Война. Диверсанты Житницы - Алексей Трефилов

По прибытию ввалился в рубку, первым делом скинул искину файл с якобы приказом полковника.

— Этого достаточно?

— Анализирую… Личность полковника Реутова подтверждена. Приказ начальника штаба флота является приоритетным согласно уставу. Статус изменен с командира штурмовой бригады на диверсанта. Имеется десять личностей сфабрикованных на высшем уровне. Граждане конфедерации, а так же иностранцы. Какую желаете установить?

— Все сразу давай! Менять стану по мере необходимости.

— Команда принята, положите руку в идентификатор.

Озадачил искина по поводу блока шеф-повара, отдал ему под команду парочку дроидов, завалился на диван и уставился в потолок. Лениво листал легенды, опять странность, Егор среди них тоже имелся — как мне это надоело! Мой червячок про метаморфозу говорил — что бионики с моим организмом натворили? Я теперь предсказывать будущее могу, мысли читать? С трудом верится, никаких сверх-способностей в себе не чувствую. С другой стороны, что я про человеческие резервы физиологии знаю? Галонет наполнен байками про поведение людей в экстремальных ситуациях. Прыжок с крыши высотного дома во время пожара, да еще и без травм — цветочки. Возьмем к примеру лунатизм — сомнамбулы пройдут там, где в нормальном состоянии им в голову не придет даже рядом стоять. Будить их нельзя — упадут и разобьются.

Помнится отец меня по доске подвешенной на веревках гонял. Сначала невысоко, потом все выше и выше ее поднимал. На первый взгляд в этом упражнении нет ничего сложного — беги и беги. Как бы не так! Доска гуляла во все стороны от любого движения и вдобавок пружинила. Пока не привык, синяков набил просто ужасное количество, но я нехитрый тренажер победил. До меня дошла простая вещь — главное, не бояться! Стоило на долю секунды задуматься, засомневаться, тело начинало двигаться по-другому и в итоге я бороздил носом землю. В конце обучения, по доске как по бульвару гулял, только что по сторонам не поплевывал. Психология великая вещь, если есть уверенность, то все у тебя получится. Предположим, бионики мне естественный барьер в виде инстинкта самосохранения отключили: не совсем, но около того. Я ведь почти перестал боятся, мгновение страха служит стимулом к атаке. Мысли не прозреваю, но выражение лиц людей неосознанно читаю как раскрытую книгу. Вот тебе и ответ. Это приводит меня к выводу, что рано или поздно перестану быть человеком, по их словам я еще расту. Не хочу быть гадским уродом! Не желаю! Достало меня все, строю замки на песке, заумные теории выдвигаю — что дальше? Кое-как успокоившись, провалился в сон.

Спал я одетым, проснулся от вибрации коммуникатора. С трудом проморгался, посмотрел на экран и увидел обеспокоенное лицо Иваныча.

— Который час знаешь?

— Бродягу нашего убили.

— Кто? — я скрипнул зубами.

— Здесь безопасники, я на минутку вырвался. Поддержка нужна — приедешь?

— Выезжаю!

Вооружился по полной программе. Тратить время на полеты не стал, вломился на первый уровень — так быстрее. Краб цокотил, дроиды шустрили, Агроном выдавал залп в любую подозрительную тень, кипящая во мне ярость требовала выхода. Если здесь монстры живут — им же хуже! К бару подъезжать не стал, бросил погрузчик и дроидов в переулке, оставил себе один пистолет для того что бы не привлекать внимания и пай-мальчиком зашел в помещение. Попал в самый разгар разборок, не вмешиваясь, пристроился на стульчик у стойки. Поймал баночку напитка, которую катнул мне Иваныч и принялся наблюдать. Спорили двое безопасников и пятеро прилично одетых мужчин. Мирную фазу переговоров они по всей вероятности уже прошли и неприкрыто орали друг на друга.

— Да мне плевать на твои слова капитан! Он нам жизнь спас! Тебе показали на тех кто это сделал, иди и арестуй их!

— Вы торгаши совсем охамели! Указывать он мне будет! Слово занюханного бармена против уважаемых людей! Я сказал — утром займусь!

— С каких это пор Петр Иванович занюханным стал? Навалил в штаны так и скажи! Служебный чип на стол, мы себе другого капитана найдем!

— Не тебе решать! Я совету подчиняюсь — ясно? Как они скажут, так и будет, и будет это утром!

— Ты издеваешься? Что бы папаши своих деток под суд отдали?

— Мне все равно, что вы там думаете! С точки зрения правил проживания на станции, ничего серьезного не случилось! Одним бродягой больше — одним меньше, какая разница! — капитан плюнул на пол и вылетел за дверь.

Мужики разразились ему вслед бранью, но за ним не пошли, поняли что бесполезно. Иваныч молчком выставил на стойку ряд стаканчиков, наполнил водкой и спросил:

— Помянем хорошего человека?

Мы взяли по стопке и выпили, один из торгашей сказал:

— Чего уж тут, пошли ребята, утром бучу продолжим. Безопасники совсем нюх потеряли, мышей не ловят. Я это дело так не оставлю!

— Подождите, — сказал я. — Разговор есть.

— Тоже его знал? Как звать-то?

— Зовут меня Егор. Господа коммерсанты — два тяжелых пулемета продадите? — я ощерился улыбочкой.

Торгаши переглянулись. Постепенно до них начало доходить. Предводитель оскалился не хуже меня и рубанул рукой воздух.