочем, Византия не Европа. Во всяком случае, не совсем Европа, и женщинам – особенно молодым – гулять по городу в одиночестве не рекомендуется. Конечно, Лиза могла постоять за себя и сама, – тем более вооруженная до зубов, – но зачем провоцировать восточных мужчин? Оно того не стоит, не правда ли? Поэтому одна не пошла. И чтобы разом совместить приятное с полезным, позвала в компанию Рощина. Тут тебе и благовидный предлог провести день вдвоем, да и в качестве телохранителя полковник, что называется, не абы кто. Такому, как Рощин, попасться под руку не дай бог! Особенно если под горячую руку. Кто знает, о чем речь, тот поймет.

До старого города добирались на пролетке. Почти полтора часа. И дорога эта Лизе никак не понравилась. Было жарко, душно и пыльно. По не асфальтированному шоссе в обоих направлениях – в город и из города – двигались многочисленные повозки и экипажи, запряженные лошадьми и волами, и редкие разномастные локомобили. Последние, впрочем, пылили не меньше, а, возможно, и больше.