Департамент ночной охоты - Роман Афанасьев

Кобылин задумался. Нет, крысюки, конечно, не любят пустой болтовни. Но на этот раз, похоже, Треш вообще не хочет говорить. Неужели столько времени потрачено впустую?

– Ты это брось, – сказал наконец Кобылин. – Ты меня знаешь. Мне сказали, что подземный народец уходит из города. Верно?

– Верно, – согласился Треш, рассматривая продолговатый предмет. – Мы покидаем город.

– Только этот? – быстро переспросил охотник. – Что случилось?

– Да, этот, – медленно произнес крысюк. – Ничего не случилось. Но скоро случится. Плохие новости. Плохие сны.

– А у кого они хорошие, – мрачно буркнул Кобылин. – Не хочешь говорить, не надо. Это ваше дело. Но мне сказали, что у вас проблемы с людьми. А это уже мое дело. Понял?

Крысюк снова покосился на охотника, потом опустил маленькие лапки, сунул странную штуковину в карман и повернулся к Кобылину. Всем маленьким тельцем.

– Люди охотятся на нас, – сказал он серьезно. – Это проблема.

– Люди? – быстро переспросил Кобылин. – Охотники?

Треш задумался, потом поднял лапу.

– Один, – изрек он. – Один человек. Не охотник. Только крысы. Крысолов.

– О, – выдохнул Кобылин. – Я не слышал о таком.

– Бывает, но редко, – мрачно заметил Треш. – Мы ничего не делали ему. Никому. Мы соблюдаем все правила.

– Понимаю, – кивнул Кобылин. – Но он все равно охотится на вас?

– Да. – Конусообразная голова крысы качнулась, отбросив жутковатую тень на грязную стену коллектора. – Убивает. Без разбора.

– Что ж вы молчите? – возмутился Кобылин. – Пожаловались бы!

– Кому? – Крысюк снова пожал плечами.

Охотник нахмурился. Действительно, кому? Не охотникам же? В общество защиты животных тоже не пойдешь. Даже гринписовцы, пожалуй, не возьмутся разбираться – даже если сохранят остатки мозгов после визита в офис крыс размером с хорошую собаку.

– Мне, – наконец сказал Кобылин. – Мне можно пожаловаться.

Треш бросил взгляд на охотника, быстрый, острый, как выпад рапиры. Отвернулся.

– Тебе можно, – согласился он. – Вот, жалуюсь.

– Значит, так, – деловито сказал Кобылин. – Где он обычно нападает на вас? Когда? Можно устроить засаду?

– Зачем? – осведомился крысюк.

– Как это зачем, – опешил Кобылин. – Ну, я его выслежу, и это. Разберусь с ним.

– Он человек, – обреченно сказал крысюк. – Крысолов.

– И что? – Кобылин нахмурился, глянул на Треша, пытаясь понять, почему тот говорит с таким равнодушием.

– Ты выстрелишь в охотника? – спросил крысюк, заглядывая в лицо Кобылину. – Убьешь человека ради подземника?

Кобылин уставился на выпученные глаза крысюка, на черные буркалы, в которых ничего нельзя было прочитать. Слишком уж они не походили на человеческие. Алексей вдруг почувствовал, как внутри него поднимается знакомая холодная волна, грозившая выплеснуться за пределы человеческого тела.

– Я убиваю убийц, – мягко сказал он. – Они бывают разными. Сотни видов, сотни обличий, тысячи масок. Я уничтожаю зло. И если чудовище принимает облик человека, я уничтожаю и его.

Крысюк замер, словно загипнотизированный охотником. Чуть подрагивая всем телом, он не отводил взгляда своих ужасных глаз от охотника.

– А кто решает, что стало злом? – едва слышно прошелестел крысюк.

– Я, – твердо ответил Кобылин. – Я – охотник.

Треш потянулся вперед и коснулся своей крохотной лапкой колена охотника.

– Ты можешь, – прошептал он. – Ты стал бы хорошим стражем.

Кобылин вздрогнул от этого неожиданного прикосновения и тут же постарался загнать поглубже свои инстинкты убийцы, рванувшиеся наружу помимо его воли.

Треш резко отвернулся, обрывая контакт, сунул лапу в карман и снова вытащил странный брусок.

– Хорошо, – сказал он, прежде чем Кобылин успел открыть рот и спросить насчет стражей. – Когда он найдет нас, мы найдем его.

– Кого? – пробормотал Кобылин.

– Крысолова, – отозвался Треш. – Мы выследим его. Ничего не будем делать. Сообщим тебе.

– Да, да, – подхватил Алексей. – Сразу звони мне. А, да, у тебя телефон-то есть?

– Найдем, – кратко отозвался Треш и засунул странную штуковину себе в пасть так глубоко, словно пытался ее проглотить.

Кобылин начал подниматься на ноги, понимая, что на сегодня разговор, пожалуй, закончен, и чуть не пропустил тот момент, когда телефон в кармане завибрировал.

Не обращая внимания на крысюка, мусолившего свою игрушку, Алексей вытащил телефон из кармана. Номер ему не был знаком, но он все же решил ответить на звонок.

– Да, – сказал он, прикладывая телефон к уху.

– Кобылин? – прошелестел в трубке низкий женский голос.

В канализационном коллекторе было холодно и сыро, но на лбу Кобылина мгновенно проступил пот. Он как наяву увидел перед собой гибкую фигуру ведьмы, затянутую в облегающее темное платье.

– Да, – коротко ответил он.

– Еще хочешь поговорить? – с придыханием осведомилась Линда таким тоном, что у Кобылина волосы на затылке стали дыбом.

– Да, – опять коротко ответил он, боясь, что более сложную фразу не осилит.

Как она это делает? Одним только голосом, просто интонацией? Ведьма!

– Тогда подъезжай ко мне, поговорим по душам, – выдохнула Линда в ухо охотнику.

– Когда?

– Сейчас, дорогуша, прямо сейчас. Время не ждет.

– Куда?

– А ты немногословен, охотничек. – Ведьма томно рассмеялась в трубку. – Я пришлю тебе эсэмэс с адресом.

– Хорошо, – отозвался Кобылин, пытаясь нашарить в себе ту самую леденящую волну, которую ощущал еще пару минут назад.

– Но приезжай, пожалуйста, на этот раз один, – мягко сказала Линда. – И, умоляю, не приноси с собой слишком много игрушек. Если будет нужно, воспользуемся моими.

– Хорошо, – по буквам отчеканил Кобылин. – Скоро буду.

И обливаясь холодным потом, нажал кнопку отбоя. Медленно вытирая пот со лба, он начал прикидывать, где бы взять хорошее успокаивающее средство, помогающее при встречах с ведьмами.

Заунывный трубный звук, раздавшийся из-за спины, заставил Кобылина подскочить и метнуться в сторону. Уже разворачиваясь, он выхватил из-за спины «глок» и закончил оборот, успев навести его на источник звука. На крысюка, все еще сидевшего на груде битого кирпича.

– Что? – спросил Треш, опуская лапу с зажатым в ней бруском. – Громко?

– Нормально, – зло бросил Кобылин, опуская пистолет. – Но больше так не делай за моей спиной.