Глубокий контакт - Андрей Астахов

Та-Ин (Царство Солнца) — древнейшая цивилизация Аваллона. Просуществовала приблизительно 3000 лет и исчезла по неизвестной причине задолго до появления на Аваллоне колонистов с Земли. На Аваллоне сохранились два крупных памятника культуры Та-Ин — Пещера Молчания, подземный погребальный комплекс к северу от Ураниум-Сити, и собственно город Та-Ин, а точнее его развалины, расположенный на так называемой Территории Хаоса. Такое расположение города практически исключает его изучение, что является крайне неприятным фактом. Поразительные артефакты, уже известные исследователям культуры Та-Ин, загадочность происхождения, существования и гибели Царства Солнца, а главное — близость таинов нам, жителям Земли, — делают изучение всех аспектов культуры Та-Ин важнейшим делом на пути к пониманию неизвестных нам тайн зарождения и развития разумных форм жизни во Вселенной…

(С. Дж. Лемман «Забытые цивилизации Галактики»)

Итак, я все-таки побеседовал с Апостолом и его странными товарищами. Я ожидал другой встречи и другого разговора, но мне не в чем упрекнуть этих людей. По крайней мере, они не знают, что такое лицемерие. Их любовь мне ни к чему — я жду только согласия Апостола помочь мне. Думаю, он в конце концов согласится. Теперь я не сомневаюсь, что он разыскивает Везалия и Панацею. Моя карта их всерьез заинтересовала, а это значит, что они постараются не упустить такой шанс. Конечно, они могут меня убить и завладеть картой. Теоретически могут. Доступ к карте в моем «персе» защищен сложным паролем, который знаю только я, но не исключено, что среди спутников Апостола есть хороший программист, который сумеет активировать карту и без меня. Я должен быть готов ко всему.

Сайкс меня все больше нервирует. В прошлый вечер он опять напился в баре Ли Вона. Такое ощущение, что он пытается забыться. Возможно, я взял в компаньоны алкоголика. Я только сейчас сообразил, что совершенно ничего не знаю о Сайксе. До неожиданного рандеву в борделе Афродитория мы встречались всего один раз, да и то не особенно плотно общались. Черт его знает, может, этот Сайкс и есть Контактер, о котором говорил майор. Вообще-то мне все равно. Все задания военных побоку — мне нужна Панацея, и больше ничего!

Меня стала мучить бессонница. Вторую ночь я почти не сплю и все время думаю о Кате. Мне кажется, я начинаю тосковать по Земле. Мне не хватает синего неба, пения птиц, зелени деревьев, дождевых луж на асфальте, утреннего тумана. Аваллон — это картина в багрово-бурых тонах, будто написанная ржавчиной. Даже небо здесь лилово-серое, как губы утопленника. Все здесь до омерзения выпукло и материально, начиная с ослепительных GSS — реклам Ураниум-Сити и заканчивая резкими морщинами на физиономиях грабберов. Я хочу на Землю. Вчера, после разговора с Апостолом в баре Ли Вона, я вернулся к себе в номер и долго лежал на постели, размышляя о своей жизни. О чем я думал? О том, что уже несколько лет не был на могилах отца и матери. Что так и не дописал две статьи, которые когда-то мечтал опубликовать. Что у меня нет детей. Я, оказывается, очень многого не успел сделать в жизни. От этих мыслей на душе вдруг стало погано и тоскливо. Так уж выходит, что ничего хорошего, кроме любви к Кате, у меня нет. Если Катя умрет, моя жизнь окончательно потеряет цену и смысл.

Какое-то чутье подсказывает мне, что все должно решиться в ближайшие дни. Если я убедил Апостола, мы очень скоро отправимся за Барьер. Что я там найду? Смерть, или спасение для Кати и меня? Хочется верить в лучшее. Я пережил за последние годы слишком много плохого — может быть, я выбрал отпущенный мне лимит черных дней?

* * *

Ощущение чужого и недоброго присутствия появилось еще во сне, словно продолжение тяжелого и бессвязного кошмара. Северянин открыл глаза. Он увидел над собой черную тень, а мгновение спустя холодный ствол кина-ружья уперся ему в грудь.

— Без глупостей, Северянин, — прошипел голос. — Лежи смирно и отвечай на мои вопросы без уверток, понял?

— Что тебе нужно?

— А ты не понял? — Крис Жестянщик недобро ухмыльнулся. — Я сразу понял, что ты не просто так тут появился. На кого работаешь, Северянин?

— Только на себя самого.

— Врешь, — Жестянщик щелкнул завтором, дослав заряд в патронник. Северянин отчетливо услышал жужжание генератора, готового разогнать до убийственной скорости пятидесятидвухграммовую пулю в стволе ружья. И еще он заметил в глазах Жестянщика торжество победителя.

— Если хочешь поговорить, убери ружье, — сказал Северянин. — И дай мне одеться. Не люблю беседовать в одних трусах.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Сначала опусти ружье.

— Хочешь сказать, что не боишься смерти?

— Боюсь. И ты ее боишься. Так что не будем друг друга пугать. Убери ружье, иначе можешь случайно нажать курок. Тогда беседа точно не получится. Вряд ли ты что-нибудь узнаешь от покойника.

— Хорошо, — Жестянщик нехотя отвел ружье в сторону. — Только учти, реакция у меня хорошая. Будешь чудить…

— Прекрати, — Северянин сел на кровати, включил настольную лампу. Футболка и штаны лежали на стуле у изголовья, а вот пояс с пистолетом Жестянщик убрал. Оно и к лучшему: после позавчерашней бойни у Колючей скалы он понял, как это просто — выстрелить в человека. А стрелять в Жестянщика ему не хотелось.

— Вот теперь спрашивай, — одевшись, сказал Северянин. — Хотя не думаю, что я смогу тебе что-нибудь рассказать.

— Ой ли! Ты ведь шпионишь за нами. Кто тебя нанял? Комитетчики? Военные? Полиция?

— С чего ты взял?

— Карта, Северянин! Ни один граббер не добыл бы эту карту. И не ври, что ты якобы купил ее. Все, что касается Территории Хаоса, составляет высшую государственную тайну. Ни один чиновник не пошел бы на такое преступление.

— Ты наивен, приятель. Чиновника можно купить. А еще чиновник может быть заядлым картежником и притом неудачливым Я обыграл в карты крупную шишку в Управлении военно-космических сил Внеземелья, и он достал мне эту карту, чтобы уплатить долг.

— Больно складно свистишь. Легенду тебе в разведке придумали?

— Не хочешь, не верь. Я не обязан перед тобой отчитываться. Если ты сам пытался найти подобную карту, не моя вина, что ты не преуспел. Я просто оказался удачливее тебя.

— Давай по сути. Кто и зачем заслал тебя сюда? Какое у тебя задание? Убить Апостола?

— Послушай, приятель, я уже все тебе сказал. Я прилетел на Аваллон за Панацеей. Мне нужна только Панацея, больше ничего. До Апостола и до тебя мне нет никакого дела. Или ты сразу просечешь эту простую истину, или наш с тобой разговор окончен. Можешь жать на курок.