Цель неизвестна. Построить будущее - Марик Лернер

Браво! Тысяч десять кавалерии превратили в пехоту, лишая окончательно подвижности. Может, Миних вредитель или пуще, засланный?

— На речке Каланчик заложили еще один редут. Оставили там двести пеших и двести конных, у кого лошади в плохом состоянии.

Это как раз удачно. Один переход до Перекопа. У воды опорный пункт. Карту я изучал подробно. Конечно, очень приблизительная, да и нечего особо там показывать, степь пуста, зато основные пути-дороги и реки с колодцами обозначены.

Наверное, все-таки не сознательный вредитель, а просто дурак. Иногда это хуже. Столько дров наломать ни один вражеский агент не сумеет.

— Тут подошли донские казаки. Тысячи четыре, причем без провианта. На что рассчитывали, неизвестно.

Это я у Гены проконсультируюсь. Хотя есть подозрение, им не сильно хотелось в Крым отправляться. Расчет на оставление в качестве прикрытия, чтобы не кормить.

— При выходе к Перекопу появились татарские массы. Полевую и полковую артиллерию поставили на флангах и середине фасов каре, обоз внутри. Татары атаковали. Их встретили ружейным и пушечным огнем, удачно отбив несколько атак.

Тут Давыдов придвинул к себе очередной недоделанный рисунок, прямо на ходу под рассказ накорябанный, хмыкнул при виде собственной физиономии, одобрительно кивнул и на оборотной стороне принялся быстро изображать план местности. Хотя это был только набросок, он начал с того, что определил масштаб. При помощи карандаша ясно обозначал расположение войск и характер местности. Названия написаны и рядом указана численность войск. Таким вещам мне еще учиться и учиться.

Перекоп только на русском так звучит. Op-Капу — турецкое название, татары же называли крепость Ферх-Кермен. Крепость всегда имела важный статус. Перед походами на север тут собирались и перераспределялись татарские войска. И контроль находился отнюдь не в ханских руках. Здесь присутствовал постоянный гарнизон из янычар: две тысячи лучших турецких бойцов и сто восемьдесят четыре орудия. То есть вассалитет Крыма перед Османской империей достаточно четко проявлялся.

Значение перекопских укреплений для Крыма огромно. Они перекрывали свободный проход с севера. Поэтому во время боевых действий в этом районе крепость становилась резиденцией крымского хана, а из Кафы прибывал турецкий калга-султан — наместник Османской империи. Одновременно комендант Op-Капу — op-бей, который должен был быть представителем рода Гиреев, занимал четвертую ступень в иерархической лестнице Крымского ханства после калга-султана, нуреддин-султана (наследника) и султанов (принцев из рода Гиреев). И только после него располагались визирь, глава духовенства, министры и беи.

Перекопская линия обороны, изображенная Давыдовым, состояла из пятнадцативерстового рва глубиной до пяти сажен, восьмиверстового вала (высота от дна рва десять сажен), а также самой крепости Op-Капу. Северная сторона вала и, как продолжение, южная сторона рва обнесены по всей своей длине камнем. Вдоль вала возвышались бастионы. Ворота имели подъемный мост через ров.

— Южнее, — показывая на самодельную карту и пуская ее по рукам, объясняет Давыдов, — стояла армия крымского хана Каплан-Гирея, насчитывающая до ста тысяч солдат.

— Этого не может быть, — выскакивает из моего рта, прежде чем я подумал. — Все говорят, татар триста — триста пятьдесят тысяч в Крыму проживает. И что, каждый третий, включая женщин, стариков и детей, вступил в войско? Так от такого пользы меньше, чем от сайгаков в степи. Хорошо если половина наберется.

— Не только татары служат крымскому хану. Ногайцы, кубанские и буджакские орды.

Я промолчал. Не та обстановка, чтобы затевать спор всерьез. Точной информации у нас все равно нет и доказательств той или иной точки зрения тоже. Может, конечно, и присутствовали, но вряд ли в серьезных количествах. Им сейчас и дома есть чем заняться. Не успела начаться осада Азова, как сорок тысяч калмыков под началом хана Дундук-Омбо прошли за Кубань и хорошо погуляли там.

По донесениям, шесть тысяч мужчин вырезаны, а двадцать тысяч женщин и детей отправлены на реку Егорлык. То есть на калмыцкую территорию. Добыча огромная, и вряд ли остальные ногайцы и адыги после этого отправились помогать крымским татарам. Свои бы владения защитить.

Скорее всего обычное преувеличение. Никто толком вражеские полчища не считал. Тьма их и как песка на пляже. По такому типу составляются донесения. Больше почета при победе, меньше позора при поражении.

— Миних потребовал сдачи Перекопа. — Не дождавшись моих возражений, Давыдов продолжил: — Признания владычества России, обещая в ином случае сжечь Крым. Хан отвечал, что набеги ногайские, крепость турецкая, война не объявлена.

— И ведь не врал, — под дружное ржание прокомментировал кто-то.

— Через три дня начался штурм, и крепость, считавшаяся неприступной, пала в кратчайший срок. У нас всего шестеро убитых, сто семьдесят шесть раненых, и две с половиной тысячи человек взяли в плен и захватили восемьдесят четыре орудия. Ну еще в башнях держались какое-то время, но затем и они сдались.

— Слаб стал турок, — с легким недоумением сказал полковник Ломан. — Азов, Перекоп…

— Чужая земля для янычар, — многозначительно произнес капитан апшеронцев, его фамилии я не знал. — Татары так просто не сдадутся.

Через мгновение в помещении начался базар, когда офицеры принялись доказывать каждый свое. Примеры приводились прямо противоположные и все правдивые.

— Тихо! — гаркнул Фридрих, заметив мой взгляд. По званию он самый старший и руководит собранием. В его присутствии было бы неуместно встревать, пусть и хозяин. Субординация, будь она неладна. На людях положено вести себя соответственно. — Дайте продолжить господину майору. Драться потом станем.

— На военном совете, — дождавшись тишины, продолжает Давыдов, — почти все высказались не за продвижение в Крым, а за посылку отрядов для его разорения.

— Почему? Шли-шли и остановились?

— Требовался заслон от нападения со стороны Очакова и провиант. В армии было на двенадцать дней, а больших запасов в крепости не нашли. Для того отправили в тыл от каждого полка по пятнадцать пароконных телег, всего двенадцать тысяч под командованием генерал-лейтенанта Леонтьева.

В обоз отправили неторопливого героя…

— Миних решил действовать вопреки общему мнению с тридцатипятитысячным оставшимся войском, после выделения еще гарнизона для Перекопа. Двадцать шесть полков, четыре тысячи донских и полторы тысячи запорожских казаков вошли в Крым. Он собирался идти на Бахчисарай, но оставлять Козлов с турецким гарнизоном сзади опасался.

Странное название для татарского города. На перевод не похоже. Другие города вполне себе называют Кафа или Еникале. Явно не по-русски, хотя, может, и коверкают названия.

— Татары постоянно кружили рядом, и связь, а также редуты по пути оставлять было опасно. Ежедневно пытались напасть и даже однажды ворвались в обоз. У Козлова были на одиннадцатый день.