Самец взъерошенный - Анатолий Дроздов

Виталия, «дикая кошка». Расстроенная

Дорогу к постоялому двору мы преодолели молча. Не знаю, о чем думал Игрр, но я вспоминала разговор с Леонтиной.

После ухода мужчин она придвинулась ко мне и заглянула в глаза:

– Хочешь знать, как я получила Бранко?

Я закивала. Это был тот вопрос, который я желала, но стеснялась задать.

– Я решила забеременеть в храме, – начала Леонтина. – Деньги на луп имелись, но они мне не понравились. Заносчивые…

Я снова кивнула: правда.

– Поехала в Рому – там выбор больше. Ходила по двору храма и, как все, разглядывала мужчин. Те шутили, предлагая их обнять. Жрицы этому не препятствуют: после такого общения с женщинами мужчинам легче давать семя. И тут я заметила Бранко… Он стоял в сторонке и ни с кем не разговаривал – только смотрел. Стройный, красивый, но с очень грустными глазами. У меня кольнуло в груди…

Леонтина помолчала.

– Ты когда-нибудь ощущала, глядя на мужчину, что именно от него хочешь детей?

Я покачала головой.

– А я так сразу почувствовала. Я не стала подходить к Бранко – постеснялась, просто указала на него жрице. На другой день мне влили его семя… И я забеременела, сразу! Не понадобилось приходить снова, как нередко бывает. Когда родилась Алва, я поняла, что не ошиблась. Девочка вышла такая хорошенькая! Я поняла, что и вторая дочка должна быть от Бранко. Когда Алва подросла, я поехала в Рому. В этот раз к Бранко была очередь: не одна я разглядела, что он красив. Предстояло ждать, а Дни могли пройти. Пришлось заплатить жрицам. Я снова увидела Бранко, в этот раз он держался бодрее. Я попросила обнять меня, он откликнулся, и у меня снова кольнуло в груди. Я опять забеременела с первого раза! После этого я не сомневалась: надо любой ценой получить этого мужчину!

Леонтина взяла кубок и отпила.

– Я разузнала, когда у него кончается контракт. Жрицы держат это в тайне, опасаясь, что мужчину сманят и он не пойдет в лупанарий. Я опять заплатила, после чего пришла в храм и нашла Бранко. Я не знала, с чего начать. Обычно в таких случаях предлагают деньги, но мне показалось, что ему не понравится. Я сказала, что у меня от него две дочки, они очень красивые, и я хочу, чтобы у них был отец. Он внимательно посмотрел на меня и спросил, можно ли увидеть девочек. Я ответила, что они в гостинице под присмотром няни. В храм запрещают приводить детей, жрицы не хотят, чтобы отцы их видели. Мы договорились встретиться на форуме. Я побежала в гостиницу. Девочек умыли и приодели. Я боялась, что он не явится, но Бранко пришел… Алва сразу потянулась к нему. Ей шел третий годик, в этом возрасте дети боятся чужих, но Бранко она признала. Стала таскать его за волосы, и он рассмеялся. В этот миг я поняла, что он согласится…

Леонтина улыбнулась.

– С тех пор не было дня, чтобы я не радовалась. Бранко очень любит девочек, а те его и вовсе обожают. Еще бы! Только у них в Таре есть отец. Каждый вечер Бранко ложится ко мне в постель, и мы засыпаем, обнявшись. Это такое счастье! Я знаю, что у него в том мире семья, он сам рассказал мне об этом, но его жена далеко и не сможет его забрать. Но я не люблю, когда ему напоминают о прошлом. Поэтому рассердилась, увидев вас. Прости! Это глупо. Вы уедете, а он останется.

– Бранко не встречается с другими женщинами? – спросила я.

– Нет! – засмеялась Леонтина. – В первое время я боялась, но потом поняла, что он не такой. Ему нужна только одна женщина. За это я люблю его еще больше. Я исполняю все его прихоти. В его мире мужчины содержат семью, и я купила ему лавку, хотя доход от нее никакой. Я позволяю ему учить дочек языку, который им никогда не понадобится, и рассказывать им истории, которые он называет «байки»[15]. Девочкам они нравятся. Я заказываю ему свитки и не ругаюсь, когда он время от времени напивается. Мое завещание составлено в его пользу. Я готова делать гораздо больше, но Бранко – человек скромный. Единственное, что я запрещаю ему, так это покидать Тару. Я не хочу, чтобы он виделся с другими мужчинами. В первое время его друзья приезжали к нам, я накрывала им стол, они много пили, после чего начинали петь и плакать. Бранко – тоже. После таких встреч он несколько дней ходил сам не свой и забывал обо мне, – Леонтина смахнула слезу. – Я не хочу, чтобы он грустил, и запретила эти встречи. А ты? – внезапно спросила она. – Хочешь получить Игрра?

– Я не думала об этом, – смутилась я.

– Зря! – покачала головой хозяйка. – Он красив и неравнодушен к тебе.

– Ты так думаешь? – Я почувствовала, что краснею.

– Стал бы он вступаться за тебя в другом случае? Неужели ты его не хочешь?

– Хочу! – вздохнула я. – Очень! Но мы везем мужчин в храм. Не думаю, что он согласится ждать пять лет.

– Это долгий срок, – согласилась Леонтина, – но за это время ты можешь родить ему детей. Двух девочек или даже трех. Мне кажется, что Игрр им обрадуется. А по окончании службы подпишет с тобой контракт.

– В Роме многие его захотят. Игрр слишком красив. У него будет выбор. А я небогата.

– Игрр не из тех, кто ищет денег. Он не лупа. Никто из них не помчался бы защищать тебя, рискуя при этом погибнуть. Твой шрам… Это в том бою?

– Нет. Три года назад меня ударили мечом, бровь сползла и закрыла глаз. Так и приросла. Я могла видеть левым глазом, только приподымая бровь пальцем. Уродина… Игрр посмотрел, сказал, что он медикус и может это исправить. Он срезал лишнюю кожу и зашил. Теперь вижу обоими глазами.

– Ты спала с ним?

– Да.

– Легла с ним до операции или после?

– До.

– То есть он выбрал тебя одноглазой? Виталия! – Леонтина покачала головой. – Думаешь, Бранко подписал со мной контракт только из-за девочек? Будь я уродлива… Такого мужчину, как твой Игрр, терять нельзя. Я на твоем месте ничего бы не пожалела. Есть еще кое-что. Сколько мне лет, как думаешь?