Хищная птица - Мария Хэдли

– Не надо притворяться, будто не понимаешь, о чем идет речь. Ты вступил в их ряды.

– Они меня шантажировали, – протестую я.

– То есть ты ни в чем не виноват?

– РАЗУМЕЕТСЯ, виноват! – Я в отчаянии плюхаюсь в кресло. – Поглядите на меня: сижу тут в пижаме, нормальной одежды у меня нет. Если я что и знаю, так это то, что все испортил.

– В таком случае ты обязан все исправить, – говорит Гримм.

В мою разбухшую от таблеток голову стучится запоздалое озарение.

– Так вы не просто чудаковатый учитель английского и литературы… Вы Дыхание! И работаете на Магонию!

Как я был слеп! Хочется уткнуться лицом в ладони.

– Ты же у нас вундеркинд, Кервин. Мог бы и раньше догадаться.

Гримм закатывает рукав и демонстрирует татуировку в виде вихря, набитую на запястье. Аза всегда говорила, что у него есть наколки, которые он замазывает тональником. Правда, она представляла себе что-то вроде красотки в стиле пин-ап или там листа марихуаны.

– Я был Дыханием, но дезертировал и уже некоторое время работаю в одиночку. Защищаю Азу.

– Не больно вы стараетесь, – говорю я. – Насколько я помню, год назад Аза умерла.

Гримм бросает на меня полный презрения взгляд.

– Я два года за ней следил, – говорит он. – Когда ее состояние стало ухудшаться, я занялся поисками новой оболочки, которая позволила бы и дальше скрывать ее от магонцев. Но они добрались до нее раньше.

– С чего бы вам вообще ее «защищать»? Неужели так сильно к ней прикипели?

– Есть вещи более важные, чем личные симпатии, Кервин, – говорит Гримм. – К примеру – не хотелось бы так уж сильно заострять на этом внимание – спасение мира. Если ты знаешь, где спрятано смертельное оружие, то должен сделать все, чтобы оно не попало в руки тех, кто захочет его использовать.

– Как благородно, – говорю. Каждое его слово вызывает у меня подозрения. – А что насчет Хейуорд?

– Теперь она мой агент, – отвечает Гримм. – Она сама ко мне пришла, хочет начать на земле новую жизнь.

– Она вас обманула, – говорю я на автомате. – Хейуорд никогда не изменится. Она служит только Магонии и уже, наверное, везет Азу к Заль.

Гримм качает головой из стороны в сторону.

– Наверху положение крайне нестабильно. Небесные жители голодают, повсюду вспыхивают бунты. Многие пересматривают свои взгляды, не только Хейуорд. Думаю, на Илай Бойл напали не магонцы, – продолжает он. – У меня нет никаких оснований полагать, что ее похитила Заль. Ее схватили ранним утром в тот же день, когда ШВАБР забрал Азу. В ту ночь в нашем регионе не было гроз, а значит, ни магонцы, ни мои бывшие коллеги в похищении не замешаны. Они не стали бы спускаться на землю без прикрытия.

Как нелепо, что все светлые мысли приходят мне в голову с опозданием! Я был так уверен, что Илай схватила именно Заль, что о других вариантах и не подумал, а ведь Илай с утра пораньше любит заниматься гимнастикой.

То дерево неподалеку от кладбища! То поле!

Я оглядываю свою пижаму. Я чуть было не шагнул в пропасть, но теперь у меня есть шанс все исправить.

Поворачиваюсь к Гримму.

– Вытащите меня отсюда.

Три часа ночи. Я крадусь по коридору в кабинет заведующего отделением, вскрываю замок. Да-да, это я умею. Надо же чем-то занимать мозг в свободное от зубрежки время.

Открываю картотечный шкаф, достаю свой файл и пластиковый пакет, в который поместили все, что нашли у меня в карманах: телефон, зарядное устройство на солнечных батареях, компас, очки для наблюдения за магонскими кораблями. В другом шкафу нахожу рюкзак. В целости и сохранности. Отлично.

Пролистываю файл. Сколько же в нем страниц! Годами шел к психотическому срыву… создал воображаемый мир… бла-бла-бла различные диагнозы. Если бы врачи знали о существовании Магонии, список приписываемых мне расстройств сократился бы вдвое. Тут также говорится, что я страдаю от комплекса спасителя из-за смерти Азы Рэй Бойл.

Вот об этом читать весьма неприятно.

Кладу файл на место. Запихиваю в пластиковый пакет вещи из соседних ящиков: чужой телефон, чужие очки (стеклянные линзы в нашем отделении под запретом). Не хочу, чтобы ШВАБР сразу узнал, что я сбежал отсюда со всеми своими навороченными причиндалами.

Спустя час я сижу в машине мистера Гримма. Мы отъезжаем от больницы с видом людей, которые решили отправиться за утренним кофе, а не провернули побег из психиатрического отделения, чтобы отправиться на поиски девушки, которую – возможно – забрали жители небес.

Выбраться оказалось так просто, со стыдом думаю я. В стенах больницы меня удерживало лишь одно: навязчивое подозрение, что лечение мне и вправду необходимо.

От которого я до сих пор не отделался.

Комплекс спасителя.

Да уж… Таких, как я, еще нужно поискать.

Гримм как воды в рот набрал. Я оглядываюсь, ожидая увидеть машины ШВАБР или полицию у нас на хвосте, но на дороге никого нет. Темное небо прочерчивают молнии. Надев очки, я вижу, что над нами проплывает целая флотилия.

Порывшись в рюкзаке, я достаю файлы, которые свистнул на выходе из штаб-квартиры.

– Агенты ШВАБР уже не первый год пытаются получить фотографии Маганветара, – говорю я.

– Значит, они до сих пор его не видели? – спрашивает Гримм.

– Нет, и это их жутко бесит. Они отправили в небо разведывательные дроны и парочку небольших самолетов. Судя по всему, хотят захватить столицу, чтобы посылать дожди в одни регионы…

– И устраивать засуху в других. Имея власть над погодой, ты имеешь власть и над своими врагами.

– Именно. Они хотят управлять погодой. А еще они хотят управлять Азой.

Гримм оценивающе на меня смотрит.

– Неплохо, – нехотя признает он и переводит взгляд на дорогу.

Перед нами открывается поле, широкое и пустынное. У его края должно стоять костлявое черное дерево с идеально ровными ветвями, самое крупное во всей округе.

Но его там нет.

Мы подъезжаем ближе и выходим из машины. Пустое поле, усыпанное подбитыми и потоптанными кукурузными стеблями, а на месте дерева – кратер.

На краю кратера виднеются следы. Подхожу ближе. В глине застыл отпечаток маленькой руки.

На земле сверкает какой-то предмет. Мобильник Илай! Этот лакированный чехол с серебристыми созвездиями на фоне синего неба я узна́ю где угодно. Рисунок на чехле в точности повторяет расположение звезд в ту ночь, когда Илай появилась на свет. Это подарок Азы, изготовленный с моей помощью.

Гримм принимается копать землю на краю кратера, а затем вбивает колышек и привязывает к нему трос.