Непредсказуемое оружие - Сергей Фрумкин

За час до того, как «Хакатуш» лег в дрейф на орбите Шауда, Влада пригласили проследовать в ангар и совершить посадку на заранее подготовленный к отправке на планету космический челнок. Оказалось, на корабле-метеорите имелось несколько «пещер», предназначенных для небольших маломестных суден. В этой Влад еще не был: значительное по размерам помещение было полностью заставлено стальными сигарами и тарелками, высотой от трех до двадцати метров.

Челнок, у которого ждали Влада, оказался не самым большим, зато самым нарядным. Люки были открыты, трапы спущены. Группа светоедов – пилоты, технический персонал и научные работники, включая Шасуха – правую руку Сесаха, собрались у большой лужи и оживленно делились впечатлениями по поводу долгожданного возвращения на Родину. Влад решил воздержаться от обмена мнениями – транслятор практически не имел информации о Шауде, и говорить землянину было бы не о чем. Влад решил ждать у трапа, показывая, что считает себя выше пустой болтовни и не нужных сплетен своих подчиненных.

Ингу привели позже, когда до отправления челнока оставались считанные минуты. Руки и ноги девушки были свободны – она шла самостоятельно, можно сказать, по доброй воле. С двух сторон от красавицы маршем шли люди-роботы, а возглавляли и завершали шествие четыре больших жуткого вида сапха.

Инга прошла внутрь тарелки гордой походкой, с высоко поднятой головой и с такими целеустремленными глазами, словно за важным делом забыла обо всех окружающих. Она сделала вид, что не замечает стоящего у трапа Сесаха. Влад почувствовал укол обиды, но напомнил себе, что хоть один из них должен был соблюдать осторожность. Обостренное в преддверии перемен восприятие позволило ему соприкоснуться с внутренним миром девушки. За маской уверенности скрывались тоска, тревога и… жгучее любопытство…

Появившийся, наконец, в ангаре капитан «Хакатуша» отдал верхними конечностями честь и издал долгий прощальный звук.

– Пойдемте, профессор! – явно нервничая перед предстоящим приземлением, позвал замешкавшегося землянина Шасух. – Нам пора!

Влад, Шасух и еще несколько светоедов вошли внутрь сигарообразного челнока. Вновь неудобное сиденье намертво «приклеило» к себе зад и спину землянина. Трапы поднялись, люки закрылись. Влад замер, ожидая рывка, тряски или перехватывающей дыхание тяжести, но ничего этого, как и тогда, при старте с Земли, не последовало. Кроме проклятого кресла, ничто не пыталось вывести парня из состояния равновесия…

Пассажиров набралось десятка два – они шевелили ложноножками и роняли реплики, говорящие о высшей степени возбуждения. Инги в салоне не было. Ее и сапхов разместили где-то в грузовом отделении, в задней части иглы…

Как только шестое чувство подсказало Владу, что за бортом маленького кораблика пустота космоса, землянин пожелал видеть, что происходит на самом деле. Челнок подчинился беспрекословно, как и четыре земных дня назад – катер.

Сигара входила в атмосферу Шауда. Все видимое пространство перед Владом занимала быстро приближавшаяся планета. Разглядеть оставленный где-то позади галактический лайнер оказалось уже невозможно – не отражающий света объект растворился на фоне темного покрывала необъятного космоса.

Первое впечатление от планеты обмануло и потрясло парня. Он даже подумал, что «Хакатуш» никуда не летел или летел, но вернулся к начальной точке. Внизу открывалась панорама родной и до боли знакомой планеты Земля, с ее облаками, материками, океанами, реками и горными массивами! Однако радость Влада была не долгой. Для начала парню, который никогда не изучал Землю из космоса и вполне мог ошибиться, показалось, что материки очерчены как-то иначе. Затем ему стало очевидно – видимая часть суши не могла быть ни Евразией, ни Америкой, ни Африкой. Раскинувшийся внизу континент тянулся от одного полюса до другого. К первому отличию прибавились второе и третье: полюса не покрывали полярные шапки, а суша оказалась изрезанной бесчисленным количеством морей и озер. В придачу, она пестрела ковром непонятно какого рода кружочков, каждый из которых, вероятнее всего, был площадью с земной мегаполис.

Едва возникшее легкое и приятное чувство ностальгии сменила невыносимая тяжесть. Влад помрачнел, только теперь всерьез осознавая свое незавидное положение: там, внизу, никто не ходил на двух ногах, никто не понимал человеческой речи, никто не слушал «Биттлз» и не смотрел «Храброе сердце»! Там не пекли хлеб, не ловили рыбу, не жарили мясо и не варили пиво!.. Невероятная тоска одиночества подкралась к сердцу и охватила землянина с головы до ног, заставив почувствовать сильнейшую жалость к самому себе – на десятки парсеков, единственному представителю неизвестно где остававшейся планеты людей…

И все же… Нет, не единственному! Где-то совсем рядом, за какой-то стеной из стали, сейчас точно так же страдала Инга – зеленоглазая красавица, невольно разделившая с ним все тяготы разлуки с привычной жизнью и родным миром. И думать нужно было не о себе, а о ней! Он ведь защищал Ингу, когда выстрелил в многолапое чудище на Земле, в джипе. Он ведь отправился в это безумное путешествие не для того, чтобы уберечь себя от преследования светоедов, а для того, чтобы не оставить подругу на растерзание этих зеленых гадов! И он не имел права жалеть о содеянном или пугаться будущего – от его решительности зависела не только его судьба, но и судьба нежного и чувствительного любимого человека!

Мысли о самопожертвовании подействовали, как доза психотропного вещества. Владу стало намного легче, он смог взять себя в руки и посмотреть на приближающуюся шаудянскую твердь глазами не безвольного заключенного, а полководца, готовящего план сражения.

Замеченные ранее круги и в самом деле оказались своеобразными городами – искусственного происхождения круглые платформы, на которых располагались кварталы похожих на соты и лишенных крыш зданий. Влад попытался всмотреться получше, и челнок приблизил картинку. Значительные по площади, эти платформы были разбросаны хаотически – на суше, на воде у берегов морей и океанов, на разной высоте в воздухе…

Место, куда держал путь челнок, едва освещали лучи утреннего светила, очень похожего на земное Солнце. Граница света и тени проходила в пределах видимости. В затемненной (ночной) области круглые площадки с городами светоедов выглядели иначе. Они светились и имели иную геометрическую форму. Присмотревшись, Влад разобрал, что последние накрыты (при таких-то размерах!) изготовленными непонятно из чего светящимися полусферами.

Челнок выбрал одну из круглых платформ, расположенную в сердце материка, и приближался к ней с незнакомой еще земным самолетам скоростью. Прошло несколько минут, а Влад видел перед собой уже только один город, раскинувшийся от горизонта до горизонта. Теперь он мог разобрать, что в воздухе в разных направлениях движется всевозможный транспорт, а земля кажется зеленой не от растений, а от обилия местных жителей, которые либо переползали с места на место, либо стояли, словно статуи, посреди луж и камней, больше напоминая деревья, нежели разумных животных.