Пленники Диргана - Роман Глушков

Проснувшись и удивившись, что он проспал аж целых шесть часов, Ржавый отметил, что на борту катера ничего не изменилось. Лавина все так же дежурила у пульта управления, хотя она могла бы командовать автопилотом из какого угодно кресла. Смаглеры, которые в регулярном сне не нуждались, просто сидели и таращились перед собой. Чем они при этом занимались – вели друг с другом телепатические беседы или просто предавались воспоминаниям – поди угадай. Грир и Вертун все еще спали. А Бобус выводил на свой монитор ни о чем не говорящие Клыку картинки, которых в его замусоренной обрывками древних файлов памяти хранилось видимо-невидимо. То, что он так долго помалкивал, было, скорее всего, заслугой Наждака или Вертуна. Ржавый уснул раньше их, и, видимо, кто-то из его парней, заметив это, настрого запретил роботу болтать, дабы он не будил вождя почем зря. А если Бобус переставал дребезжать у тебя под ухом и наступала блаженная тишина, можно было запросто уснуть и самому.

Когда беглецы только высадились на «Триглиф», Клык не мог определить, что сейчас на их острове – день или ночь. Метель и сумрак стирали между ними разницу, хотя Ржавому было, в общем-то, все равно. Главное, он мог ориентироваться в пространстве и видеть, куда стрелять. Ну а остальное имело для него второстепенное значение.

Однако, проснувшись и глянув в бортовой дисплей, он понял, что они воевали с райзерами все-таки в темное время суток. Потому что сейчас снаружи было значительно светлее, что, правда, почти не отразилось на видимости – она так и оставалась низкой. И лишь на главном, очищенном от помех мониторе катера, как было и раньше, ничто не загораживало обзор. Жаль только, смотреть там было не на что. Грависани по-прежнему неслись по ровной заснеженной пустыне. А единственными сколько-нибудь приметными деталями на ней были торчащие там и сям торосы.

– Через полчаса прибудем на место, – сообщила Клыку Лавина, заметившая, как он протирает глаза и таращится по сторонам. – Я настроила спутники так, чтобы они показывали нам с орбиты город в онлайн-режиме. И если в нем или в его окрестностях возникнет что-то подозрительное, мы сразу об этом узнаем.

– Грависани смогут ездить по городу? – спросил Ржавый. Его не грела мысль о том, что им придется бросить на берегу свое передвижное убежище. Пусть катер и не являлся боевым, его корпус выдерживал атаки райзеров, а других противников беглецы пока что здесь не встречали.

– Мы проедем там, где нет завалов и больших трещин в земле, – ответила Карр. – Но чистых улиц в городе осталось немного. Похоже, разруха все-таки добралась до него, прежде чем его полностью замело снегом.

– Ты сказала, что он похож на крупнейшие города вильдеров, – припомнил вождь. – Это значит, что в нем должен быть космопорт. Есть там что-то похожее или нет?

– Догадываюсь, почему ты спрашиваешь. Надеешься найти в том космопорте брошенный звездолет?

– А насколько это реально?

– Ха! – всплеснула руками Карр. – Не знай я, какими вы, дикари, бываете порой наивными, подумала бы, что ты шутишь… Хотя, честно говоря, мизерный шанс на это у нас есть. И в нашем дерьмовом положении будет нелишне проверить даже такую невероятную теорию. Только не рассчитывай на то, что нам повезет. Спутники не засекли на улицах города даже обычный брошенный транспорт. Так что космический корабль здесь и подавно не отыщется… Говорю же: если мы не наткнемся на виновников температурных аномалий, что тоже маловероятно, посещение города станет для нас всего лишь экскурсией. Ну и заодно – убийством свободного времени, которого у нас теперь девать некуда… Кстати, одна хорошая новость у меня для тебя все же есть: погода в «нагретом» городе сейчас стоит превосходная – солнечная и без осадков. Поэтому если в итоге останемся ни с чем, так хотя бы позагораем…

И правда, чем ближе подлетали грависани к аномалии, тем слабее становились снегопад и метель, через которые они продирались к цели. Вскоре они совсем исчезли, едва катер добрался до границы ледового покрова, за которой он разрушался, превращаясь в скопления айсбергов.

Грависани могли летать и над волнами, но сначала им требовалось отыскать пологий съезд к воде. С помощью спутников это оказалось несложно, и вот всего за пару минут картина за бортом катера преобразилась до неузнаваемости. Теперь он скользил не над плоской и скучной белой пустыней, а лавировал между гигантскими льдинами всех мыслимых и немыслимых форм, кроме разве что геометрически правильных. Они тоже представляли для беглецов опасность, но, в отличие от райзеров, не кусались. И потому Лавина безбоязненно сбросила скорость, упрощая задачу автопилоту и уменьшая вероятность столкновения с айсбергами.

Город открылся взорам «экскурсантов», когда скопление ледяных гор впереди разредилось и в просветы между ними стала видна приближающаяся суша. И это было, черт побери, лучшее зрелище, какое Ржавый видел до сей поры на Диргане! Агент-законник Лавина Карр по долгу службы побывала на многих планетах Внешнего Рукава галактики. И она имела право судить, похож этот город на города «мирных» вильдеров или нет. Но в звездной системе Велунда ничего подобного никогда не существовало. Вернее, существовало бы, не веди обитатели тамошних лун друг с другом нескончаемые войны с ядерными бомбардировками. Вот почему их города – и большие, и маленькие – всегда находились глубоко под землей. Вернее, это были даже не города, а разветвленные сети многоярусных бомбоубежищ с ограниченным числом выходов на поверхность.

Ржавый имел смутное представление о том, как жили вильдеры в других звездных системах. Но если среди них и впрямь были народы, возводящие на своих планетах большие надземные города, значит, когда смаглеры называли Клинков дикарями, это была не насмешка, а правда. Даже если бы на лунах Велунда воцарился мир, их обитатели при всем старании не построили бы ничего и близко похожего. Конечно, они умели производить бетон, арматуру и прочие стройматериалы, да что толку? Чтобы возвести даже одно высотное здание, требовались не только чертежи и технологии, но и немалый опыт. Который нарабатывался веками. И если в вопросе строительства Клинки отставали от «мирных» вильдеров на целые столетия, и думать не хотелось, в чем еще они им проигрывали.

Впрочем, и Велунд, и сам Внешний Рукав галактики находились сегодня от Клыка на расстоянии многих тысяч световых лет. Поэтому возвращаться к ним даже в мыслях было пустой тратой времени. Гораздо полезнее было озаботиться поисками в городе космодрома. В этом имелся хоть какой-то резон. К тому же Ржавый не разделял скептицизм Лавины и полагал, что шансы отыскать там брошенный звездолет не такие уж маленькие. Почему ему так казалось, он затруднялся объяснить, но настрой его был сейчас довольно оптимистичен.

Можно сказать, что беглецы не достигли побережья, а перебрались с одного острова на другой. Только это был остров не в географическом понимании, а во временнóм. Неведомые силы вытаяли в ледяном панцире Диргана частицу его прошлого. Благодаря чему союзники получили уникальную возможность с нею познакомиться. Даже если они ничего не найдут, Клык все равно получит хорошую порцию впечатлений от своего пребывания в незнакомом и оттого будоражащем любопытство мире. Человека, которому еще сутки назад светил пожизненный тюремный срок, такие внезапные и головокружительные перемены могли только радовать. Разумеется, до тех пор пока у него было чем утолять голод. И пока им самим не пытались утолить свой голод всякие твари.