Запрещенная реальность. Перезагрузка - Василий Головачев

– Кажется, слышал.

– Был сформирован список из шестидесяти тысяч наименований, с ним работали эксперты Минкульта, работники библиотек, академики, учёные-литературоведы, читатели, сотрудники Российского книжного союза, и тем не менее в нём оказались такие «бестселлеры разврата», как порнографические романы Генри Миллера и «Пятьдесят оттенков Дориана Грея» Николь Спектор – «эротический пересказ мировой классики Уайльда», как уважительно охарактеризовали его чиновники от образования, с добавкой: «В книге соединились старомодная викторианская распущенность и сексуальная жажда двадцать первого столетия». Читал?

– Нет.

– Абсолютная мерзость, смею тебя уверить! В список попали ещё сотни «шедевров» современных авторов такого же плана, в том числе труд Кирсанова «Русские геи, лесбиянки, бисексуалы и транссексуалы», а также книга Фаины Акуньшиной «Неприглядная русская история». Как ты думаешь, это необходимые вещи для воспитания здоровых детей?

Матвей промолчал. Ему показалось, что Самандар перегибает палку, включая темы чтения в список приоритетных для «Стопкрима» деяний. Вспомнился известный афоризм классика:[3]«Нет такого урода, который не нашёл бы себе пару, и нет такой чепухи, которая не нашла бы себе читателя». По мнению капитана, чтение книг не слишком сильно влияло на мировоззрение молодёжи, и куда опаснее реклама сигарет пива, нежели рекомендации, пусть и сомнительные, консультантов по литературе.

– Что молчишь? – спросил Вахид Тожиевич.

– Думаю… оцениваю… я не спец по образованию.

– Здесь и думать особенно нечего. Детей развращают целенаправленно. После чтения таких книг число девочек сокращается, привести статистику? Что вырастет из малоподвижного парня, день и ночь торчащего у экрана, если он будет читать гнусную порнуху типа романов того же Миллера или Сорокина, опусы Пелевина о вампирах или псевдоисторический бред Акунина?

– Дурак.

– К сожалению, хуже – винтик управляемой массы, живущей по принципу «моя хата с краю». Впрочем, до этого ты ещё сам дотумкаешь. Просто воспитание литературой – вещь не менее серьёзная, чем борьба с наркотой и террористами. Для тебя найдётся более интересная тема. Что ты знаешь о работе так называемых некоммерческих организаций?

– Тех, что кормятся из-за рубежа?

– Можно сказать и так. Несколько лет назад был создан стоп-лист неправительственных организаций в России, которым запрещено было вести подрывную деятельность в стране. На сегодняшний день в стоп-лист вошли более двадцати организаций, таких как Фонд Сороса, Фонд Макартуров, Национальный демократический институт, Национальный фонд поддержки демократии, находящиеся в США, Всемирный Украинский конгресс и так далее. Но лишь малая доля этих центров влияния перестала идеологически готовить в стране «пятую колонну», остальные как работали, закамуфлировав свою деятельность под различные «прогрессивные консультативные советы», так и работают. Государство на них почти не отвлекается, что очень неправильно, так как подготовка «цветной революции» в России идёт полным ходом, число агрессивно настроенной молодёжи, по большей части не работающей, хотя и закончившей вузы, растёт, и с этим многоголовым врагом России надо бороться жёстко. Мы собираемся убирать руководителей центров влияния одного за другим. План случайников готовится. Предлагаю присоединиться.

– Мне кажется, вы делаете ошибку.

– Даже так? – изломил бровь Вахид Тожиевич. – Интересно, какую же?

– На место убранного вами босса придёт другой. Забугорная и наша внутренняя контра возбудится до предела. Это система, а систему можно победить, только создав не менее мощную структуру.

– А что? Правильно мыслит, – одобрительно кивнул Самандар, глянув на Котова-старшего.

– Мы создаём такую систему, – проворчал Василий Никифорович. – Убранных боссов заменят люди президента. Только это нескорое дело. Ни рук не хватает, ни голов, ни средств. Поэтому мы пока и наносим точечные удары. Но ты мог бы присоединиться, стоп-листом НКО надо заняться вплотную.

– Разве ФСБ ими не занимается?

– Только на словах, потому что и в Службе безопасности сидят эмиссары вражеских Союзов Неизвестных.

– Почему наш Союз этим не опечалился?

– Может быть, потому что ему выгодно иметь внутри страны силу, которая может помочь свергнуть власть Кремля в случае необходимости. Возьмёшься?

– Я не возражаю. Хотя сначала хотел бы устроиться на работу. В СЭП я не вернусь, а жить на что-то надо.

– Артур предлагает тебе хорошую работу в администрации президента.

– В администрации? – удивился Матвей.

– Президент намеревается сменить свою охрану.

– Плохо зарекомендовала себя, что ли? Я здесь с какого боку?

– Артур предлагает тебе место начальника личной охраны президента с повышением звания до полковника. Плюс дальнейшее продвижение по службе вплоть до генеральских должностей.

– Это каких же?

– Замглавы администрации, потом глава.

– А там и до самого президента недалеко, – рассмеялся Самандар. – Почему нет? Начинал же прежний президент карьеру с военного, и ничего, получилось. А у тебя голова не хуже.

– Мне всего двадцать три, – засомневался Матвей.

– Никто и не предлагает тебе титул в двадцать три года. Поживёшь, поднаберёшься опыта, станешь фигурой влияния и нашему делу поможешь.

– Охрана президента имеет специфику…

– Подучишься, проконсультируешься у специалистов, ничего мудрёного в этой службе нет, да и Артур поможет.

– Не знаю… хотя обещаю подумать. Надо же помочь вам разделаться с нависшей угрозой? Когда мы вылетаем в Киев? И вообще какова диспозиция по этой проблеме?

– Послезавтра вылетаем в Брюссель, – сказал Василий Никифорович. – Проводим там необходимые процедуры, становимся иностранными гражданами и в составе делегации европейских правозащитников летим в Киев.

Первой мыслью была: отец шутит. Но, посмотрев на его твёрдое, лишённое мимики лицо, Матвей понял, что комиссар «Стопкрима» раскрыл реальный план действий.

– Не мало ли времени… на адаптацию и смену гражданства?

– Профессионал! – крякнул Самандар. – Соображает.

– У нас есть связи за рубежом, – сказал Котов‑старший рассеянно. – СВР с нами. Так что всё будет сделано вовремя. Тебя ещё что-то беспокоит?

– Подготовка…

– Кстати, – встрепенулся Самандар. – насчёт подготовки. Не хочешь позаниматься со мной Увимаком?

– Чем?

– Я нашёл практику смертельного касания…

– Дим-Мак?

– Дим-Мак – азиатская школа, а Увимак – древнерусская, вернее, гиперборейская, раздел так называемой живы. Если Дим-Мак основан на уколах в нервные узлы тела, то Увимак гарантирует спазм любой мышцы тела, расслабляет скелетную мускулатуру и так далее.