Лузер - Олег Данильченко

Геннадий уехал. Хороший он мужик. Правильный. Выглядит как надо, семья у него крепкая. Молодец! Что еще тут скажешь? Меня вот понял. Ни капли не жалею, что помог ему в трудную минуту. Хорошее дело сделал.

Стою, смотрю на землю, которая виднеется там, за узким проливом. Земля чужая. Что там? Кто живет? Только зеленые или еще представители имеются? Что это за мир? Как встретит меня, да и всех остальных? Вернуться назад, на матушку Землю, вряд ли получится. Придется обустраиваться тут. Жарко. Солнце палит немилосердно. Скидываю куртку. Надо готовиться к переходу. Оглядываюсь. Вроде тихо. Ни живых, ни не-живых. Подгоняю лифчик разгрузки под себя. Блин, еле-еле получилось. Придется худеть скоропостижно. Куртку сворачиваю и кладу поверх вещей в рюкзак. Добиваю магазин АКСУ до полного. Теперь порядок. Почистить бы автомат… да ладно. Потом. Стрелял не очень много. Терпит еще. Четыре спаренных магазина в разгрузке и один в автомате. Девять штук всего. Некисло так прибарахлился. Плюс еще патроны в пачках. Если не транжирить и стрелять экономно, то очень даже неплохо. Опустошаю спаренные магазины. В них были обычные патроны. Набиваю заново, чередуя через один патрон с бронебойными. Хрен его знает, правильно делаю или нет. Но стрелять-то очередями не собираюсь. В идеале б вообще без стрельбы обойтись. При любом раскладе, если палить одиночными, ничего плохого не случится с пушкой. Снова рассовываю боеприпасы по карманам разгрузки.

Так. Теперь котелок. Что там? Ого. Вот спасибо, Гена! Вот это, что называется, по-царски. Швейцарский складень. Чего в нем только нет. Дорогущий, поди. Я же такие ножи только на картинках видел. Роюсь дальше. Нитки белые, нитки черные, нитки хаки. Иголки в наличии. А вот и набор для чистки оружия. Аэрозолька с ружейным маслом, несколько гибких специальных шнуров разного диаметра, для чистки канала ствола, чистая ветошь. Еще имелся моток капронового шнура, несколько рыболовных крючков и леска в катушке. Какие-то медикаменты в пакете, пластыри липкие. Огниво – палочка такая черная, я ею ради эксперимента чиркнул по обуху клинка моей дубины, искрило отлично. Но самое главное, блокнот и карандаш. Вот об этом я не подумал. Низкий поклон мужик. Уважаю. Сам котелок не новый. Видно, что прошел крым, рым и с медными трубами знаком. Похоже, памятная вещь. Сберегу и, как вернусь, отдам. Если вернусь. Ах да, в котелке еще конфеты были. Леденцы апельсиновые, я тоже такие люблю. Не котелок, а прям набор для выживания. Одну конфету сразу кидаю в пасть. Хоть так голод заглушить. Он терзает все сильнее, но раз решил поститься, значит все. Жратве бой. Снова укладываю вещи с учетом новых приобретений. Готов. Рюкзак за плечами, топор на поясе. Автомат на брюхе болтается, совня в руках. Надо было все же подлиннее ее делать. Можно бы было как посох использовать, а так только в руке и носить. Эх, вечно, блин, задним умом крепок. Впредь буду думать. Ошибки, это же тоже наука.

Переход через рифы был сложным. Вымок до нитки, искорябался весь, штаны разодрал на правом колене. Когда добрался до берега, дышал как загнанная лошадь. С полчаса отдыхал и сушился, разложив одежду на песке, в двадцати метрах от воды. Солнце грело не скупясь. Или это уже не солнце? Ну, в смысле, как Виталя говорил. Оно, конечно, солнце, но не Солнце. Размышляя так, не забывал оглядываться. Что на предмет опасности, что на предмет следов. А следов этих на берегу много натоптано. Видимо, зеленые разведчики тут и переходили. Или на чем-то переплывали, так как другого пути нынче нет. Дико смотреть на родной кусок земли, который смотрится здесь, в этом мире инородным. Точно кто ножом отрезал и сюда перенес. Руины на нашем берегу тоже настроения не добавляют. Вздыхаю и начинаю заниматься делом.