Легенда космоса - Кирилл Шарапов

Арсения провезли на маленькое частное взлетное поле, на котором стоял старый переделанный в грузовик малый пассажирский транспорт, такие были сняты с производства еще в начале века, и этому старичку было уже явно за сотню. Арсений сразу очень сильно пожалел, что согласился именно на этот вариант.

- Капитан Ниманд, - представил сухого усатого бюргера Грэг.

- Славак, - пожав протянутую руку, назвал вымышленное имя Арсений.

- Ты такой же Славак, как я араб, - бросил усач.

- Сам-то таракан с именем Никто, - парировал Арсений.

- Туше, - ничуть не обидевшись, довольно произнес контрабандист. - Давай на борт, проследишь за погрузкой своих вещичек. Кстати, что там?

- Семечки, - усмехнулся Лавр, - русский наркотик.

Бюргер расхохотался и махнул рукой в сторону аппарели, на которою заезжал погрузчик, в тележке которого были аккуратно сложены капиталы Арсения.

- Ну что ж, Грэг, давай прощаться, - повернувшись к барыге, произнес Лавров. - Я рад, что наше знакомство ничто не омрачило, может быть, когда-нибудь еще увидимся.

- Прощай, - отмахнулся тот, - с тобой приятно иметь дело. Увидишь Таню, передавай привет.

- Обязательно, - грустно улыбнулся Арсений, - только это вряд ли, у нас с ней разные дороги, а общий перекресток позади. Ладно, бывай! – И, развернувшись, бывший лейтенант Красных штыков взбежал по трапу.

Трое матерых мужиков, члены команды, бережно укладывали в тайник его добро, Арсений проследил за процессом. Еще в ангаре Грэга он все перепаковал и теперь с ним летели три вместительных контейнера вместо семи мелких ящиков. Вскоре все три контейнера разместились в тайнике, и здоровяки с помощью небольшой кран-балки опустили на место плиту пола. Тайник выглядел надежно, даже зная, где, Арсений не мог отличить крышку тайника от остальных плит пола. Если, конечно, таможенная служба ввалится сюда с рентгеном, то тайнику жить до первого луча.

- Не найдут, - услышал он справа басок Ниманда, - у плиты специальная прослойка отражает сигнал и обманывает прибор, тот видит сплошной метал. Для этих у меня есть ложные тайники, которые вечно пустые.

Арсений кивнул, удовлетворенный объяснением контрабандиста.

- Пошли, каюту покажу, - произнес капитан «Верна».

- Кстати, почему «Верн»? - спросил Арсений, пока они поднимались на жилую палубу.

- Люблю древнюю литературу, - пожав плечами, ответил тот, - в детстве зачитывался Жуль Верном. Читал?

Арсений кивнул.

- Поэтому и имя такое выбрал? Ниманд, Никто, в честь капитана Немо?

- Молодец, - похвалил его капитан, - приятно разговаривать с образованным человеком.

- Не сложно, - отмахнулся Лавров.

- Это для тебя не сложно, а мне постоянно приходится объяснять это всяким тупицам. Ни черта не знают истории. - Он распахнул дверь каюты, - располагайся. Кают-компания дальше по коридору, ужин в восемь, обед в два, завтрак в девять. Живем по стандартному космическому.

- Ну, это можешь не объяснять, обычно правила везде одинаковые.

Ниманд, благосклонно склонил голову.

- Ты, Славак, парень тертый, на чем ходил?

Арсений отрицательно покачал головой.

- Не спрашивай и мне не придется тебе врать, странно, ты слишком любопытен для контрабандиста.

- Я старый прохвост, - усмехнулся на это бюргер, - и знаю, когда вопросы можно задавать, а когда можно получить лазерный луч в мой великолепный упитанный живот. - Он погладил объект, окруженный любовью и заботой. - Кок наш тоже немец, так что готовься, он любит работать в колорите: тушеная капуста, колбаски, шпикачки, Коруонблянц "Шаргач" (фаршированная телятина) - национальная кухня и мировоззрение. Весь экипаж с Берлина. Все натуральное, это тебе не «звездунский» фаст-фуд

- Нормально, - отмахнулся Арсений, - главное, не рыба. Хотя и из ихнего фаст-фуда я кое-что люблю. Как идти думаешь?

- В обход, - немного подумав, словно решая, говорить или нет, произнес Ниманд. - Амстердам в «звездунском» секторе, придется по дуге заходить через пустой космос, крюк в три дня, но риск того стоит, если мы попадемся с грузом, нас квадратовцы всех к стенке поставят. Кстати, у нас на борту еще два пассажира. Девица наемница, и мутный торгаш с небольшим грузом, ходит в балахоне черном, капюшоном лицо прикрывает, все время молчит, дерганый, постоянно за пистоль, что за поясом носит, хватается, поосторожней с ним. Я оружие на корабле перевариваю, пока оно лежит в каюте, - капитан покосился на «Хищника» в подмышечной кобуре Арсения, - но этот придурок дал две штуки сверху, чтобы я разрешил ему расхаживать по кораблю с пушкой.