Манящая тень - Кэтрин Блэр

Но я не чувствую себя одинокой. Мне просто нравится его компания.

Нравится, что он рисковал собой, чтобы защитить Гейба. Нравится, что он не сдал меня полиции, нравится его дружба с Дунканом, нравится тот факт, что аномалы его не пугают. Нравится, что он пытался мне помочь. Нравится, что он по-прежнему со мной разговаривает.

Сэм снова бьет по груше, от чего трясутся подмостки на потолке.

– Скажи мне.

Он останавливается и задумчиво смотрит на меня; в воздухе, словно щепки, витают слова.

– Я искал гладиатора, – отвечает он, поднимая руку и показывая черный браслет, который я уже видела раньше. Внезапно поведение вышибалы становится более понятным.

Я отхожу на шаг.

– Ты хочешь участвовать в турнире?

– Я не могу. Я ординар. Но я хотел стать спонсором аномала, да.

– Пытаешься выиграть миллион?

Он выдыхает.

– Я стремлюсь не к деньгам.

Он хочет что-то исправить. Что-то изменить.

– Поэтому ты меня преследовал? – мое сердце ухает вниз. Если все это было уловкой, чтобы уговорить меня бороться для него…

Но его взгляд утихомиривает мой страх.

– Нет, Веспер. Я пошел за тобой, потому что хотел убедиться в твоей безопасности.

– Ну, разве этим ты не упустил свой шанс найти кого-то?

– Нет. Во второй тур еще допускаются участники.

Я вспоминаю правила подписанного мною договора.

– Ты потратишь десять тысяч долларов ради возможности победить в этом турнире? – спрашиваю я, и мой голос повышается на октаву.

Его лицо принимает чрезвычайно серьезное выражение, и это единственный ответ, который мне нужен.

– Ты знаешь, кого хочешь?

– Господи, ну ты и настырная, – фыркает Сэм, крутя запястьями. Его кожа натягивается от бандажа. – Знаю, но она предупредила, что, если я попытаюсь убедить ее, она надерет мне зад. – Он встречается со мной взглядом.

Мне стоило бы рассердиться, что он вновь поднимает эту тему, но что-то в его глазах меня останавливает. Я замираю, и на задворках моего разума зарождается намек на идею.

– Он одолел меня, Сэм. Я проиграла.

– Потому что ты сдержалась. Я видел, что ты сделала в «Алоэ». Ты могла бы размазать любого из них.

– Ты ничего обо мне не знаешь.

Сэм поворачивается ко мне и снова потирает костяшками нижнюю губу.

– Ты спросила того парня в «Алоэ», чего он боится. Прямо перед тем, как все началось.

Я не смею пошевелиться, даже не дышу, пока смотрю на него чуть ли не с вызовом в глазах.

– Ты предвестница.

– Откуда ты знаешь, кто такие предвестники? – тихо спрашиваю я.

– Я знаю об аномалах немного больше, чем среднестатистический ординар, – парирует он.

Я чувствую гул в голове, в крови бурлит адреналин. Пытаюсь усмирить свои кружащиеся в голове мысли. Что мне делать, все отрицать? Сказать, что он ошибся? Что наслушался всякого бреда?

Но когда я поднимаю взгляд на Сэма с готовыми возражениями на кончике языка, его вид останавливает меня – то, как он смотрит на меня в ожидании и без намека на страх.

И вместо того, чтобы придумать тысячу ложных доводов, которыми, наверное, все-таки стоило воспользоваться, я киваю.

Он делает шаг в мою сторону, на его лице ясно читается возбуждение.

– Никогда не думал, что повстречаю человека с такой силой.

– Ага. Все не так восхитительно, как кажется, Сэм. Первое тому доказательство – я чуть не убила тебя меньше двух дней назад.

Сэм качает головой.

– Но ты этого не сделала.

Я невесело смеюсь и поднимаю голову к потолку, вытирая указательным пальцем остатки туши, которую украла у Мэвис.

– Я сдержалась, потому что не могла контролировать свою магию. Я могу ухватиться за страх, когда человек близко, но стоит ему отойти, и у меня все ускользает из рук. Мне нужен его сильнейший страх. Обычно он и наихудший, и тогда… – я не заканчиваю, поскольку не знаю как. «И тогда мой страх подпитывает его и отказывается исчезать. Становится сильнее меня. Я выпускаю в мир монстра».

Хотя это не единственное, что делает меня чудовищем. Идея, зародившаяся пару минут назад, расцветает в моей голове. Сэм делает шаг в мою сторону, его глаза горят.

– Тогда я научу тебя подбираться к ним ближе. Суть джиу-джитсу в том, чтобы небольшой человек мог использовать размеры противника против него самого. Если добавить к этому элементы тайского бокса и крав-мага? Ситуация будет полностью под твоим контролем. Черт, да тебе даже не понадобится использовать силу, Веспер! Я наблюдал за их боями много месяцев. Они полагаются только на свои способности. Они понятия не имеют, что делать при встрече с настоящим бойцом. Клещ или нет, примени болевой прием на Карле, и он сдастся.

Наступает секундная тишина, и я опускаю взгляд на свои руки. Не могу поверить, что всерьез задумываюсь об этом.

Сэм подходит еще ближе.

– Я куплю тебе место в турнире. Позволь мне тренировать тебя. Ты надерешь всем задницы и уйдешь с миллионом долларов, а я…

Он замолкает, встречаясь со мной взглядом, и сглатывает. Но я знаю этот взгляд. Он проглотил остаток фразы. В этой истории кроется больше, чем мне известно.

– С чем? – спрашиваю я, поскольку должна знать, на что подписываюсь. – Для чего ты хочешь использовать реверсию?

Сэм смотрит на меня с мгновение, а затем опускает голову, обдумывая следующие слова.

– Меня покинула девушка, – осторожно говорит он.

Я прищуриваюсь.

– И это все?

Девушка. Внезапно татуировка на его бицепсе приобретает новое значение.

– Все? – Он смотрит на меня исподлобья. – Тебе когда-нибудь разбивали сердце, Веспер?

– Я не принижаю ее важности для тебя, ладно? Просто не считала тебя одним из тех… – я выдерживаю паузу, пытаясь подобрать подходящие слова, а затем чопорно заканчиваю: – Из тех, кто быстро остепеняется.

Сэм улыбается, и напряжение между нами испаряется.

– Что ж, а я не считал тебя одной из тех, кто любит лезть в чужие дела, так что мы оба ошиблись.

– И как это работает? – уточняю я, отчаянно пытаясь сменить тему. – Турнир?

– Перед боем ты записываешь свою трагедию в журнал. Затем побеждаешь, происходит реверсия, и я отдаю тебе призовые деньги.

– Мне нужно записать ее? Почему?

– Только аномал может писать в журнале.

Мой разум продолжает против воли обдумывать эту идею.