Торговец по найму - Евгений Связов

Потом Гривз глянул на трансляцию аукциона. Айак сделал покупку за 318 миллионов.

Через три минуты Гривз был на месте. Выйдя из круиз-режима, он подлетел к кормовому люку транспорта и набрал на борме процедуру перегрузки, понадеявшись, что не придётся вручную вскрывать отсек подбитого транспортника. Системы грузового отсека на подбитом транспорте уцелели, и через полминуты блок СЖБ оказался в трюме у Гривза.

Облегчённо вздохнув, Гривз скинул двум истребителям, оставшимся у транспорта, команду прикрывать, навёл алот на стыковочное кольцо Сицилии и запустил круиз-двигатели.

Потом Гривз глянул на карту и прикинул, что не менее чем на двадцать минут можно оставить рубку. Хитро усмехнувшись и выложив в пепельницу окурок сигары, Гривз разблокировал люк коридорчика, ведущего в транспортный отсек, и вошел внутрь.

Внутри его ждал сюрприз. Тусклая лампочка, зажегшаяся под потолком, осветила три анабиозных капсулы и стол. На столе в кучу был свалены одежда, кобуры, обувь, карточки. Серебристый чемоданчик с пристегнутой цепочкой стоял посреди кучи.

Гривз глянул в окошечки анабиозных капсул и задумчиво уставился на чемоданчик. Он соображал, что же везли на трёх транспортах, которые выпотрошили его группы перехвата. Раздумывать мешало восхищение безалаберной честностью флибов, которые осуществили продажу строго по порядку – со всеми причиндалами, находившимися во владении продаваемых.

Из раздумий его вырвал вызов. Гривз щёлкнул клавишей, сунул в рот сигару и шагнул к ближайшему анабиозному гробу.

На экране появилась перечёркнутая устрашающим лиловым шрамом красная небритая морда.

– Здорово, Яди! – весело буркнул Гривз, снимая с первой капсулы шприц с нейромодулем Наайн.

– Гривз! – угрожающе пробасила морда.

Гривз приложил шприц к предплечью и загнал детали нейромодуля в кровь. Нателькомп слабо пискнул, сообщая о начале установки контакта с детальками, которым предстояло добраться до висков и там собраться в единое целое.

– Гривз, не вздумай! Я ж тебя везде достану! – прохрипел Средний Тир-о-Яди.

Гривз вогнал в предплечье детали управляющего модуля Вапаспор и жизнерадостно рыкнул:

– Я, конечно, могу только ради тебя прилететь на Везде, чтобы ты смог меня достать. Координаты подскажешь?

Морда стремительно начала багроветь.

– Ты, клоун! Ты чё, не понял?!?! Да тебя на Окраине порвут!!! И из любой дыры выковыряют, куда ты, глист задрочившийся, прятаться забьёшься.

Нателькомп пискнул, сообщая данные тестирования управляющих нейромодулей. Гривз глянул на краткий обзор сбоев, вызванных уничтожением вшитой в пилота накладной, и на миг скривился. Потом он шагнул к третьей капсуле, вогнал в себя третий нейромодуль и задумчиво уставился внутрь капсулы.

– Яди, родной, извини, что не могу поддержать беседу про места скрытного обитания задрочившихся глистов, – задумчиво протянул Гривз. – Опыта сильно меньше, чем у тебя. Ещё какие-нибудь темы для беседы есть?

Гривз рассмотрел тонкий носик, широко расставленные глаза и пухлые губы, находящиеся по другую сторону крышки. Вздохнув, он хлопнул по клавише разгерметизации капсулы и перевёл взгляд на Яди.

Яди молчал. Лицо его было налито кровью до вишневого цвета. Через пару секунд оно начало понемногу бледнеть.

– Что ты хочешь? – выдавил Яди.

Гривз шагнул в сторону. Крышка капсулы распахнулась. Тоненькое тело, обтянутое латексом, сползло на пол, подтянуло колени к животу и невнятно простонало.

– А что у тебя есть? – игриво спросил Гривз, с интересом глядя на её лицо. Веки, дрогнув, поползли вверх, открыв серые глаза. Глаза были пусты и подёрнуты наркотической поволокой.

– У меня? – прохрипел Яди. – У меня много что есть. А что тебе надо?

Гривз широко улыбнулся и сообщил:

– О-о-о! Мне много чего надо. Ну, для начала я бы не отказался от конфессии на разработку алмазов в Гамма Бета. Или от приоритетного канала общения с Мамочкой.

Она шевельнулась и медленно, не тратя сил на стон, распрямилась. Потом заторможенно изгибаясь и подтягиваясь дрожащими руками, поползла к стенке.

Яди стремительно побледнел и скрипуче выдохнул:

– Ты!

Гривз повернул улыбку и задумчивый взгляд к экрану.

– Ну я. Ты спросил, что мне надо. Я начал отвечать. Если тебя это огорчает, я могу и не отвечать, а вернуться к той постановке вопроса, которая стояла первоначально.

Гривз убрал с лица улыбку, и внятно, по словам, процедил сквозь зубы:

– Что у тебя есть?

Яди замер, придавленный взглядом Гривза. Поволока гнева, застилавшая глаза Яди, под взглядом Гривза начала замерзать и осыпаться. Дождавшись, пока исчезнет последняя крупинка поволоки, Гривз опустил взгляд. Она доползла до стены, уцепилась за неё и начала медленно подниматься.

– У меня на самом деле много чего есть, Гривз, – буднично сообщил Яди. – Так что если ты знаешь что-то определённое, что у меня есть и что тебе надо, – просто скажи. Или давай я просто выплачу тебе сумму моей последней ставки на аукционе. Хоть сейчас переведу сумму. Если где-нибудь подзаймёшь, вполне хватит на штраф и компенсацию за налёт.

Гривз остановил взгляд на остром локте, ходившем ходуном от дикого напряжения. Её рука, вцепившись в щель на стыке пластин обшивки, вытягивала тело вверх.

Гривз отвёл взгляд на экран и столь же будничным тоном спросил:

– А что, ставка триста пять – твоя?

Яди кивнул и неумело спрятал легкое самодовольство под мрачной усмешкой.

Гривз причмокнул и покачал головой. Тщательно смешав в голосе безразличие с заботливостью, он спросил:

– А что дальше не стал поднимать? Решил перехватить силой? Или больше не было?

Яди скривился, покачал головой и осторожно буркнул:

– Ты мне всё-таки каналы не инвертируй… Сицилия-банк пока ещё работает исправно, оборудования под залог у меня, сам знаешь, за миллиард… но больше своей последней ставки я платить не буду.

Гривз отвёл взгляд к стене.

– Или так, или будем воевать дальше. Что для тебя сейчас не особо желательно. Покупатель уже наверняка подал жалобу и у Сицилии тебя ждут. Я же компенсирую почти всю сумму!

Она, подобрав колени, вложила все силы в один рывок. Тело, извернувшись в полёте, зацепилось ошейником за торчащий из стены рубильник отключения всех капсул. Блок антисуицида, уловив умственный импульс самоубийства, сработал ещё в полёте. Нейрочип ошейника мгновенно расслабил мышцы. Обмякшее тело повисло на рубильнике. Ошейник, впившись в шею, перекрыл приток воздуха.

На Гривза уставились серые глаза, в которых мрачная решимость и торжество мешались с мольбой. Гривз вздохнул, шагнул к стене и правой рукой взялся за ошейник.