Горны Империи - Олег Верещагин

Впрочем, Славка тут нигде и не задерживался. Мотоцикл, правда, сбросил скорость, но достаточно уверенно шел по все той же дороге – как ни странно, по-прежнему хорошей, – постепенно спускаясь все глубже и глубже в котловину, где был расположен каток. Тут было безветренно и душновато. Это Денис ощутил, как только «Харлей» встал и, соскочив с него, мальчишки стащили шлемы.

На обложенной кирпичами площадке горел большой костер, с нескольких краев на отодвинутых углях жарились шашлыки из сочных кусков мяса и кипел большой котелок. На скамейках – по два бревнышка с прибитой сверху доской – сидели человек двадцать, не меньше, ребят и девчонок, ровесников или немного постарше-помладше Дениса и Славки. Они все уже издалека наблюдали за подъезжающим мотоциклом. Когда же Славка положил шлем на сиденье, послышались возгласы:

– Ого, Славян со своей быстрокрылой птицей!

– Привет, Славян!

– Славян приехал!

– А это кто с тобой?!

– Погоняем, Славян?

Какая-то девчонка, поднявшись, крепко чмокнула Славку в щеку – тот скривился и сделал вид, что стряхивает поцелуй в огонь. Вокруг костра проскочил хохот, девчонка замахнулась кулаком:

– У-ух, ты!

– Всем привет! – Славка плюхнулся на скамейку. – Это Денис, он из Империи приехал.

– Из Империи-и-и?

– Да хоть с Севполюса, садись, Денис!

– Чай будешь?

– Ты его не слушай, он живет по принципу – «чай будешь, а шашлык я сам съем…».

– Привет, я Олег…

– Я Нина.

– Тимка.

– Сашок.

– Ксана…

Денис почти сразу всех перезабыл, конечно. Но эта компания здорово отличалась в лучшую сторону от остальных, виденных по пути сюда. Собственно, Денис решил бы с ходу, что попал в обычную компанию имперских ребят. Но тут же различил среди пионеров «гражданских» мальчишек, нескольких – в какой-то серо-золотой форме, вроде бы уже виденной на улицах Верного, но пока неизвестной… Однако ясно было одно – ребята хорошие. И правда рады не только знакомому Славке, но и незнакомому Денису – то есть ведут себя именно так, как должны вести нормальные мальчишки и девчонки. Он охотно уселся в общий ряд, взял на себя заботу о «шашлыках по правому флангу», как выразилась девчонка с роскошным золотистым хвостом до лопаток, и стал просто прислушиваться и приглядываться.

Довольно быстро выяснилось, что вокруг – и ребята из сеттльмента, дети имперских специалистов, и местные пионеры, и просто «сочувствующие», а эти, в серо-золотом, из кадетского корпуса Верного. Разговор вращался вокруг самых разных тем и, на взгляд Дениса, выглядел как ничего не значащая для него смесь обрывков, смеха и непонятных реплик. Но потом возникла в руках одной девчонки гитара – и все сразу утихли, а ее голос, задумчивый и спокойный, поднялся над огнем, как тонкая струна:

Мама, что это за горы —

Там,

На горизонте?

Я хочу туда домчаться,

Посмотреть

С кручи…

Тихо я пойду, чтоб не спугнуть

Сон тех,

Кто при жизни был сильнее скал,

Круче…

Тихо я пойду, чтоб не спугнуть

Сон тех,

Кто при жизни был сильнее скал,

Круче…[11]

– А ну дай, – Славка протянул руку, когда девчонка допела, и все молчали, как это часто бывает после хорошей песни. – Дай-дай.

– Держи, оп! – Она перебросила дворянину инструмент, и Денису показалось, что Славка начал играть, еще когда гитара находилась в полете. И это была совсем другая песня, а голос у Славки оказался сильным и хорошо поставленным – в лицеях учили петь по специальной методике, развивая даже бесталанных, казалось бы, в этом отношении, так как считалось, что без умения петь дворянин неполноценен.

Может, в чем-то бывал неправ и я,

Власть бандитскую зло кляня,

Но пока страной правит мафия,

Попрошу не держать меня!..

Кругом оживленно зашевелились, у всех заблестели глаза. Многие – неосознанными жестами – положили руки на плечи соседям. Денис не знал этой песни и подумал, что она, наверное, местная. Да и неудивительно – в Империи просто не могли петь о таком.

Попрошу не читать нотации,

Дескать, молод ты и горяч.

Мне от вас не нужны дотации,

И силком меня не запрячь.

Мне не нужно искать нынче модных тем,

Я б очистился от грехов,

Звезданув по холеным мордам тем

Плетью, скрученной из стихов!

Попируйте, попейте кровушки

Средь народной лютой беды!

Будет время – слетят головушки

И растают ваши следы.

И хватило бы вам везения

Хоть за гробом спастись от слез.

Но и там не видать спасения

Тем, кто людям мученья нес.

По гулянке выйдет похмелие,

Толпы нищих развеселя.

Кровью выльется то веселие

И оплатятся векселя.

Враз раскаетесь, твари злобные,

Поваляетесь вы в ногах,

И придушат крики утробные

Парни в кованых сапогах.

И никто, ни теперь, ни в будущем,

Не проронит о вас слезы.

Пейте ж водку в море бушующем

И разбейте свои часы![12]

Славка завершил игру финальным красивым аккордом и предложил Денису как ни в чем не бывало:

– Пошли покатаемся. Зачем ехали-то?..

…Коньки выдавали тут же напрокат несколько шустрых пацанов, вооруженных солидными дубинками и державшихся сплоченной кучкой. Впрочем, когда подошли Славка с Денисом, местные мальчишки не стали брать деньги вперед и даже предложили покараулить ботинки Дениса и кеды Славки.

– Чего это они такие вежливые? – спросил Денис, защелкивая магнитный замок. Коньки были старые, но ухоженные и хорошо наточенные.

– А чего им не быть вежливыми? – Славка перепрыгнул через бортик. – Это хорошие ребята. Вот тут зарабатывают, как могут, – они и каток в порядке содержат, и даже охраняют от разной шпаны.

– Они сами на шпану смахивают. – Денис повторил прыжок и крутнулся на месте, с удовольствием вспоминая ощущение от коньков – он не катался уже полгода. – И что они, со всеми так?

– Во-первых, они меня знают, – сказал Славка. – А во-вторых, они видят, что мы пионеры. Тут это много значит. Нас или вообще не трогают, или…

– Или? – Денис с удовольствием и завистью наблюдал, как Славка закрутился на месте и, остановившись, продолжил ничуть не сбившимся голосом – просто, как о самом обычном: