Дороги в неизвестность - Марик Лернер

В сарае в несколько рядов в длину и высоту у стенки стояли покрашенные в зеленый цвет ящики.

– Где? – спросил человек.

– Сначала смотреть, – твердо сказал Одноухий.

– Где, – повторил человек, недвусмысленно направив ствол автомата на него.

Одноухий медленно, стараясь не делать резких движений, достал из кармана небольшой сверток и протянул его.

– Мало, – взглянув на содержимое, прокомментировал человек.

– Остальное потом.

– Глядеть, – разрешил человек, отходя на несколько шагов назад. Второй все это время стоял напряженный, держа палец на спуске. – О'кей, – сказал старший. И хвостатый слегка успокоился. Напряжение в запахе осталось. Они друг другу не доверяли.

– Мортар, – сказал Тот, Кто Знает. Человек непонимающе уставился на него.

– Миномет, – подсказал хвостатый.

– А, – радостно воскликнул человек, – вот, – он ткнул пальцем в один из ящиков. – Сам, – показывая на ломик, лежащий тут же, сказал он.

Оружейник взял инструмент и уважительно покачал головой. Странные люди. Такими вещами разбрасываются. Это не чугун и даже не сталь. Очень удобный и легкий инструмент из совершенно неизвестного материала, удобно лежащий в руке. Мастер с любопытством посмотрел, попытался поцарапать. Даже плюнул, внимательно рассматривая. Похоже, он еще и не ржавеет. А если дать по голове… – он задумчиво посмотрел на людей…

Одноухий демонстративно хмыкнул. Оружейник вздрогнул и сунул ломик в щель, отдирая гвозди. Мысленно он прикидывал, куда его небрежно сунуть, чтобы незаметно прихватить с собой. В лесу такие вещи не выращивают.

– На первый взгляд все нормально, – сказал он через полтора часа на Языке, обращаясь к Одноухому. Выбранный наугад ящик потрошили, мины, гранаты, патроны внимательно рассматривали. – Все проверить невозможно. Был случай, еще у воинов Разгоняющего тучи, когда захватили целую партию патронов. Только при выстреле патронник разрывало, калеча и убивая бойца. Люди специально подсунули дефектные патроны. Мы только потом разобрались, как такое возможно. Осторожно извлекается пуля и высыпается порох. Берется капсюль-детонатор, гильза его обрезается до внутренней чашечки. Капсюль вставляется в гильзу патрона сеточкой к капсюлю патрона, закрепляется внутри с помощью ваты, чтобы не болтался, и пуля вставляется на своё место. Снаружи ничего не поймешь. Я поэтому один разобрал, показывая на ящик, – пояснил Тот, Кто Знает. – Вот только неизвестно, сколько у людей еще подлостей в запасе.

– Что? – резко спросил старший человек.

– Почему и не проверить? – переспросил Одноухий. – Мы, – обращаясь к людям, заявил он, – хотеть выстрел. Каждый вид.

Прозвучала совершенно непонятная фраза с насмешливой интонацией.

– Я не понимать, – терпеливо сказал Одноухий. – Смотрели, теперь стрелять.

Человек опять повторил непонятную фразу.

– Э… – сказал Тот, Кто Знает, – я, кажется, понял.

– И?

– Приблизительно так: продавая оружие, будь готов, что покупатель захочет застрелить тебя из него же. Винтовки отдельно. Патроны отдельно.

– Сначала платить, – твердо сказал человек, – потом брать. Стрелять далеко. Будете недовольны – вернетесь, – он широко улыбнулся. – Большим отрядом. Зачем нам проблемы? Не в последний раз.

– Мы вернемся, – подчеркнуто угрожающе сказал Одноухий и, резко повернувшись, вышел из сарая. Спиной он чувствовал взгляд. Человек только казался спокойным. Мгновение Одноухий стоял, щурясь от солнечных лучей, бьющих в глаза, потом просигналил, подняв руку. В ворота вошел Степной Бык и направился к ним. За спиной у него был мешок, набитый артефактами. Человек стоял в дверном проеме сарая в тени, и Степной Бык увидел его только в последний момент. Глаза парня удивленно расширились, и он невольно сделал шаг назад. Очередь из автомата перечеркнула его грудь и, срикошетив, попала в спину Одноухому. Последнее, что тот подумал, падая лицом вниз было: «Не понял!» Выстрела в сарае, свалившего оружейника, он уже не услышал.

Отряд пришельцев среагировал на выстрелы мгновенно, с ревом кинувшись в атаку, перепрыгивая через забор. Несколько лучников торопливо стреляли по окнам, прикрывая своих. Из окон и чердака по ним ударил пулемет и несколько автоматов. Потом рванули мины, закопанные прямо за забором. Трое, успевшие добежать до дома, получили из окна «подарок» в виде гранаты. Двое заскочили в конюшню и напоролись там на еще одну автоматную очередь. На время наступила тишина, только раненый громко стонал у забора. Ноги ему взрывом порвало, но умирать он пока не собирался.

– Все целы? – заорал в сторону дома старший из людей.

– Настю зацепило, – крикнули в ответ. – Стрела плечо пробила, придется древко резать. Наконечник нехороший, назад тянуть нельзя.

– И что это было, Безногий? – спросил Хвостатый, осторожно выглядывая в узкую щель между телом убитого оружейника, у которого была снесена выстрелом в упор половина головы, и дверью. – Какого черта ты стрелять начал?

– Он меня узнал, – недовольно ответил Рафик, выглядывая из маленького окошка у тыльной стены и стреляя в стонущего раненого. – Достал уже своими воплями, – пояснил он. – Не знаю, где видел, может, на острове, но вся наша конспирация полетела к бениной маме. Одно слово – и здесь лежали бы не крысы, а мы с тобой. Эти парни тертые, им долгих разговоров не требуется, а двигаются быстрее нас.

– Это я видел, – подтвердил Хвостатый. – Совсем сморчок калечный, а чуть не пришиб. Еле успел первым выстрелить.

– Так получилось, – извиняющимся тоном сказал Рафик, – к сожалению. Очень неудачно.

– Как раз хорошо, – не согласился Хвостатый, – Мины удачно в огороде положили, теперь морковь будет сладкая. Очень много органического удобрения.

– Какая морковь? – изумился Рафик. – Ты спятил? Если что и было, теперь после взрыва мины ничего не осталось.

– Это я шуткую. Мне вся ваша затея с самого начала не нравилась. Продавать таким типам оружие в надежде перехватить на обратной дороге, отследив, кто додумался купить. Глупость страшная. Без разговоров надо было всех положить в первые минуты. Еще и делиться бы не пришлось с твоим Кланом. Мешок-то с хабаром увесистый. Теперь лови их по лесу. Бесполезное дело и опасное.

– Никто не собирался давать им унести оружие. Непременно бы всех перебили на марше, там есть пару хороших мест для засады, – сердито сказал Рафик. – А нам что, пару килограммов артефактов лишние?

– Я таких деятелей, подбирающих ценности с трупов, сам не люблю, но это же совсем другое дело, – явно издеваясь, сказал Хвостатый. – Мы не просто грабим, а боремся за светлое будущее.

– С чего ты взял, что они могут уйти? Все уже давно перекрыто. С того момента, как появились, пошел сигнал. Что, мы зря столько готовились? Сейчас в лесу уже пару сотен зверей, а скоро еще будут.