Небесный капитан - Макс Мах

Август – сентябрь 1932 года

Ночью после банкета ей приснился сон. Может быть, с перепоя или от острой нехватки мужчины в постели, но также возможно, что просто «Бах навеял».

Дело снова происходило в кабинете директора института, но в кресле академика Завадского сидел парторг института Хромов.

– Посмотри на себя, Елизавета! – говорил ей Павел Васильевич, укоризненно качая головой. – Ты же кадровый офицер Флота!

– Уже не кадровый, – возразила Лиза, ощущая, как слезы подступают к глазам.

– Не перебивай!

– Молчу.

Ну, что с ним спорить, ей-богу! Все равно ведь дожмет! Не мытьем, так катанием, но своего добьется.

– Рассмотрим твои действия в оперативной зоне Гусь-Хрустальный – Шатура.

– Ну, давайте рассмотрим, – согласилась Лиза. А что еще ей оставалось делать?

– Ты, конечно, шлюха, Елизавета, и лесбиянка, – вздохнул Хромов, – но ты советский человек! Не могу я тебя бросить на произвол судьбы!

– А в чем проблема-то? – потеряла нить разговора Лиза. – Мы вроде бы про оперативную зону Гусь-Хрустальный – Шатура начали говорить, а теперь вы меня шлюхой обзываете! Вы уж определитесь, Павел Васильевич, кто я для вас, шлюха или старший офицер Флота?

– И то, и другое, – вздохнул Хромов, – но давать тебе, Елизавета, советы, как ноги раздвигать, я не обучен!

– А оперативному искусству, значит, обучены? – Лиза решила не обижаться на оскорбительные намеки парторга, но и оставить их вовсе без ответа не могла тоже.

– Н-да… – снова вздохнул парторг. – Тяжелый случай! Черного кобеля… то есть суку, конечно, добела… Ну, ты понимаешь! Однако вернемся к тактике или, как говорили в старину, к малой стратегии.

«Грамотный!» – удивилась Лиза.

В Себерии, следует отметить, в ходу были оба термина. Старый – малая стратегия, и новый – тактика.

– За тактику тебе, Елизавета, твердый «неуд» полагается!

– Это с чего вдруг? – обиделась Лиза.

– Азов не знаешь! – пожал плечами Хромов.

– Предъявите обвинения! – потребовала Лиза.

– К тому и веду! – поднял указательный палец парторг. – Аксиома номер раз. Обнаруженный авианосец – мертвый авианосец!

– Ну-ка, ну-ка! – подалась к нему совершенно обалдевшая от таких претензий Лиза. – И кто же его, по-вашему мнению, убьет? Артиллерийские корабли? Зенитки? Штурмовики?

– Ты не спеши, Елизавета! – продолжал гнуть свое Хромов. – Не торопись! Сначала азы! В чем, по-твоему, заключается основная задача командира авианосной группы?

– Просветите меня, Павел Васильевич, – усмехнулась Лиза, – век не забуду!

– Задача командира авианосной группы, Елизавета, всеми силами избегать обнаружения, рассылать разведчиков веером, сбивать разведчики противника, держать ударные эскадрильи в готовности «ноль», а по обнаружении противника – нанести удар максимально быстро и в полную силу.

– А ничего, что я действовала над территориями с густой сетью армейских и флотских радиометрических станций? – прищурилась Лиза. – Да меня, товарищ Хромов, только ленивый не видел. Все они знали – я киевлян имею в виду, – и что с того? Что они могли мне сделать такого особенного? Выставить против меня тяжелые артиллерийские корабли? Так ведь и мы их издалека увидим. А у меня на борту, между прочим, полста штурмовиков и торпедоносцев. Послать против меня штурмовики? Но тогда уже они сами раскроют местоположение своего аэрополя, ну, или их авиаматка подставится. Я ведь могу и отбиться! И отбивалась, кстати. А вот они моего ответного удара могут и не пережить. Риск есть, конечно, но на то и война! Что остается? Зенитки? Эти опасны, не спорю, но я в зону ПВО даже за деньги не полезу. Для этого мне эскорт придан, и разведчики бдят.

– Но к англичанам-то ты на расстояние выстрела подошла! – покачал пальцем у нее перед носом парторг. – И для этого случая имеется у нас, Елизавета, аксиома номер два. Если авианосец подставился под главный калибр линкора или линейного крейсера – он мертв. Хватит пары попаданий. Ты, чаю, знаешь, Елизавета. Брони-то нет, скорости сопоставимые, и артиллерия на авиаматке ерундовая. Единственный выход в этом случае – удирать со всех ног, бросив эскорт на съедение. А задача командира эскорта – героически погибнуть, попытавшись сбить ход противнику.