Лукоморье. Выпуск боевого мага - Сергей Бадей

— Что «зачем»? — очнулся от мечтаний принц.

— Зачем мне власть над мирами и народами? — уточнил я. — Это такой геморрой, что и врагу не пожелаешь. Если ты хочешь захватить эту власть, то при чем тут я и мои друзья?

— Для того чтобы получить власть, нужен Дракон Хаоса, — жестко ответил Тэлэвиарэль. — И ты им станешь. А твои друзья послужат гарантией того, что ты сделаешь все, что я тебе скажу. Так и быть, я оставлю им жизнь. А после твоего перевоплощения тебе уже будет безразлична их судьба.

Принц поднялся из своего кресла, и оно с легким звоном растаяло. Тэлэвиарэль направился к низкой двери в другом конце камеры. На пороге он обернулся ко мне.

— Я не буду от тебя требовать ответа сейчас же. — Опять ироничная улыбка исказила его губы. — Ты можешь подумать. Время у тебя есть. Не очень много, конечно, но есть. Хорошенько подумай, серебряный! И когда будешь принимать решение, помни, что у тебя есть тут друзья. Пока есть. И если твое решение будет неправильным, их станет меньше.

Дверь со скрипом закрылась. Я услышал, как заскрежетал засов с той стороны. Ни фига себе! Маги, а засовы, как у Примитивных средневековых людей.

Я таращился в кромешную тьму, с тоской осознавая, что, кажется, картина Репина «Приплыли» пришла к своему логическому завершению.

Жерест почувствовал похлопывание по своим щекам и испуганно принял сидячее положение, оттолкнув руку склонившейся над ним девушки.

— Ну ты и прыткий! — с восхищением покрутила головой Тастэния. — Мне такие живчики нравятся.

— А живчикам нравится, когда они нравятся тебе? — осторожно спросил Жерест, оглядывая убранство комнаты, в которой он оказался.

— Пока еще ни один не жаловался, — поджала губы принцесса.

— А что, осталось еще кому жаловаться? — уточнил Жерест.

— Нет, — вздохнула девушка. — Но ты — другое дело.

— Какое?

— Ты мне понравился с самого начала, — пояснила Тастэния. — Мне все равно, что мой папик сделает с остальными, но ты останешься жив и будешь при мне. Я так хочу.

— И твой отец отдал тебе меня? — ужаснулся рыжий. — Как какую нибудь вещь?

— А что тут такого? — пожала плечами принцесса. — Он поделился со мной трофеями. Только и всего. Обычное дело.

— Да, но для меня оно не совсем обычное, — возразил Жерест. — Я как-то не привык, что могу становиться чьей-то собственностью. Да и судьба остальных мне не безразлична. Они, знаешь ли, мои друзья.

— Друзья, — повторила Тастэния, как будто пробуя слово на вкус. — Отец утверждает, что такого понятия не существует. Что это выдумки слабых, чтобы прикрыть свою слабость. Они собираются в стаи, как шакалы, и называют это дружбой.

— Эх, как все запущено, — вздохнул Жерест. — Я, если хочешь знать, тоже так раньше думал. И если уж на то пошло, то у нас не стая шакалов, а группа боевых магов. Поверь мне, разница есть.

— Маги, — хмыкнула Тастэния. — Что же вы за маги, если отец вас в два счета «погасил»?

— Он сделал это подло, — убежденно отозвался Жерест. — Когда мы этого не ожидали. Исподтишка.

— Так и надо! — воскликнула Тастэния. — Это военная хитрость. Усыпить бдительность врага и ударить.

— Но мы-то думали, что мы союзники, а не враги.

— Вот в этом и заключается хитрость, — ехидно улыбнулась Тастэния. — А что в итоге? В итоге твои друзья в казематах папули. Им там будет несладко. Так что скажи спасибо, что ты здесь, а не там.

— Спасибо! — буркнул Жерест.

— Не за что!

Тастэния прошла к вышитой подушечке, лежавшей на ковре, и изящно устроилась там. В комнате несколько потемнело.

— А вот мне интересно, что же ты за маг? — блеснула в сумраке ее улыбка.

— Колдонуть? — деловито поинтересовался Жерест.

— Да, пожалуй. Что нибудь… — Тастэния задумчиво покрутила ладонью в воздухе. — На твой вкус. Только учти, это должно быть безобидно для меня. Тут есть такие заклинания… если мне будет грозить опасность… Ну сам понимаешь.

— Да чего тут не понять, — вздохнул Жерест.

Чего бы сотворить? Первая мысль, которая пришла в рыжую голову, была левитация. Но как это могло поразить девчонку, которая наверняка сама была неплохой магиней. Жерест решился на другой маневр. Он уже давно отрабатывал заклинание, которым с ним и Тимоном поделился Колин. Заклинание призыва. Конечно, у Тимонаоно получалось лучше. Он так эффектно вызвал розу и преподнес ее Гариэль, что такое зрелище произвело на Жереста неизгладимое впечатление.

Но Гариэль не впечатлилась. Она отчитала Тимона за то, что роза была варварски срезана. Она даже в сердцах сказала, что разочаровалась в Тимоне. Тому потом стоило великих трудов наладить снова дружеские отношения.

Но Жерест выспросил у Колина формулу. В конце-то концов, рассуждал он, другие девушки относятся к цветам несколько по-иному. Отработать заклинание стоило Жересту великих трудов. Вначале постоянно появлялось не то, что он стремился вызвать. Как назло, в минуту вызова воображение срабатывало не так и то, что появлялось, совсем не походило на то, к чему стремился юноша. Опять же удаленность вызываемого предмета играла свою роль. Некоторые вещи Жерест вызвать просто не мог. Но потом стало получаться. А однажды, когда он очень удачно вызвал месячную зарплату тана Алима, он поверил, что уже способен на выполнение задуманного. Правда, кошель с золотыми пришлось незаметно подкинуть обеспокоенному преподавателю. Зато палисадник с кустами роз, принадлежавший танессе Валеа, был наполовину срезан. Это Жерест тренировался так.

Рыжий напрягся и, молясь, чтобы расстояние было не таким уж критичным, потянулся к розам танессы Валеа.

Роза появилась. Красивая и шикарная. Правда, к удивлению Жереста, к черенку была привязана какая-то бумажка. Жерест ее быстро оборвал и спрятал в карман, а розу протянул удивленно поднявшей брови Тастэнии.

— Что это? — зачарованно рассматривая цветок, спросила принцесса.

— Это роза, цветок такой, — пояснил рыжий. — Это тебе.

— Ух ты! — осторожно взяла в руку розу Тастэ-ния. — Она красивая… И колючая… — добавила девушка и лизнула палец, уколотый шипом.

Пока Тастэния любовалась подарком, Жерест извлек бумажку и постарался ее незаметно прочитать.

«Если ты, рыжий паршивец, еще раз сорвешь в моем палисаднике розу, то я обращусь к тану Горию. Он пообещал так тебя выпороть, что ты седмицу на задницу сесть не сможешь!» — гласила строгая надпись, сделанная почерком танессы Валеа.

«Эх, я даже согласен, чтобы сюда явился тан Горий для порки», — уныло подумал Жерест. Он был убежден, что с кем с кем, а с директором Школы Тэлэвиарэлю не совладать.

— Но она же совсем не прочная! — огорченно сообщила Тастэния, рассматривая лепесток, оставшийся у нее на ладони.