Питерская Зона. Ментол - Николай Романецкий

Судя по всему, здесь поживиться Дмитрию больше было нечем. С клиентами кабака разговаривать не стоит, иначе по окру́ге пойдет ненужный звон.

– Спрошу обязательно… Спасибо, Антон Иванович, вы нам очень помогли, – сказал он, собираясь отваливать.

– Может, все-таки жаркое отведаете? За счет заведения…

Дмитрий мысленно усмехнулся – Дьякон принялся искать подходы к федералу, который может оказаться полезным. Мало ли как жизнь повернется…

– Спасибо! Я не голоден.

– Тогда, может, рюмочку? Или кружечку пивка?

– Нет. – Дмитрий покачал головой. – Я, к сожалению, на службе. Начальство учует, устроит мне кровавую баню.

– Ну да, ну да, служба воли не дает… А чего пацан натворил-то?

– Пока, слава богу, ничего… Полагаю, Антон Иванович, вас не надо предупреждать, что распространяться о нашем разговоре не стоит. Кому бы то ни было!

– Какие сомнения, начальник! – Дьякон напустил на физиономию добродушную улыбку.

Но было хорошо видно, что ему совсем не до веселья.

* * *

Убравшись из «Толстого Сталкера», Дмитрий сел за руль родного минивэна и задумался о дальнейших оперативных мероприятиях.

Можно, конечно, попытаться отыскать ту самую бабушку-старушку, о которой упомянул Дьякон. На районе… Но весьма сомнительно, что она сможет рассказать о своем постояльце больше, чем выложил владелец кабака. Для нее же он – просто жилец. Небось в магазин ходит, продукты ей таскает… Не, ничего она Дмитрию не расскажет. А вот предупредить парня, что им интересовались, может запросто. Старые люди нашего брата вообще не очень жалуют. Так что глупостей мы совершать не станем.

Ясно одно: этот Жека – весьма любопытный экземпляр. И если еще раз приложить хрен к носу, то наиболее напрашивающийся вывод мы с Жорой-Лисом уже сделали: Жека – и в самом деле исчезнувший в Зоне сталкер Ментол, только чудесным образом помолодевший, мать его за пилотку! А это предположение требует не безудержных скачек по окрестностям, а дальнейших размышлений.

Объяснить случившееся несложно – отправившись по заказу физиков из НИИ имени Менеладзе за ускорителем времени, Ментол обнаружил в Зоне совсем другой артефакт. Тот самый, что в сталкерских байках известен под названием «молодильное яблоко».

Да, до сих пор он существовал именно в байках, но это и неудивительно. Тот, кто его отыскал, никогда и никому о находке не скажет. Себе дороже! Это вам не ускоритель, это средство от старости! Великая мечта любого человека! Прожил сталкер энное количество лет, сбегал в Зону и эти годы скинул. И так пять раз. Да не пять, а сколько угодно! Правда, проблема – сколько угодно эту штуку в Зоне отыскать… Стоп, а на хрена ее постоянно искать? Нашел однажды, приныкал где-нибудь там же, в Зоне… да хоть прикопал в каком-нибудь подвале, чтобы посторонние не наткнулись. И вся недолга! Считай, эликсир бессмертия у тебя в кармане! А если «молодильное яблоко» омолаживает только тело, а все знания и опыт остаются с тобой!.. Ух ты! Это же вообще бесконечное счастье!

И тут ему пришла в голову блестящая идея.

* * *

Дмитрий Куприянов был сыном системы, в которой работал.

Когда он учился в спецшколе ФСБ, в его мозги загнали немало знаний и умений, которые обыватель охарактеризовал бы словом «бесчеловечность».

Дмитрию было хорошо известно, что порой вполне допустимо убить человека, и это будет оправдано всеми. Он имел представление о ситуациях, когда беспардонная ложь оказывается самым лучшим поступком. Когда предательство вовсе не предательство, а правильная стратегия…

И еще он хорошо знал, что, трудясь на государство, не стоит забывать и о себе, любимом. По крайней мере если эта «незабывчивость» не приносит ему, государству, вреда.

В общем-то с работой Дмитрию повезло. В Зоне обстановка такова, что начальству проконтролировать тебя практически невозможно. Да и в Предзонье – крайне сложно. Это вам не нормальные города, где видеокамера чуть ли не на каждый фонарный столб присобачена, где тебя в любую минуту снимают, и при желании всегда можно узнать: куда ты отправился, с кем встретился, какие продукты купил в ближайшем супермаркете, какую женщину привел к себе домой, в котором часу она от тебя ушла…

Существует довольно распространенное мнение, что Периметр в любой момент может сдвинуться, неотвратимо увеличивая площадь Зоны, а потому вбухивать государственные финансы в технические средства наблюдения нет никакого смысла. Тем более что бывали случаи, когда близость Периметра попросту мешает их работе…

В общем, имеются все возможности, ударно трудясь на государство, позаботиться параллельно и о родном кармане.

Собственно, почти все так и поступают. Майор Иконников кормится непосредственно от Периметра, продавая сталкерам возможность беспрепятственно пробираться в запретные для штатских районы Предзонья. Налоговики берут мзду с перекупщиков, закрывая глаза на торговлю артефактами. Свой маленький гешефт делают и сотрудники пожарных и санитарно-эпидемиологических структур. Все как везде и все как всегда. Такова жизнь…

И почему бы капитану Куприянову не двинуться по стопам коллег? Тем более что теперь он прекрасно представляет, какие меры для этого следует предпринять. И именно за эти меры он сейчас и возьмется! Ну и приказ полковника выполнит. Параллельно.

* * *

С Капачинским Дмитрий договорился встретиться тоже в кафе. Но не в «Сиротала», а неподалеку от работы, в «Розе ветров». Здесь сотрудники Управления бывали часто, и присутствие особиста никого бы не удивило. Тем более что встреча совершенно легальная – для того, чтобы выполнить приказ полковника.

Время было уже не обеденное, поэтому заказали по чашке кофе.

– Чем же моя скромная персона заинтересовала столь серьезную государственную контору? – спросил Капачинский, когда Дмитрий продемонстрировал ему служебное удостоверение.

Лицо заведующего физической лабораторией НИИ имени Менеладзе походило на физиономию гипсовой статуи. Видимо, внутренняя борьба с собственной напряженностью привела к совершенно противоположному результату. Судя по тому, что в свое время рассказывала о завлабе Моцарелла, беседу следовало начинать доброжелательно, но настойчиво. И потом не давать голубчику трепыхаться.

– Я понимаю, что наша работа должна курироваться соответствующими федеральными службами, – продолжал Капачинский, – но, по-моему, за последнее время у нас ничего особенного в лаборатории не происходило. Рутинная возня над давно спущенными исследовательскими темами, которые то ли приведут к положительному итогу, то ли нет. – Завлаб скептически пожал плечами. – Разумеется, отрицательный результат в науке – тоже результат…

– Видите ли, уважаемый Михаил Владимирович, – мягко перебил Дмитрий, – разговор у нас пойдет вовсе не о нынешней работе вашей лаборатории. Некоторое время назад, еще при прежнем институтском руководстве, вы пытались пробить тему, связанную с организацией изучения объекта «Бэ ноль два».