Рыцари подземных магистралей - Виталий Романов

Анжелика затряслась. Оборотень потерял выдержку.

– Поняла? – грубо схватив несчастную за волосы, переспросил сержант.

Девушка быстро-быстро замотала головой: «Нет!»

– Лучше тебе не упрямиться, – оскалился Мутаков. – Ты попала по полной программе. Вот отдам тебя дальше, по «инстанции», вместе с видеолентой – там уговаривать не будут. Десять здоровенных кабанов тобою займутся. Вмиг шелковой станешь.

– Почему вы так со мной? – в отчаянии, почти беззвучно прошептала девушка.

– Нахождение в городе без документов, в нетрезвом виде. Попытка дать взятку должностному лицу при исполнении. Сопротивление органам власти при задержании, – четко повторил сержант.

Анжелика зарыдала.

– Ну-ну! – успокоил Мутаков. Он присел на краешек стола рядом с жертвой, принялся гладить ее по спине. – Все не так плохо. Поедешь со мной – ничего страшного не произойдет. Тебя не продадут сутенерам. Не увезут в Турцию или Египет.

Девчонка совершенно ошалела от страха. Мутаков понимал – еще чуть-чуть, и она сломается. Пойдет куда прикажут. Будет делать все, что потребуют. Он встал с места, медленно прошелся по комнате, давая жертве время подумать над сказанным С удовольствием оглядел Анжелику. Смазливенькая. Ночь обещала приятные забавы… И в этот момент – очень некстати – в дверь постучали. Громко и требовательно. Мутаков шагнул к выходу из служебного помещения, приоткрыл створку. Там стоял вихрастый паренек…

Владлен Борисов, ждавший, пока ему отдадут сдачу с крупной купюры, успел заметить, как странно блеснули глаза милиционера, когда тот уводил девчонку в боковую комнату, Как воровато огляделся по сторонам страж порядка, закрывая за собой дверь. Если он страж порядка, чего ему бояться? Почему у человека в форме такой странный взгляд?

Владлен слышал какую-то нехорошую историю от своего друга, и от этого внутри появилась непонятная тревога. В вестибюле не было никого, кто мог бы помочь. Борисов шагнул к двери, тихонько толкнул ее. К удивлению Владлена, створка была заперта! Неприятные предчувствия стали сильнее.

Паренек вытащил из кармана мобильник. Там, на всякий случай, был забит телефон дежурного сотрудника ФСБ. На запрос ответили быстро, на три буквы не послали, выслушали внимательно. Попросили громко постучать в дверь, войти туда и посмотреть, что происходит в отделении милиции. Через пять минут снова связаться с дежурным ФСБ.

– А если я не смогу связаться? – спросил Борисов, отлично понимая, чем для него может закончиться поход «за правдой».

– Тогда подождем еще три минуты, перезвоним вам сами. Если никто не ответит – подъедем на место, не волнуйтесь, – ответил дежурный. – Порядок наведем в любом случае.

И Владлен постучал в дверь – громко, требовательно – как приказал офицер ФСБ…

Мутаков открыл рот от удивления, увидев на пороге того самого паренька, который еще пять-десять минут назад стоял возле кассы с жетонами.

– Что надо? – грубо спросил сержант.

– Хочу увидеть девушку, которую вы увели внутрь, – спокойно, не реагируя на хамский тон, ответил парень. – Где она?

– В «обезьянник» захотел? – сержант попробовал взять мальчишку «на испуг».

– Девушка где? – переспросил Владлен Борисов.

«Страж порядка» молча стоял на пороге, решая, как поступить.

– Смотрите сюда! – попросил паренек. Его лицо побелело, но он держался твердо. Владлен показал сержанту свой мобильник. – Видите последний номер, на какой я только что звонил? Можете проверить – это дежурный офицер ФСБ. Я сказал ему, что вы затащили какую-то девчонку в отделение и заперлись вместе с ней. Меня попросили проверить – все ли с ней в порядке. Проверить и перезвонить. Через пять минут. В противном случае они сами приедут сюда!

Лицо сержанта потемнело, одно веко задергалось. Оборотень в погонах быстро шагнул в глубь помещения. Владлен Борисов поспешил за ним и успел заметить, как Мутаков щелкнул ключом, снимая наручники с девчонки.

– Убирайся! – грубо приказал сержант. – Но помни, что на видеоленте все зафиксировано! Вздумаешь жаловаться – до прокурора дело дойдет!

Запуганная до полусмерти, дрожащая Анжелика пулей вылетела из страшной комнаты. Владлен схватил девушку за руку, вставил вместо нее жетон в автомат – несчастная не могла это сделать сама, так тряслись пальцы. Вдвоем они прыгнули на эскалатор, побежали вниз, подальше от страшного места.

– Что от тебя хотел мент? – спросил Владлен, когда они вдвоем с Анжеликой оказались в вагоне.

Поезд закрыл двери, унося их прочь.

– Изнасиловать! – всхлипнула девушка.

Она не выдержала и разрыдалась.

– Сволочь! – в сердцах выругался парень. – Вот сволочь! А еще в форме! Ублюдок! Оборотень! Будешь на него в суд подавать?

Девушка испуганно замотала головой, принялась вытирать платком глаза.

– Нет, что ты! У него на видеоленте запись. Я без документов была. Да еще он в трубку приказал дыхнуть – вышло, что я пьяная. А я не пила! Не пила! Ни капли! Я с работы! Зарплату ждала! Слушать не стал… Потом деньги пыталась дать, он говорит: подкуп должностного лица при исполнении. Тогда совсем голову потеряла, побежала к двери. Заперто… Он наручники надел и смеялся. Мол, теперь еще и сопротивление при задержании. И все на видеозаписи. Куда мне на него в суд?

– Тварь! – сжал зубы парень. – Вот тварь, а! Как таких земля носит?!

Анжелике надо было выходить через три остановки. Подумав, Владлен решил проводить ее до дома – от греха подальше. Чтоб уж точно до квартиры добралась. На прощание, у дверей, посоветовал больше не оставаться один на один с ментами.

– И, – добавил он, – если возвращаешься домой ночью, не надевай такую провоцирующую одежду.

Анжелика всхлипнула, дрожащей рукой коснулась плеча случайного спасителя.

– Спасибо, Влад!

Борисов ехал домой с тяжелым чувством. В городе все стало с ног на голову. Власти завязали глаза черной повязкой. На людей нападали те, кому по долгу службы необходимо защищать горожан от бандитского произвола. От этого можно было сойти с ума. Как дальше жить простым людям?

Лена Кудрявцева, студентка четвертого курса медицинского училища, вошла в последний вагон поезда на «Выборгской». К ее удивлению, там не оказалось ни одного пассажира. Лене нечасто приходилось ездить в метро так поздно. Она привыкла к тому, что в метро не протолкнуться. Девушка удивленно посмотрела по сторонам – никого. Совсем никого! Словно поезд метро был не общественным транспортом, а ее личным экипажем.

Вот что значит застрять на дежурстве! Но не до утра, как обычно, а на полсмены. И все из-за криво составленного графика! Руки бы поотрывать администратору! Неужели она угодила на самый последний поезд? На котором уже почти нет пассажиров?