На краю архипелага - Артем Каменистый

– Пока не стреляй. Никто не стреляйте!

– Подпустим ближе?

– Они, похоже, не хотят нападать.

– Может, боятся?

– Не знаю. Попробую поговорить.

– Пулей ответят…

– Ну не стоять же теперь до вечера, глядя друг на друга!

Выйдя из-за колокола, Макс, чувствуя себя неуютно на открытой верхней палубе, прокричал:

– Эй! Там! На лодке! Кто такие?!

Ответом было молчание. Нет, слова были услышаны: народ уставился в его сторону, один даже в бинокль посматривал. Другой указывал в сторону корабля, жестикулируя второй рукой. Но вступать в диалог не торопились.

– Вы там оглохли, что ли? Кто такие? Отвечайте, а то начнем стрелять!

Момент для первой угрозы Макс счел подходящим – краем глаза заметил, что среди кустов на западном берегу острова мелькают фигуры старших ребят. Может, дозорные и проспали появление лодки, но подкрепление уже на подходе.

Голосом четким, без акцента, издали наконец ответили:

– Глухих не держим!

– А чего молчали? Вы кто?!

– Правильные люди! В гости к вам пришли! Пустите?

Макс замешкался, не зная, что на это ответить, а пришельцы добавили:

– Не боись, не тронем!

– Мы сами кого хочешь тронем!

– Эй! Беспредельщики! Тигров вы слили?!

– А тебе какое дело? Жалко их стало?

– Чего?! Козлов, что ли, жалеть?! Ты базар-то фильтруй! Эй! Пикар! Жив, братишка?! Не узнаешь?!

С нижней палубы сдавленно охнули, кто-то что-то возмущенно пробормотал, а затем из люка высунулась голова Гири и сообщила непонятную информацию:

– Это же Кирпич!

Судя по вытянувшемуся лицу Дедала, это означало что-то как минимум заслуживающее внимания, но Макс абсолютно ничего не понимал и потребовал объяснений:

– Что за Кирпич?! Кто он такой?!

– Кирпич… Кирпич – это Кирпич. Вечно говорит, будто дурак одноклеточный. Смесь гопника с интеллигентом. При старом Аларихе он одно время был главным у Белых Пантер.

Про Белых Пантер Макс уже слышал от бывших рабов и ребят из команды Пикара. Отряд отборных головорезов вроде хорошо знакомых Черных Тигров, но в отличие от последних, с преобладанием европейцев. Поговаривали, что с них, собственно, и началась история готов как серьезного образования. По сути, первое их войско, пережиток тех далеких времен, когда война с выходцами из Африки еще не перемешала выживших в конгломерат двух рас с преимуществом южной.

Победа над Черными Тиграми хоть и пошла поселку на пользу, но далась такой ценой, что проделать то же самое с Белыми Пантерами Макс не хотел. Боялся. У него были другие планы, да и жить очень хотелось, и хотелось, чтобы жили те, к кому он успел привязаться. Хватит того, что потеряли Мусу.

Зачем они сюда пришли? Почему не нападают? Хитрость замыслили? Но с высокой палубы «Челленджера» прекрасно видно, что никто не пытается подобраться к месту событий незаметно. Лодка одна – ее никто не поддерживает. Или второй отряд незаметно подошел с востока и вот-вот атакует поселок? А смысл? При таких укреплениях даже парочка дозорных имеет шансы удержать проход до подхода основных сил. К тому же хоть они прозевали приближение готов, но теперь настороже – внезапного нападения не получится.

– Пикар говорит, что это народ из Белых Пантер, – напряженно, почти крича, выдал Олег.

– Знаю. Пикар, по рации передай это в поселок. Может, хитрость задумали.

– У них автомат, – в очередной раз сообщил Олег.

– Да понял я! Держи их на прицеле!

– Держу я. Только если начнут полосовать – хана нам: бамбук пулю не остановит.

В поселке и без того знают, что возле корабля нелады, но пусть намотают на ус новые подробности, заодно и на связи будут, если что.

Вот и пригодились маленькие рации из первого контейнера.

Готам надоело ждать у моря погоды, и они решили проявить инициативу. Все тот же басистый Кирпич прокричал:

– Мы сейчас подойдем к тем скалам, и я высажусь! Потом потопаю к вам! Побазарить надо!

Макс раздумывал недолго – пострелять всегда успеют, так что не стоит отказываться от шанса решить проблему словами:

– Хорошо! Только оружие оставь!

Кирпич по рождению был европейцем, как и все, теперь превращенный в темнокожего: местный загар – штука термоядерная. Невысок, коренаст, сутул, на мир взирал глубоко посаженными сонными глазами, где в мутных лужах наглости и насмешливости с трудом просматривались крошечные, излучающие брезгливость и чувство превосходства зрачки. Максу люди с такими взглядами не нравились, поэтому он еще больше подобрался, ожидая от нового нежданного знакомого какой-нибудь каверзы.

– Стой там! У сходен!

– На солнцепеке? – недовольно уточнил гот.

– В лодке тебе солнце не мешало, и здесь не помешает.

– А с виду незлые…

Кирпич застыл на коралловом мысе, куда спускались сходни «Челленджера». Вокруг него нездорово копошились затаившиеся грузчики. Многие из них успели вооружиться копьями или просто камнями и прямо-таки тряслись от нетерпения применить все это добро против безоружного парламентера.

Готов здесь, мягко говоря, ненавидели абсолютно все.

– Может, хоть водички подгоните? Слышал я, что у вас она холодненькая.

Олег, держа Кирпича под прицелом карабина, сплюнул сочно и метко – под ноги – и ответил грубовато:

– Только теплая есть – из моего краника.

– Такой мужа своего угощай, того, который серой масти. Кто у вас здесь за бугра? Бизон?

Вопрос был сложный – вождя у островитян больше не было, хотя разговоры о том, что надо бы его выбрать или как-нибудь назначить, велись постоянно. Пока что эту роль в какой-то степени играл Эн, но назвать его полноценным руководителем нельзя – в некоторые стороны жизни поселка он вообще не вникал или делал это лишь в самых критических ситуациях, когда без централизованного командования никак не обойтись.

Из присутствующих на берегу трое состояли в совете, играя там важные роли: Пикар, Олег и Макс. Первого интересовало лишь то, что касалось его корабля. Второй не любил брать на себя ответственности, к тому же был сейчас главной боевой единицей благодаря карабину в руках – лучше его не отвлекать.

Пришлось отвечать Максу:

– Можешь считать, что главный здесь я.

– Хрен с коня? Братишка, да ты не похож на Бизона.

– А я и не он.

– Опа! Так Бизона тоже слили?!

– А тебе какое дело? – Раскрывать готу всю подноготную поселковой жизни в планы Макса не входило.