Запрещенная реальность. Перезагрузка - Василий Головачев

– Я чую запах.

– Мы на это рассчитываем, – проворчал Котов‑старший, беря со стола чашку с остывшим кофе. – Стас сделал доброе дело, сунув тебя в саркофаг Гастроподов, хотя вряд ли делал это с благородной целью. Твоё участие в предстоящей операции гарантирует шанс добиться успеха.

– Вы над этим маракуете? – кивнул Матвей на экран.

– Утрясаем план приоритетных бандликов.

Матвей сел на диван.

– Могу подсказать темы.

Самандар встал, потянулся, направился к двери со словами:

– Кофе принести?

– Сам могу сварить, – привстал Матвей.

– Сиди, принесу.

Дверь бесшумно открылась и закрылась, хотя при этом Матвей уловил тонкий ментальный писк: дверь кабинета, утолщённую бронепанелью, контролировали датчики движения с опознавающим эффектом. Проникнуть в кабинет Самандара никто не смог бы даже при незапертой двери, не обладая чип-ключом или вшитой в тело симкой; ключ Матвей носил всегда в потайном кармашке брюк.

– Что нового? – поинтересовался Василий Никифорович.

– Стас молчит. Дива подозревает, что он снова начал работать на Меринова.

– Это возможно. Вахид утверждает то же самое. Его видели в Генпрокуратуре.

– Почему же он не отвечает на звонки?

– Ведёт свою игру.

– Хорошо, если бы сообщил нам, какую.

Матвей шмыгнул носом, подумав, что на него ложится новая ответственность, хотел спросить, что будет, если он не оправдает доверия отца, но вслух сказал бодрое:

– Приложу все силы.

Вошёл Самандар с подносом, на котором стояли три дымящиеся чашки кофе и сухари с изюмом.

– Прошу прощения, секретаря у меня нету, а кофемашину установить в кабинете руки не доходят.

Матвей взял чашку, пробормотав спасибо, отхлебнул.

– Кенийский… мой любимый.

Самандар оценивающе глянул на него:

– Как определил?

– Да просто… вкус… запах… кенийский чуть кислее бразильского и аргентинского.

– Ты и другие напитки можешь определить?

– Ну-у… да.

– Эффамация.

Василий Никифорович кивнул: Самандар заговорил о взрывообразном усилении экстрасенсорных способностей человека, вызываемом некоторыми видами наркотиков и ЛСД. Матвей этого термина не знал, поэтому промолчал.

– И без какой-либо наркоты, – сказал Котов.

– Завидую, – усмехнулся Вахид Тожиевич. – Мне бы это тоже пригодилось.

– Это всем бы пригодилось, за что и ратует UnUn, объявляя общий Сход. Если анархи добьются своего…

– Кранты человечеству, – закончил Самандар, рассматривая Матвея, пьющего кофе. – Ты хотел подсказать темы.

Матвей отставил чашку:

– Чёрные риелторы…

– Работаем.

– Я беседовал с Ромкой (Василий Никифорович перевёл взгляд на хозяина, сказал: «Это его однокашник»), он только что прилетел из-под Мурманска, его родители живут в посёлке Умка. Так вот всё население посёлка – шесть тысяч душ – ненавидит «Единую Россию».

– За что?

– Там на выборах победили коммунисты, в итоге чиновники-единороссы поснимали с пенсионеров надбавки, и теперь старики вместо шести тысяч рублей в месяц получают по две с половиной тысячи. Но и это не всё: если кто-то пытается там завести свой бизнес или построить что-нибудь, мимо офиса партии власти пройти не удастся. Поборы страшные! Отец Ромки хотел открыть в городе частную баню, а ему в ответ – без проблем, только один день выделишь бесплатно для мэрии. Он согласился, пришёл подписывать бумаги к пожарным, потом к медикам, те тоже – давай один день нам бесплатно, в итоге получилось, что баня всю неделю должная была работать бесплатно. Так и не построил.

Самандар встретил взгляд Котова-старшего:

– Не глобально, однако на заметку возьмём. Ещё?

– Продажа земель китайцам в Забайкалье и Приуралье. Есть свидетельства того, что после хозяйствования китайцев землю надо рекультивировать и восстанавливать не менее полусотни лет.

– Это у нас в приоритете.

– Мой сосед – бывший агропромышленник ездит к родственникам в глубинку и любит рассуждать о жизни на селе. Я с ним встречался месяц назад. Так вот он утверждает, что Россия внутри не только деградирует жуткими темпами, но и вымирает, несмотря на бодрые заявления премьер-министра о возрождении села.

– Это правда, – согласился Самандар. – Если в девяностом году прошлого века количество школ на селе достигало почти пятидесяти тысяч, то нынче их вдвое меньше, дооптимизировали образование до такой степени, что дети перестают учиться – вблизи школ нет. Больничных коек насчитывалось более двух миллионов, сейчас их около миллиона – на всю Россию! Дороги только-только начали ремонтировать и строить, но сравнить темпы их обновления с советскими нельзя. А самое плохое – за это время исчезло более тридцати тысяч сёл и деревень, и количество их продолжает снижаться.

– Откуда вы знаете? – полюбопытствовал Матвей.

– Зря я, что ли, работаю в Счётной палате?

– Кто виноват?

– Политика правительства, – буркнул Василий Никифорович. – Оно делает всё, чтобы превратить народ в легкоуправляемую легковерную массу. Читай нужные газеты и беседуй с информированными людьми.

– Беседую вот, – улыбнулся Матвей. – И что в этих обстоятельствах предлагает народу «Стопкрим»?

– По большому счёту нужно менять всё правительство и как минимум половину Госдумы, – сказал Вахид Тожиевич. – С Министерством здравоохранения мы поработали, и президент поставил министром своего человека. Хотя этого оказалось мало, надо убирать замов министра и глав департаментов. На очереди министры образования и науки, экономического развития, культуры, сельского хозяйства и так далее по списку.

– А премьер?

– Доберёмся в конце концов и до него. Коррумпированные чиновничьи низы, на которые опираются и премьер и Меринов, тоже чистить надо. Всему своё время. К примеру, председателем Заксобрания города Балтийска Калининградской губернии стал криминальный авторитет Виктор Продан по прозвищу Танцор. А ведь Балтийск – главная база Балтийского флота с тридцатитысячным населением. Реагировать надо, коль государственные органы безопасности не реагируют? Надо. Пример посерьёзнее – ситуация в авиастроительной корпорации, сплошное воровство и колоссальные убытки, исчисляющиеся сотнями миллионов «зелёных». Сейчас с этим разбираются наши эксперты. Реагировать надо, пока корпорацию не обанкротили?

– Надо, – согласился Матвей.

– А вот недавние факты, пониже уровнем, но тоже требующие внимания. Ты знаешь, что создана национальная электронная библиотека?