Торговец по найму - Евгений Связов

Гривз грохнул на столик поднос с литровыми танками пива и гигантским блюдом бутербродиков. Потом демонстративно поправил ремень с двумя кобурами и уселся на табурет. Жадности и зависти в сверлящих его взглядах поубавилось. Взглядов осталось столько же.

Отхлебнув пива, Гривз небрежно снял с тарелки пару бутербродиков и закинул в рот. Потом он облокотился на стенку и покосился на экран, висящий над десятиметровой длины стойкой бара. Слева на сто шагов тянулось основное помещение бара. Зал, из которого тянулись жадные взгляды, тонул во мраке, слабо разгоняемом фонариками, стоящими на столешницах.

Наайн с видимым усилием оторвала от стола двухлитровую танку и осторожно отхлебнула. Вапаспор, сдерживая голодный порыв, медленно потянулась за бутербродами.

– А поменьше тут кружек не было? – спросила Наайн, роняя танку на стол. Спросила достаточно громко, чтобы сидящие за соседними столиками услышали и покосились на неё через плечо.

– А поесть что, больше ничего нет? – с ноткой омерзения спросила Вапаспор, разглядывая свисающие из надкушенного сыра ниточки травинок.

Гривз поймал нацеленный на него через плечо тяжёлый взгляд малознакомого флиба из банды ЭльТорьяди и скорчил мину, мол «да ладно, брат, забей». Флиб цыкнул и отвернулся. Гривз посмотрел на Сильвий, одетых в тоненькие стильные кожанки и тёмные брючки, вздохнул и, тихо но гулко пробухтел в кружку:

– Нет, все местные привыкли к этому. Ведите себя тише, пожалуйста.

– А мы что, как-то странно выглядим? – возмутилась Вапаспор. Натолкнулась на взгляд Наайн и опустила нос в кружку.

– Нет, на самом деле, что такого? – тихо прошептала Наайн, склоняясь к Гривзу. – Мы же ничего такого не делаем. Вон, они ещё круче нас одеты.

Она кивнула налево. Гривз не стал поворачиваться, и так зная, кого увидит.

– Они – это немного другое дело. Думаю… – начал он объяснять и осёкся, увидев приближающего к их столику человека Баязада. Человек, подойдя со спины к Вапаспор, протянул руки у неё над плечами и опёрся о стол. Его голова оказалась как раз над пригнувшейся Вапаспор.

– Гривз, – прохрипел флиб, склоняя набок толстое небритое лицо. – А это – кто?

– Руки уберите, пожалуйста, – сдерживаясь, выдавила Вапаспор. Ароматы, вырвавшиеся изо рта флиба вместе со словами, заставили её пригнуться ещё ниже.

– Ой! – прохрипел флиб и рассмеялся. – Она ещё и говорящая.

– Ага, – радостно подтвердил Гривз и закинул в рот бутербродик, одновременно ногой зацепив под столом ногу Наайн. Наайн сидела в растерянности – то ли буровить тяжёлым взглядом Вапаспор, то ли мило улыбаться новому знакомому.

– Руки убери! – мрачно прорычала Вапаспор.

Флиб хмыкнул и жёстко, с холодком в голосе, переспросил:

– Гривз, это – кто?

Гривз открыл рот ответить. Вапаспор резко выпрямилась, стукнув флиба затылком в нос. Тот схватился за стукнутое место и отскочил на шаг. Потеребив нос, флиб хмыкнул, окатив Вапаспор и Наайн злобным взглядом и, повернувшись, побрёл к своему столику.

Проследив, где этот столик, Гривз с тяжёлым вздохом поднялся.

– Ты куда? – чуть испуганно спросила Наайн.

– К стойке. Снять нал.

– Не поняла, – буркнула Вапаспор. – А с каких денег?

– С федеральной карточки, – буркнул Гривз и шагнул к стойке.

– Стой, – выпалила Наайн. – А зачем?

Гривз остановился. Сосчитал про себя до десяти. Помечтал о том, что у него получится объяснить что да как. Закинул мечту в запасники несбыточных желаний. Потом просчитал развитие событий, вздохнул и спокойнейшим голосом сказал:

– Дать небольшую взятку для улаживания отношений.

Вапаспор слепила холодное лицо и процедила сквозь зубы:

– Пилот, простите, пожалуйста, но мне кажется, что вы отвечаете за целостность доставки нас из одной точки в другую, а в точках назначения вы не имеете права использовать правительственное финансирование.

Гривз вздохнул ещё раз, состроил хмурую рожу флибу за соседним столиком, заинтересованно прислушивающемуся к разговору, сел обратно и щёлкнул активацию нателькомпа. Пощёлкав скроллером, он выдернул из принтера лист и, хлопнув его на стол, достал из кармана стило. Вписав место, время и имена, он протянул бумагу Вапаспор.